Звездный час «Весты» - [37]
Выпустив пять пуль, командир передал ружье Носову, поднял бинокль, недолго смотрел в него.
— Братцы, — обратился Баранов к стрелкам и комендорам энгстремовского орудия, — видите солнечные блики на мостике турка?
— Видим, ваше благородие.
— Сто рублей премии на всех, если собьете прибор! Приготовиться! Пли!
Залп двух энгстремовских стволов и трех винтовок оглушил Володю. В подзорную трубу он увидел, как упали синие фигуры и исчезла красная феска. Но аппарат продолжал сверкать линзами на солнце.
— Молодцы! — объявил Баранов, — Хотя дальномер цел, но наблюдатели уничтожены. Премия выплачивается после боя. — Рады стараться, ваше благородие! — привычным хором ответили стрелки.
На юте грохнула мортира Кроткова, но взрыва бомбы не последовало.
— Отказала, — разочарованно сказал Баранов и велел Володе вызвать на мостик Перелешина-младшего. Яковлев нашел обоих минных офицеров у своих катеров. Они на всякий случай разводили пары в машинах и уже успели в этом. Услышав о приглашении Баранова, Михаил Платонович кивнул Жеребко-Ротмистренко и произнес:
— Сейчас я его спрошу.
Поднявшись на мостик, он первым делом посмотрел на броненосец, оценивая на глаз расстояние до него. А до острого шпирона турецкого корвета оставалось саженей 300-350.
— Михаил Платонович, — сказал Баранов, — противник, как видите, наступает уже не маневрируя. Очевидно, он намерен таранить «Весту». Прошу вас отправиться на корму, приготовить шест со снаряженной миной, проверить провода. Когда броненосец подойдет на длину шеста, откидывайте его от борта, не дожидаясь особой команды, по вашему усмотрению.
— Николай Михайлович, — ответил лейтенант, — я и Жеребко-Ротмистренко просим разрешения на атаку минными катерами. Их команды тоже рвутся в дело. Пары уже подняты.
Баранов, явно потрясенный предложением, с изумлением посмотрел на Перелешина.
— Но ведь сейчас же белый день, — воскликнул он, — это безумие! Никто еще не атаковал броненосец в открытом море, на ходу, да еще при свете солнца!
— Так тем больше чести тому, кто решится на атаку! — воскликнул Перелешин.
Баранов посмотрел на море вокруг.
— Михаил Платонович, — мягко сказал он, — посмотрите на волны — какая зыбь! Катера не выгребут против волны, а потом ведь для их спуска надо остановиться по крайней мере на пять минут! Нет, это невозможно! Оставьте безумную затею и отправляйтесь, пожалуйста, к кормовому минному шесту, он может нам скоро понадобиться.
Перелешин вздохнул, повернулся и стал спускаться по трапу. Володя провожал взглядом его изящную фигуру, жалея, что Баранов не разрешил минной атаки.
Крупная граната взорвалась над мостиком, ударила взрывная волна, масса осколков впилась в настил. Володя увидел, что Перелешин схватился за бедро и упал. Одновременно он услышал странный чавкающий звук и стоны справа от себя. Стрелок Носков лежал на мостике с оторванной головой, рядом умирал другой матрос с развороченной грудью. Из «Птички», катера Перелешина, повалил густой пар — осколком пробило котел.
Баранов и Володя одновременно подбежали и склонились над Перелешиным.
— Михаил Платонович, голубчик, куда вас? — спрашивал Баранов.
— Ногу… оторвало, — с трудом приподнимаясь на локте, ответил раненый, — не смог я минный шест осмотреть, — виновато продолжал он, — пошлите Жеребко-Ротмистренко, он в этом тоже прекрасно понимает. Но, если и с ним что случится, то помните, Николай Михайлович, главное — снаряженную мину к шесту крепить только перед самой атакой. А то взорвется ненароком…
Раненый разволновался. Баранов, понимая, что через несколько часов он, скорее всего, умрет, старался успокоить лейтенанта, обещая проследить, чтобы все исполнили в точности. Подбежали санитары, положили Перелешина на уже окровавленные носилки и понесли…
Из люка на юте появился старший офицер, за ним — Петров, Казнаков, волонтеры и переводчик. Их лица и руки были покрыты копотью, волосы и брови обожжены. Все были в одних сорочках, в руках — дымящиеся обрывки сюртуков.
— Пожар потушен, Николай Михайлович, — доложил старший офицер, — огонь не успел разгореться, тлела только мебель и ковер. Затоптали и сбили. А что с Михаилом? — ему уже сказали о ране брата.
— Он в лазарете, но, боюсь, дело плохо, нога оторвана почти у паха. Сами знаете, чем грозят такие вещи, — печально отвечал Баранов.
Над «Вестой» опять разорвалось несколько гранат, но осколки никого не задели. Володя подумал, что через несколько секунд броненосец окончит заряжать погонное орудие и с такого расстояния не промахнется. Море стало успокаиваться, зыбь стихала. Оставалась маленькая надежда на мортиру Рожественского, который что-то уж очень долго и тщательно наводил ее.
