Возле входа в зоопарк меня отозвал в сторону Игорь Булавин.
— Учти, Мымриков на твоей ответственности. Тут дикие звери. А ты Севку знаешь!
— Что я, гувернантка?! — возмутился я.
— Ты — пионер, — строго сказал Игорь. — Мы с тобой на эту тему уже беседовали. Если мало, могу побеседовать ещё. Завтра. А сегодня выполняй поручение.
Я посмотрел на Иру — около неё был теперь один Алик — и подошёл к Севке.
У Севки на животный мир была своя точка зрения.
Всяких мелких безобидных зверушек и птах он презирал.
Севке нравились звери свирепые и хищные: львы, тигры, пантеры. С уважением остановился он перед пеликаном.
— Вот это клювик… Ка-а-ак долбанёт — не обрадуешься!
Сперва Севке очень понравился бегемот. А когда бегемот зевнул, открыв огромную розовую пасть, Севка пришёл в восторг.
— Гляди! — кричал он мне. — Вот это ротик! Вот это я понимаю! Попадись такому, он и жевать не будет. Захлопнет свой чемодан, только тебя и видели! Любовь Дмитриевна, — спросил он учительницу, — а он крокодила живого может проглотить? Он ими, наверно, питается, да?
— Бегемоты, — сказала Любовь Дмитриевна, — питаются растительной пищей: сочными травами, корневищами водяных и болотных растений, ветками. Должен бы знать, Мымриков. Мы об этом говорили на уроках.
— Он? Травой?!
Севка с сожалением посмотрел на бегемота.
— Здоровенный, а ест всякую ерунду. С такой пастью я б на его месте крокодилов, кабанов и ещё чего там водится, как мух, глотал. Не глядя.
— Не сомневаюсь, Мымриков, — сказала Любовь Дмитриевна и все засмеялись.
Скоро звери, большие и маленькие, надоели Севке. Он стал крутить головой по сторонам и увидел лоток с мороженым. Потом ещё покрутил головой и потащил меня к клетке с фламинго, длинношеими голенастыми птицами.
— Гляди: на одной ноге стоит. Спорим на мороженое, я дольше простою.
Я знал, Севка был мастер спорить. И не просто так, а обязательно на что-нибудь. Я однажды видел, как Севка спорил.
Возле школы стоял малыш с яблоком. Сева подошёл к нему и сказал:
— А я, между прочим, могу доплюнуть до второго этажа.
Малыш задрал голову и недоверчиво протянул:
— Врёшь…
— Не веришь? Спорим на твоё яблоко…
Минуту спустя Севка похрустывал яблоком и назидательно говорил:
— Учти, из двух спорящих один обязательно умный, а другой — нет.
Поэтому я сказал Севке:
— Ладно, и так верю.
— А может, поспорим? — спросил Севка.
— Чего спорить, когда я тебе и так верю. Пошли дальше.
Но сбить Севку было не просто. Он задумчиво потёр подбородок и изобразил на физиономии крайнюю степень неуверенности.
— А может, и не простою дольше? Надо попробовать!
Севка проворно, не хуже фламинго, поджал левую ногу.
Птица, которую взялся перестоять Севка, от стояния на одной ноге никакого неудобства не испытывала, а Севка уже через минуту опустил ногу.
— Не могу больше! А ты ещё не хотел спорить!
Мне показалось, что Севка хитрил и что он мог бы ещё стоять долго, но я промолчал.
Мы шли мимо клеток с другими зверями и птицами, а Севка всё сокрушался:
— Подумать только, ещё б немного — и проиграл. Кто ж знал, что она на одной ноге столько стоять может? Ну, да ладно, попадись мне другая такая птица, ещё посмотрим, кто кого!
В окошке служебного помещения я увидел птицу, как две капли воды похожую на ту, с которой Севка только что соревновался. Я хотел отвлечь внимание Севки. Но было поздно.
— Ага! — закричал Севка. — Попалась! — и тут же спохватился: — Конечно, не совсем попалась. Я, конечно, могу потерпеть сокрушительное поражение. А что? Вполне возможно! Но мы сейчас тягаемся. Вот! — Севка протянул мне руку. — Спорим на мороженое, перестою её на одной ноге. Учти, запросто могу и проиграть. Она, может, с пелёнок на одной ноге привыкла стоять, а у меня опыта нет. Но, так и быть, спорим.
— Чего спорить. Я ж тебе сказал: и так верю.
— Ладно, — ставлю два мороженых против одного.
Я покачал головой.
— Три! — предложил Севка.
— Нет, — сказал я.
— Пять.
Когда Севка дошёл до ста штук, мне стало смешно.
— Послушай, — сказал я, — мама мне дала денег. Как раз на два мороженых хватит. Давай купим и пойдём дальше, не то мы возле этой птицы целый час торчать будем.
— Ну, уж нет. Спорить — пожалуйста; а так с какой стати ты меня мороженым будешь кормить?
Мне эта канитель надоела и я махнул рукой:
— Делай, как хочешь…
— Итак, — торжественно возгласил Севка, — если выигрываю я, ты мне покупаешь одно мороженое, если выигрываешь ты, я тебе покупаю сто! Так?
— Так, — согласился я. — Не тяни. Начинай своё единоборство, да пойдём дальше. Мне на эту птицу уже смотреть противно.
— Внимание! — прокомандовал себе Севка. — На старт! Марш! — и поджал одну ногу.
Я присел рядом на скамейку и стал ждать, когда птице за окном надоест стоять на одной ноге и Севка заработает своё мороженое.
Однако время шло, а птица и не думала менять позы.
— Ишь ты, — пробормотал Севка, — стоит и глазом не моргнёт. И не шелохнётся…
А ещё через некоторое время Севка стал потихоньку кряхтеть. И не так, как первый раз, для виду, а по-настоящему.
Не знаю, что было бы дальше и чем бы это всё кончилось, но тут к нам подошла женщина с совком и метлой в руках.
— Не иначе, на космонавта готовится, — кивнула она в сторону Севки.