Стихотворения из первого сборника - [6]
Шрифт
Интервал
6. Воин, что там в ночи?
— Будь это ночь или будь
День — одинакова суть.
Верой и правдой служу,
Влага ль глаза омочит,
Тело сожжет ли огонь;
Принцы, попы — не сужу,
Скоро ль вас выметут вон?
7. Что там, учитель, в ночи?
— Ты не найдешь тьмы ночной
В этой юдоли земной —
Только в глазах наших мрак.
Он не страшится свечи —
Надо хоть раз нам взглянуть
В небо — не в тень, не в овраг:
Тьме тогда власть не вернуть.
8. Что там, изгнанник, в ночи?
— Время течет как вода,
Сомнений и смерти года,
Ночью огни слепят взор,
Горьки, ядовиты ключи,
В зыбучих песках я тону…
Но чист воздух моря и гор,
Здесь воли я запах вдохнул.
9. Пленники, что там в ночи?
— Дождь начинается вновь,
Струи красны словно кровь,
Грязью запятнаны мы.
Сезонов здесь не различить,
Ни ночи, ни дня — сумрак тут;
Когда же падут узы тюрьмы,
Когда на царей кончим труд?
10. Христианин, что в ночи?
— Я умолчу, ибо слеп.
Слушаю — вдруг этот склеп
Прошлого песнь огласит,
Свет вновь воскреснет; лучи
Звезды пошлют вниз с небес,
Пламя возжжется, что спит,
Чтоб тверди холод исчез.
11. Что там, священник, в ночи?
— Ночь непроглядна, грозна,
Страха кругом пелена,
Ярость и буйство огня.
Как победить, как помочь?
Прахом полна моя длань.
Если Бог предал меня,
Кому же платить веры дань?
12. Князи, что там в ночи?
— Ночь смрадной пастью своей
Кормит нас, смерти детей.
Траур ее — наш наряд.
Воры, скупцы, палачи
Скачут кругом, жрут из рук.
Там, где пройдем — ляжет ад,
Жизнь погибает от мук.
13. Мученик, что там в ночи?
— Вам еще ночь слепит взгляд?
Мы позабыли, о брат,
Что значит чувствовать тьму.
Там, где мы есть, не рычит
Битва своим красным ртом,
Ветр, что несет вам чуму,
Гаснет; средь звезд мы идем.
14. Англия, что там в ночи?
— Круглый год ночь, крепкий сон,
Радостей мирных сезон.
Не разбудите меня!
Бодрствовать нет уж причин
Той, что спала двести лет.
Сон на страданье менять,
Чести искать — смысла нет.
15. Франция, что там в ночи?
— Ночь — проституции день;
Эй, поцелуй да раздень!
Скурвилась, шлепнулась в грязь.
Щедро дай, не мелочись,
Иль пойду к Черту на дно:
Он мне Спаситель и Князь.
Франции нет уж давно.
16. Италия, что там в ночи?
— Ах, как длинна, как длинна!
Нет луны, песнь не слышна,
Глушь, темнота, пустота.
…Что в высоте там звучит?
Вижу я света следы,
Так не сияет звезда,
Так не стрекочут дрозды…
17. Что там, Германец, в ночи?
— Долго я сладко дремал.
Срок пробужденья настал:
Вновь свет узрели глаза,
Мощь — словно пламя в печи,
Живо в руках мастерство;
Не отступлю я назад,
Силой добьюсь я всего!
18. Что там, Европа, в ночи?
— У неба спроси и морей,
Иль моих малых детей —
Народы, сосущие грудь.
Одной я дарую ключи
К тому, что дарует рассвет.
Сама она выберет путь —
Она, а не я, даст ответ.
19. Свобода, когда минет ночь?
— Не вижу кровавых дождей,
Не вижу чумы и смертей,
И гром не гремит в небесах.
Свет темноту прогнал прочь,
Солнце везде, белизна.
Ночь, износился твой страх,
Ночь, ты уже истреблена.