Баранов не выдержал:
— Юнкер, отправляйтесь туда и спросите лейтенанта Рожественского, собирается ли он вообще когда-нибудь стрелять?
Володя сделал шаг, но в это время мортира грохнула. В бинокли было видно, что бомба взорвалась прямо за бруствером погонного орудия.
— Ура! — не удержался Владимир.
— Спокойно, юнкер, — осадил его Баранов, — еще не ясно, подбита ли пушка. А вдруг она сейчас выпалит!
Но орудие молчало. Бомба Рожественского сделала свое дело.
![Севастопольские маршруты](/storage/book-covers/6a/6ab1ec6acd752680902939121aa2196a6007c6b7.jpg)
Автор приглашает совершить увлекательные экскурсии по нехоженым и малоизвестным маршрутам исторического центра, ближних и дальних окрестностей города. Читатель получит представление о достопримечательностях и памятных местах, связанных со становлением Севастополя и Черноморского флота, обороной города в 1854-1855 гг., революционными событиями, подвигами советских воинов во время Великой Отечественной войны, о сегодняшнем облике города-героя.Для широкого круга читателей.
![Годы в седле](/storage/book-covers/95/952bb27a3645987c3062f86060d20f0a310f81c6.jpg)
Гражданская война, Советский Туркестан во вражеском кольце. Связи с Москвой нет, не хватает хлеба, оружия, топлива... Среднеазиатские большевики твердо отстаивают дело революции. Ряды бойцов за власть Советов день ото дня растут. В них вливаются и революционно настроенные военнопленные. Среди бойцов-интернационалистов много мадьяр. Сражаясь против врагов Советской республики в России, они тем самым боролись и против врагов трудовой Венгрии. Автор книги не претендует на широкие исторические обобщения. Как участник и свидетель событий, он правдиво описывает суровые бои и походы в горах и пустынях, на живых примерах показывает могучую силу интернационализма.
![Агент Зигзаг. Подлинная военная история Эдди Чапмена, любовника, предателя, героя и шпиона](/storage/book-covers/4c/4cdc613f66527a589dae9b117f7993f3356b2769.jpg)
История Эдди Чапмена — самого известного двойного агента Второй мировой войны. Фоном для этой головокружительной биографии послужили драматические и кровавые события середины XX века, невероятные успехи и обескураживающие ошибки спецслужб Британской империи и Третьего рейха, «тихая война» математиков и контрразведчиков за секретные шифры противника, невозможное сплетение судеб — словом все то, что мы привыкли видеть в лихо закрученных шпионских романах. Разница в том, что «Агент Зигзаг» Бена Макинтайра — хоть и увлекательное по форме, но серьезное по масштабу проделанной работы биографическое исследование, базирующееся на недавно открытых для историков архивных документах британской контрразведки МИ-5.
![Поздняя повесть о ранней юности](/storage/book-covers/62/623c37b54c2652e91d84569a510021b0fb3bc00e.jpg)
В биографических очерках рассказывается о трудном детстве, о войне и о службе в армии после нее. Главным в жизни автора было общение с людьми того исторического времени: солдатами и офицерами Красной Армии, мужественно сражавшимися на фронтах Великой Отечественной войны и беззаветно служившими великой Родине.Книга рассчитана на широкий круг читателей.
![Малыш и Странник](/storage/book-covers/59/5999c803a6d826ca5d55ec1ab840f958fe6cc498.jpg)
Автор: Буевич Владимир Вацлавович. Участник боевых действий в Демократической Республике Афганистан -1986-1987 ггПОВЕСТЬ О БОЕВОМ ПУТИ, ЖИЗНИ И СМЕРТИ ОТДЕЛЬНОГО РАЗВЕДВЗВОДА Н-ской ОТДЕЛЬНОЙ ГОРНОСТРЕЛКОВОЙ БРИГАДЫ В СОСТАВЕ ОГРАНИЧЕННОГО КОНТИНГЕНТА СОВЕТСКИХ ВОЙСК В АФГАНИСТАНЕ.
![Блок 11](/storage/book-covers/bb/bb8361f9ce10d6615ee0ed16cbbfafa1820f9d20.jpg)
Вторая мировая война, Освенцим. Десять узников концлагеря приговорены к расстрелу из-за того, что несколько их товарищей по несчастью совершили удачный побег. Но команда «Огонь!» так и не прозвучала. Комендант предложил смертникам самим решать, кому жить, а кому погибнуть. К восьми часам следующего дня заключенные должны назвать имя того из них, кто будет казнен…
![Юность уходит в бой](/storage/book-covers/50/50ff952ab7f457d4ab61a38e03681e13444ea32c.jpg)
В книге рассказывается о людях Отдельной мотострелковой бригады особого назначения, которая была сформирована в первые дни Великой Отечественной войны из комсомольцев-добровольцев, главным образом студентов и спортсменов Москвы и Московской области. Автор служил в этом соединении, сражался под Москвой, а затем около трех лет — в тылу врага. Первое издание книги вышло в 1965 году. Она быстро разошлась и получила положительные отзывы читателей.