Смертельно прекрасна - [20]
Адрес: город ужаса, завывающий район, улица страданий, дом ожиданий, квартира страстного поклонника ходячих мертвецов.
— О, Господи, парень, что же ты творишь, — взвываю я, убедившись, что он онлайн.
Пишу короткое сообщение.
«Доставай сталкерские штучки. Есть дело. Встретимся у церкви через пять минут».
Потом вспоминаю слова Мэтта о том, что церквей тут достаточно и добавляю:
«У той церкви, где мы тестировали мою грешную душу».
Ответ приходит практически сразу.
«Уже выдвигаюсь».
«Машину брать?»
Я довольно усмехаюсь.
«Если она прилагается к набору юного преследователя, бери».
Парень выходит из социальной сети, а я решительно подпрыгиваю с кресла. Итак, я должна выяснить, что затеяли мои тетушки. И я буду безмерно рада, если данная чушь — плод моего разыгравшегося воображения, и они просто захотели полюбоваться звездным небом вдвоем в полнолуние, да еще и в полночь.
Закатываю глаза и достаю из комода скомканный свитер. Натягиваю джинсы. Мне не приходилось раньше следить за кем-то ночью, но я вдруг думаю, что мне надо взять с собой куртку, зарядное устройство, «Джелли Белли» — мои любимые желейные конфеты, и блокнот с ручкой. Не знаю, зачем блокнот с ручкой. Просто. Вот и все.
Выбегаю на улицу и только сейчас понимаю, что вообще-то ночь, и я тут одна. Не то чтобы я была трусихой, но мне становится не по себе. Идти до церкви минут пять, если я потороплюсь, то время пронесется еще быстрее, однако внутри все равно не спокойно. Лучше бы я не блокнот с ручкой взяла, а нож. От маньяков неудобно отбиваться зарядным устройством. И конфетами их до смерти не накормишь.
Оглядываюсь, просовываю руки в карманы куртки и слышу, как завывает ветер. В коттеджах не горит свет. Так тихо, что даже слышно топанье моих кроссовок об асфальт. Хуже бывает только в фильмах ужасов, где к отвратной обстановке прибавляется еще и отвратная музыка. Я вижу впереди церковь, возвышающуюся на фоне маленьких домов. Словно стрела, она врывается в темноту неба. Разноцветные витражи устрашающе блестят в лунном свете, переливаются желтыми, синими и фиолетовыми красками, и мне внезапно кажется, что кто-то за этими стеклами наблюдает за мной. Тут же в горле встает ком. Я откашливаюсь, смахиваю со лба испарину и крепко стискиваю пальцы.
Мне показалось. Там никого нет. Я одна. Одна.
Сзади проносится хруст. Я резко оборачиваюсь и примерзаю к месту. Какого черта?
Ветер проносится по темной улице, завывая и подкидывая иссохшие листья, и я не вижу ничего кроме пугающей пустоты, опоясывающей целый квартал.
Выдыхаю. Оглядываюсь. Что это было? Наверно, животное.
Поправляю волосы и медленно схожу с места. Теперь мне действительно не по себе. Церковь уже перед носом, и мне жутко хочется увидеть Хэрри. Неожиданно я становлюсь на удивление робкой девушкой. Никогда не думала, что паника подкрадывается к тем, кто пережил самые страшные мгновения в своей жизни. Ведь если подумать: что еще меня может напугать? Я и так потеряла самое дорогое. Куда уж хуже?
Очередной треск полоснул по мне словно бритва. Я оборачиваюсь, уверенная в том, что за мной кто-то следит, но никого не вижу. Никого!
Вот же дерьмо.
Это уже меня совсем не устраивает. Порывисто разворачиваюсь на носках кроссовок и стремительно несусь к церкви. Пошло все к чертям. Найду тетушек и сверну им шею!
— Ари, — неожиданно произносит до боли знакомый голос, — Ари, куда ты?
Я останавливаюсь. Резко и неуклюже. Меня будто ударяют по ребрам, и дышать мне больше нечем. Я не знаю, откуда я нахожу в себе силы обернуться, но я оборачиваюсь и вижу то, что заставляет меня согнуться от боли.
Напротив меня, метрах в тридцати, стоит Лора.
— Ари, — говорит она, — Ари, почему ты убегаешь?
Я хватаюсь ладонями за лицо. О, Боже. Этого не может быть! Нет, нет.
— Пожалуйста, вернись. Я соскучилась, Ари. Мне холодно.
— О, Господи, — срывающимся голосом лепечу я, пятясь назад. Это невозможно. Моя сестра умерла, она не может быть здесь, не может стоять напротив меня! — Это не ты, нет.
— Ари, что с тобой? Тебе плохо?
— Это не ты! — Восклицаю я и покачиваю головой. — Нет, нет…
Тело сводит судорогой. Моя сестра глядит на меня огромными, карими глазами, а я вдруг замечаю струйку крови, что тянется вдоль ее тонкой шеи. Она катится по плечам, по локтю и пальцам. Падает на асфальт. Я слышу эти глухие удары. Бум. Бум.
Меня трясет. Я раскрываю глаза так широко, что их щиплет, и чувствую, как внутри возгорается дикая паника, о существовании которой я раньше не подозревала.
— Не может быть…
— Ари.
— Нет. — Я отхожу назад.
— Останься.
— Нет…
— Ари, пожалуйста, мне страшно.
— Нет! — Я срываюсь с места.
Ноги цепляются об асфальт, будто он липкий, но я упрямо несусь вперед, отчаянно работая руками. Что происходит? Перед глазами все плавает. Грудь дерет от боли. Это не может быть правдой. Нет, нет, это не Лора. Я сошла с ума. Это не она.