Король — мертвец[11]
Спускайся в ад. Все будем рады мы;
Легко теперь дышать и разум успокоен —
Ведь нет тебя, и злобный дух не волен
Вернуться в тело — средоточье тьмы,
Но сядет в центре ада, мучаясь стократ.
Из клана тех исчез сильнейший воин,
Что были вкруг тебя. Как Пий сейчас доволен,
Следы поклонов пред тобой с сутаны смыв.
Молитвы, болтовня — длиннее колоколен —
Утихли, раем уж не будет торговать прелат,
Иезуит последний твой навеки стал изгоем —
В нечистой плоти ядовитый гад.
Прижало пальцем время, говоря: «Уволен!
Здесь места нет тебе: спускайся в ад».
Саранча[12]
Приблизься, посмотри. Перед тобой она.
Но, чтоб не задохнулся ты от вони грубой,
Нос поплотней зажми. Смотри, бормочут губы
Молитвы — но не перестала от молитв слюна
Быть ядовитой; держит ключ и чашу для вина —
Ключом откроет ад, из чаши кровь пригубит;
Кривые ляжки обнажает, скалит зубы,
Вся кожа в перхоти — вовеки не отмыть.
Блудницы дряхлой серых щёк ужасен вид,
Но из руки прогнившей примет новый поп
Отвар, что некогда Нерона свёл во гроб.
Об Иисусе и Марии сказки нам твердит,
Привычно, глядя на восход, молитвой занята.
…А говорят, была она невестою Христа.
Приношение
Ты больше хочешь, дорогая,
Уже я отдал, что имел.
Душа души, имей я больше,
Склонился бы, к ногам слагая
Любовь — расширить твой предел,
И песню, чтоб взлететь повыше.
Отдал бы всё я, что имел,
Чтобы узнать о тебе больше,
Вдыхать, касаться, дорогая,
Мечтой проникнуть в твой предел,
С твоим крылом лететь всё выше,
Под стопы жизнь свою слагая.
Томлюсь любовью я, не больше,
Дай мне любовь лишь, дорогая,
Пусть т о т имеет, что имел;
Дай крылья — обретёт пусть больше,
Я сердце под ноги слагаю,
Жить для тебя — мечты предел.
Пилигримы
В поисках дамы какой мимо проходите вы
С пеньем? Сердца ваши стали от горя мертвы.
Сны вас тревожат иль что? Пенье уныло звучит!
Грустен и радостен вместе песен волнующий звук.
— Нашей возлюбленной всякому зреть не дано;
Нет у ней рук, глаз и губ, не струится руно
Влас золотых, нет лица. Нас лишь любовью дарит.
Краше всего на земле стала для преданных слуг.
Эта Царица вам блага щедрой рукою даёт?
— Да, вот какие: кто видел её — не живёт,
Только лишь служит. Страданье и светлая боль,
Труд, пот кровавый и слёзы ему суждены.
Скажет: умри — он умрёт, повинуется вмиг,
Бросит всё то, чего под луною достиг,
Еще от автора Алджернон Чарлз Суинберн
![Аталанта в Калидоне](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Наиболее известная трагедия Алджернона Чарлза Суинберна в переводе Эдуарда Ермакова. В основе сюжета — древнегреческие мифы (Калидонская охота).
![Розамунда, королева Ломбардии](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Драма «Розамунда» воскрешает события темной эпохи «переселения народов». Месть, ради которой готовы поступиться всем и всеми…Перевод Эдуарда Ермакова.
![Эрехтей](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Перевод Эдуарда Ермакова трагедии А.Суинберна «Эрехтей» (1876 г), созданной на сюжет из мифологической истории Афин.
![Ave Atque Vale](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Это стихотворение было создано в 1868 году, когда Суинберн узнал о кончине французского поэта Ш.Бодлера. Наполнено реминисценциями на стихи Бодлера и образами эллинских мифов.Перевод Эдуарда Ермакова.