Нам всем досталось по паре лыж.
— Когда мы купили это место, тут оказалась их полная кладовка, — сказала хозяйка Козломороза учителю.
Врала, конечно. Лыжи за ночь намастерили гномы.
— А это вот твои старые. Я хранил их все эти годы. — Дедушка Козломороз протянул своему Козлёнку коричневые деревянные лыжи с пятью колечками и надписью «Олимпия».
— А ты сам не будешь кататься? — спросил учитель, увидев, что Козломороз натягивает на голову мотоциклетный шлем.
— А я пока проложу вам лыжню. Тридцать километров хватит для начала? — и Дедушка нажал на газ.
Учитель посмотрел на нас. Мы посмотрели на учителя.
— Спасайся кто может! За мной! — воскликнул учитель и бросился в противоположную сторону. Учитель понёсся по нетронутому насту так, что снег пылью разлетался в стороны. Мы даже не знали, что он так здорово ходит на лыжах.
Минуту спустя он вернулся, переводя дух.
— Вы почему не едете?
— Я не умею, — сказала Ханна.
— Я тоже, — сказала Тина.
— И я, — сказала я.
— И я, — сказал Тукка.
— Будете меня заставлять — заеду кому-нибудь в нос, — пригрозил Злюк.
— Если бы я умел, я бы уехал домой, — всхлипнул Сампа.
— А где у них кнопка? — спросил Пат.
Учитель вздохнул и посмотрел на жену. Она стояла, опершись на свои палки, и, закрыв глаза, грелась на солнышке.
— Ну ладно, — вздохнул учитель. — Сначала я вас научу, а потом мы убежим.
Мы принесли наши лыжи на склон. Склон полого спускался к озеру. Сани Деда Мороза вползли на другой берег и скрылись в лесу.
— Лыжи, — это ужасно, — начал учитель. — Но на войне все средства хороши. Нам надо научиться ходить на лыжах, чтобы поскорее сбежать отсюда.
— А зачем нам бежать? — спросил Тукка. Мы ещё не успели ему рассказать про коварный план.
— Чтобы не пришлось ходить на лыжах, — объяснил учитель. — Лыжи — это ужасно, но не очень сложно, — продолжал он, кладя лыжи на снег. — Делайте как я, — учитель попытался встать на лыжи, но не смог, потому что его лыжи уже уехали. В сторону озера.
Но мы сделали точно как учитель. Когда он бросился догонять свои лыжи, мы тоже положили свои на снег и столкнули их следом. Лыжи учителя явно опережали наши. Они были уже на середине склона.
В общем, они в итоге и победили — уехали дальше всех. Вторыми приехали Ханнины. Все остальные стали сталкиваться и в итоге съехались в одну большую кучу, немножко похожую на иванокупальский костёр.
Когда нам удалось снова втащить лыжи на склон, мы уже здорово употели, и больше всех, конечно, учитель — ему пришлось пробираться за лыжами по сугробам аж на середину озера. Суровый спорт эти лыжи. Учитель уже явно утомился, а ведь мы ещё только начали.
— Правило первое — не ставьте лыжи на склон, — проговорил учитель, переводя дух. — А то они убегут.
Потом учитель показал нам, как прикрепить к лыжам ботинки. Надо просто поставить ботинок на лыжу и опустить застёжку до щелчка.
Учитель прицеплял свои лыжи, а мы — свои.
— Готово, — сказал наконец он.
Мы очень удивились, обнаружив, что ноги у учителя — внутри ботинок: мы-то свои повытаскивали и прицепляли к лыжам пустые ботинки.
— Какой-то кошмар, — вздохнул учитель и схватился за голову. Этого ему делать не стоило: едва он выпустил из рук палки, как лыжи с прикреплённым к ним учителем немедленно покатились вниз. На этот раз мы оказались расторопнее и спустили свои лыжи следом почти одновременно.
Дальше всех ушли Туккины лыжи с ботинками, вторыми оказались Тинины, третьими — мои. Учитель на полпути упал и поэтому полностью провалился как участник. С головой. К счастью, из-под снега остались торчать носки лыж, так что жена учителя знала, где копать.
А мы побежали в дом греться, потому что у нас уже замёрзли ноги. Но кататься на лыжах нам понравилось.
Дед Козломороз, вернувшись, очень удивился, обнаружив нас в избушках, а наши лыжи и ботинки — на озере.
— Вы что, так и не покатались? — спросил он.
Учитель не ответил. Он подбросил в камин дров. Дрова были украшены пятью колечками и надписью «Олимпия».
— Спалил хорошие лыжи, — укоризненно сказал Дедушка. Учитель промолчал.
После обеда Козломороз прилёг отдохнуть, учитель отправился копать подземный ход, а я рассказала мальчишкам про план.
— Нас привезли сюда не случайно. Учитель продал нас в гномы. Мы никогда не вырастем, зато доживём до тысячи лет.
— И у нас вырастет борода, — добавила Ханна.
— Здорово! — сказал Тукка.
— Йес! — обрадовался Злюк.
— У меня, небось, не вырастет, — мрачно сказал Сампа.
— А усы будут? — спросил Пат.
— Вы не поняли! — воскликнула Ханна. — У девочек тоже будет борода!
— Здорово! — сказал Тукка.
— Йес! — согласился Злюк.
— У вас, небось, вырастет длиннее, чем у меня, — снова опечалился Сампа.
— А у вас будут усы? — спросил Пат.
— Вы что; не поняли? Мы здесь останемся на веки вечные и никогда не вернёмся домой, ну разве что раз в год, на Рождество, сможем заглянуть в своё окошко!