Белый ветер - [7]
В конце концов он заснул и спал так крепко, что Русанов едва растолкал его в шесть утра.
— Давай, Левашов, вставай. Решающий твой день наступил.
Левашов — по обычной училищной привычке — мгновенно вскочил, выбежал из палатки, обтерся снегом, сделал зарядку…
Солдатский телефон работал исправно. Левашов сразу понял, что вчерашний инцидент на площадке приземления уже известен всем. Откуда? Ведь, кроме него, Гоцелидзе и Копытко, никто о нем не знал. Гоцелидзе вряд ли стал бы говорить об этом с солдатами.
Утро прошло в хлопотах. Лагерь опустел: все начальство — на командном пункте, солдаты — на своих объектах. Издали доносится могучий рев грейдеров, расчищающих подъездные пути, порой с шумом опускаются зеленые вертолеты, раздувая снежную пыль, вновь поднимаются в воздух, застывают, наклонившись, словно в раздумье, и, стремительно набирая скорость, исчезают за деревьями.
Левашов шел в сторону командного пункта, то и дело задирая голову к небесам. У десантников вообще такая привычка — поглядывать на небо, особенно во время учений: разрешат выброску или не разрешат? Говорят, даже дома, отправляясь в воскресенье в кино, десантник машинально вглядывается в легкие облака и доверительно сообщает жене: «Порядок, прыгать можно».
Левашов вздохнул. Такая ясная ночь была, а сейчас, как назло, ветер сгреб облака, небо надвинулось, опустилось, нависло тяжелой ватной крышей. Разрешат выброску или не разрешат?..
Вот и командный пункт. Это высокая крытая трибуна. Наверху уже полно — командующий, руководитель учений, командиры соединений, частей, начальники артиллерии, связи, инженерной службы, а вот и знакомый полковник-кадровик со своим другом начальником медслужбы.
У бесчисленных телефонов и раций застыли связисты, сбоку от трибуны столпились посыльные. Московский корреспондент в своей чудной штатской меховой кепке, обвешенный фотоаппаратами, с блокнотом в руках, зорко оглядывает генералов, наверное, решает, у кого первого брать интервью.
Подъезжают «Волги». Из них выходят несколько человек в гражданской одежде, и, судя по уважительности, с какой их встречают на трибунах, Левашов понимает, что это местные партийные и советские руководители. Учения большие — они охватывают несколько областей. Десант — всего лишь эпизод, и, наверное, не самый важный, но посмотреть собрались все: пропустить выброску десанта никто не захотел.
На своем посту в окружении телефонистов — подполковник Фоменко. Левашов уже докладывал сегодня утром, второпях, на ходу. Фоменко только улыбнулся, пожал руку, сказал: «Ну что, с имитацией в порядке? Раз замполит проверил, значит, не подведет» — и подмигнул. Потом заторопился дальше, а Левашов остановился в раздумье. И этот прослышал. Ну что, в конце концов, особенного? Приехал офицер, приступил к своим обязанностям, заметил непорядок, выговорил виновному — обычная служба. Ан нет, уже и начальство знает. А может, не знает, может он совсем не то имел в виду? Просто сам он, Левашов, на каждом шагу видит то, чего нет, все, мол, заметили, все оценили его поразительную бдительность!..
Вот офицеры и сержанты его роты — ответственные за различные участки имитации. На корточках у телефона — сержант Копытко, он что-то оживленно толкует в трубку, подкрепляя свою речь жестами, словно его телефонный собеседник может их видеть.
Перед трибуной огромный макет всего района учений — гордость старшего лейтенанта Русанова. Много часов провозился он здесь со своими помощниками, скрупулезно воссоздавая местность, сажая миниатюрные леса и рощи, поднимая холмы с шапку величиной, отрывая овраги глубиной с блюдце.
Он работал, как скульптор, вдохновенно и без устали, вновь и вновь поднимаясь на трибуну, чтобы в очередной раз оглядеть с высоты свое произведение.
Когда наконец макет был готов, с величайшей осторожностью ступая по нему, подобно Гулливеру в стране лилипутов, Русанов нанес синие и красные линии: границы площадки приземления, ракетные установки «южных», позиции прикрытия, пути наступления и маневра. А в оставшиеся два дня все бегал к макету, опасаясь ветров и снегопадов — как бы не испортили.
Но сейчас он мог гордиться своей работой: макет, чуть подмерзший, затвердевший, сверкал всеми красками. Он был точен и безупречен. К нему были прикованы взгляды всех стоявших на трибуне, а генерал, подразделения которого через несколько минут начнут десантирование, с длинной указкой в руке расхаживал вокруг макета и объяснял задачу своих гвардейцев. Он говорил с хрипотцой, слегка в нос. Ни командующий, ни другие офицеры не знали, что накануне во время лыжного обхода района — в легком тренировочном костюме — он простудился, всю ночь провалялся в жару и сейчас температурил, был не в лучшей форме. Наконец генерал закончил объяснения, опустил руку с микрофоном на длинном проводе и в ожидании уставился на трибуну: не последуют ли вопросы?
Таковых не последовало, и генерал поднялся на трибуну к командующему.
Наступили томительные минуты ожидания. Все поглядывали на часы: где же самолеты?