Я оборачиваюсь и вижу, как моя маленькая сестра тянет ко мне окровавленную руку.
— Ари! — Восклицает она, и я внезапно врезаюсь во что-то твердое.
Меня отбрасывает назад. Мир переворачивается, я замечаю, как небо сваливается на меня и придавливает сводом к холодному асфальту. Правда, внезапно меня поддерживают чьи-то руки, и вместо того, чтобы оказаться на земле, я оказываюсь в крепких объятиях.
АннотацияНикто не знает, когда мучениям придёт конец. Возможно, придется страдать всю жизнь, позабыв о таком чувстве, как счастье…. К этому и пыталась подготовить себя Кейт Уильямс, в глубине души осознавая, что в её случае муки безграничны и нескончаемы. Проходит время, всё меняется, когда она находит утешение в лице двух парней, так старательно оберегающих её друг от друга. Но никто даже не подозревает, что над Кейт нависла опасность куда хуже, чем смерть. А что может быть хуже смерти?
Дельфия Этел давно знает, что она ведьма. Еще она знает, что боль любого человека разрывает ее на части, приносит невыносимые муки. Ее спасение в безмолвии. В вечном одиночестве. Она собирается потонуть в стенах собственного дома, однако все меняется, когда на пороге появляются незнакомцы из далекого города — Астерии.Стоит девушке пойти с ними? Или, вырвавшись на волю, она очутится в еще более глубоком океане из боли и одиночества?Тем временем в Астерии все меняется. После того, как Ариадна Блэк продала душу Дьяволу, она превратилась в ночной кошмар, вырвавшийся из снов жителей.
Я стала особенной, не представляя собой ничего необыкновенного. И я стала такой благодаря одному человеку. Мы вместе создали воспоминания и вместе запечатлели друг друга в памяти.
Чтобы вернуться к нормальной жизни, Китти Рочестер забывает о прошлом. Она начинает все заново – с нуля – будто сердце и вовсе не разбивалось на осколки; будто воспоминания не приносят боли и не оставляют следов. Однако, оказывается, невозможно убежать от собственных страхов. Особенно тогда, когда у них жгуче-черные волосы и невообразимо голубые глаза.
Лия Бронская вынуждена жить со страшным дефектом сознания.Амнезия беспощадно забирает целый год из памяти девушки: триста шестьдесят пять дней, переполненных какими-то событиями, эмоциями просто-напросто исчезают, оставив после себя лишь пустоту, вопросы и боязнь одиночества. Смирившись с таким тяжелым диагнозом, Лия хочет продолжить жить дальше, хочет стабилизироваться и забыть о потере, но вместо этого она оказывается в эпицентре опасных событий, развернувшихся на окраине её города.Подростковые самоубийства чередой кровавых дат заполняют все таблоиды газет, заголовки журналов.
Стала Лора Фон Шиллер легендой, и написали о ней не одну песню, и прозвали ее сиреной Рэйна, обвиняя в погибели многих мужчин, павших пред ее вечной красотой.
Господи, кто только не приходил в этот мир, пытаясь принести в дар свой гений! Но это никому никогда не было нужно. В лучшем случае – игнорировали, предав забвению, но чаще преследовали, травили, уничтожали, потому что понять не могли. Не дано им понять. Их кумиры – это те, кто уничтожал их миллионами, обещая досыта набить их брюхо и дать им грабить, убивать, насиловать и уничтожать подобных себе.
Обычный программист из силиконовой долины Феликс Ходж отправляется в отдаленный уголок Аляски навестить свою бабушку. Но его самолет терпит крушение. В отчаянной попытке выжить Феликс борется со снежной бурей и темной стороной себя, желающей только одного — конца страданий. Потеряв всякую надежду на спасение, герой находит загадочную хижину и ее странного обитателя. Что сулит эта встреча, и к каким катастрофическим последствиям она может привести?
Говорят, что самые заветные желания обязательно сбываются. В это очень хотелось верить молодой художнице… Да только вдруг навалились проблемы. Тут тебе и ссора с другом, и никаких идей, куда девать подобранного на улице мальчишку. А тут еще новая картина «шалит». И теперь неизвестно, чего же хотеть?
Сергей Королев. Автобиография. По окончании школы в 1997 году поступил в Литературный институт на дневное отделение. Но, как это часто бывает с людьми, не доросшими до ситуации и окружения, в которых им выпало очутиться, в то время я больше валял дурака, нежели учился. В результате армия встретила меня с распростёртыми объятиями. После армии я вернулся в свой город, некоторое время работал на лесозаготовках: там платили хоть что-то, и выбирать особенно не приходилось. В 2000 году я снова поступил в Литературный институт, уже на заочное отделение, семинар Галины Ивановны Седых - где и пребываю до сего дня.
Я родился двадцать пять лет назад в маленьком городке Бабаево, что в Вологодской области, как говорится, в рабочей семье: отец и мать работали токарями на заводе. Дальше всё как обычно: пошёл в обыкновенную школу, учился неровно, любимыми предметами были литература, русский язык, история – а также физкультура и автодело; точные науки до сих пор остаются для меня тёмным лесом. Всегда любил читать, - впрочем, в этом я не переменился со школьных лет. Когда мне было одиннадцать, написал своё первое стихотворение; толчком к творчеству была обыкновенная лень: нам задали сочинение о природе или, на выбор, восемь стихотворных строк на ту же тему.
«Родное и светлое» — стихи разных лет на разные темы: от стремления к саморазвитию до более глубокой широкой и внутренней проблемы самого себя.