…Они возникли внезапно. Словно громадные птицы, стремительно пронеслись над землей их размытые облаками силуэты. Потом обрушился на землю гром.
![Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26](/storage/book-covers/48/48b2ebdf005285b10cdac179fa67d2d60e943094.jpg)
Настоящий том содержит в себе произведения разных авторов посвящённые работе органов госбезопасности, разведки и милиции СССР в разное время исторической действительности. Произведения для этого сборника взяты из журналов "Щит и меч" и "Советская милиция". Содержание: 1. Юрий Яковлевич Козлов: Кайнок 2. Михаил Дмитриевич Трофимов: Библиотечка журнала «Советская милиция» 1(25), 1984 3. Юрий Воложанин: Чертов мост. Отпуск 4. Семен Георгиевич Курило: Библиотечка журнала «Советская милиция» 4(34), 1985 5.
![Ночное солнце](/storage/book-covers/e5/e5ce9bb9bc6faae23350fb5d7b8132fc6b6e6696.jpg)
Книга посвящена жизни и боевой учебе воинов-десантников в современных условиях. В ней прослеживаются судьбы многих героев, отдающих все свои силы и способности великому делу служения Родине.
![Голубые молнии](/storage/book-covers/6c/6c9d6b77773fc22e8689c5ae2c3e940bdb35f4c5.jpg)
«Голубые молнии» — роман о десантниках. Десантник — особый воин, он должен уметь многое: быть и стрелком, и радистом, и шофером, и минером, и разведчиком.Призывник Андрей Ручьев, став десантником, познал не только себя, но и истинные ценности. И себя, и окружающих, и свою Родину он увидел по-новому, нашел настоящих друзей и стал достоин большой любви.Роман получил премию Министерства обороны СССР за 1974 год.Издательство «Детская литература» печатает роман в сокращенном варианте.
![Рейс продолжается](/storage/book-covers/76/76f5d4502863b0b1a00b187272dd5ed139dd00d7.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Черный эскадрон](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Заколдованный круг](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Роман «Заколдованный круг», как и другие произведения Александра Кулешова этого цикла («„Мартини“ может погаснуть», «Счастливчики с улицы Мальшанс», «Как же быть?»), рассказывает о современной молодежи на Западе, ее судьбах, проблемах, мечтах и исканиях.Трагична судьба главного героя этого романа. Он живет в сложном мире, где лицемерие, обман и преступление процветают, а защита правды и свободы чревата опасностями..
![Тризна безумия](/storage/book-covers/c0/c00081186dd6108e301514ad2ece5ee22c5e4410.jpg)
«Тризна безумия» — сборник избранных рассказов выдающегося колумбийского писателя Габриэля Гарсиа Маркеса (род. 1928), относящихся к разным периодам его творчества: наряду с ранними рассказами, где еще отмечается влияние Гоголя, Метерлинка и проч., в книгу вошли произведения зрелого Гарсиа Маркеса, заслуженно имеющие статус шедевров. Удивительные сюжеты, антураж экзотики, магия авторского стиля — все это издавна предопределяло успех малой прозы Гарсиа Маркеса у читателей. Все произведения, составившие данный сборник, представлены в новом переводе.
![Дитя да Винчи](/storage/book-covers/98/980c6af541c1f7f8953042bd7a214c4c73f69fa1.jpg)
Многие думают, что загадки великого Леонардо разгаданы, шедевры найдены, шифры взломаны… Отнюдь! Через четыре с лишним столетия после смерти великого художника, музыканта, писателя, изобретателя… в замке, где гений провел последние годы, живет мальчик Артур. Спит в кровати, на которой умер его кумир. Слышит его голос… Становится участником таинственных, пугающих, будоражащих ум, холодящих кровь событий, каждое из которых, так или иначе, оказывается еще одной тайной да Винчи. Гонзаг Сен-Бри, французский журналист, историк и романист, автор более 30 книг: романов, эссе, биографий.
![Комар. Рука Мертвеца](/storage/book-covers/05/058fee5a157842fc08ac30c883f07f515cc4c66f.jpg)
Детство проходит, но остаётся в памяти и живёт вместе с нами. Я помню, как отец подарил мне велик? Изумление (но радости было больше!) моё было в том, что велик мне подарили в апреле, а день рождения у меня в октябре. Велосипед мне подарили 13 апреля 1961 года. Ещё я помню, как в начале ноября, того же, 1961 года, воспитатели (воспитательницы) бегали, с криками и плачем, по детскому саду и срывали со стен портреты Сталина… Ещё я помню, ещё я был в детском садике, как срывали портреты Хрущёва. Осенью, того года, я пошёл в первый класс.
![Меч и скрипка](/storage/book-covers/f4/f45d5b1027ab6aa8799a880cc7742f36e70bfd45.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Небрежная любовь](/storage/book-covers/66/66dc60abab77f39f37a0232c926c06d2e59a8ef4.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Кони и люди](/storage/book-covers/24/24f00bbf54b5d4c082b3fad7e4c5cca579fdc0b3.jpg)
Шервуд Андерсон (1876–1941) – один из выдающихся новеллистов XX века, признанный классик американской литературы. В рассказах Андерсона читателю открывается причудливый мир будничного существования обыкновенного жителя провинциального города, когда за красивым фасадом кроются тоска, страх, а иногда и безумная ненависть к своим соседям.