Звездный час «Весты» - [35]
После одного из залпов каземата правого борта он было с радостью подумал, что все кончено, — прямо у бортов русского крейсера взвились столбы воды. Очевидно, снаряды прошли вдоль бортов, образуя две длинные широкие пробоины, куда сейчас врываются потоки воды. Но противник не тонул, а ответил залпом, причем средняя из трех бомб взорвалась так близко от форштевня, что если бы не броневой пояс, носовая часть «Фетхи-Буленда» была бы разворочена.
Снаряды со скрежетом пронеслись вдоль бортов «Весты» и взорвались впереди, окатив бак водяными потоками. Старший офицер бросился к правому борту, а Володя по знаку Баранова — к левому. Перевесившись через леера, придерживая рукой фуражку, он глянул вниз, ожидая увидеть развороченный борт, но увидел только длинную глубокую вмятину в том месте, где снаряд скользнул по обшивке. Тотчас поспешив назад, он по спокойному лицу Перелешина понял, что и с его борта все благополучно.
Старший офицер в рупор объявил команде, что снаряды просто скользнули по борту, чем полностью успокоил матросов. Они уже привыкли к тому, что снаряды броненосца не причиняют им никакого вреда. Хотя турок и стрелял довольно точно, но зыбь мешала прицеливанию. Одни снаряды с воем пролетали над палубой, взрываясь перед форштевнем, другие падали за кормой. При этом они рикошетировали от поверхности воды и опять проносились над «Вестой». Единственный урон, что понес пока пароход от огня врага, — несколько перебитых снастей такелажа.
Но сделав свое оптимистическое заявление в рупор, Перелешин тихо сказал Баранову:
— Николай Михайлович, глубокая вмятина уходит под ватерлинию, как бы не было пробоины в подводной части.
— Пошлите боцмана, пусть осторожно, не привлекая внимания, осмотрит трюм. И скажите, чтоб молчал! И немедленно прикажите разблиндировать мостик, перенесите все эти тюфяки на борта и палубу у машинного отделения. Не возражайте, это категорический приказ. Дело становится очень серьезным. Не мы командуем ходом, а он!
— Не может быть, — возразил Перелешин, — ведь ход у турецких броненосцев 10-11 узлов!
— Я думаю, что англичане, вкупе с турками, очень ловко нас обманули. Впрочем, убедитесь сами, — он указал на бортовое 9-фунтовое орудие, от которого в этот момент отошли, окончив заряжение, комендоры. — Угол его наклона рассчитан на расстояние до цели в 12 кабельтовых. А теперь смотрите.
Орудие выстрелило, всплеск от падения снаряда появился далеко за кормой неприятеля.
— Да, сюзприз…- протянул Перелешин. — Эй, на дальномере.
— Есть на дальномере! — ответил Барковский.
— Доложите расстояние.
— Восемьсот саженей, — ответил наблюдатель, в голосе его слышалось удивление непонятным ему еще фактом столь неожиданного приближения врага.
Бак броненосца опоясался прерывистой линией из огневых точек, стая пуль со свистом пролетела над «Вестой», одновременно над мачтами лопнули две небольшие гранаты и несколько осколков впились в палубу.
— Стреляют из винтовок и 4-фунтовых орудий, — сказал старший офицер, — не вызвать ли и нам стрелков на палубу?
— Ни в коем случае, это пустая трата патронов, — ответил Баранов, — и запомните, Владимир Платонович, если меня убьют (Баранов произнес это страшное слово поразившим Володю будничным тоном), открывать ружейный огонь только с 400 саженей. Если враг подойдет вплотную — пытаться взорвать его кормовой шестовой миной, если не выйдет — бросайтесь на абордаж, а в последней крайности — взорвите пороховой погреб. Обещаете?
— Обещаю, — просто сказал Перелешин, и они пожали друг другу руки.
— Вот и прекрасно, а теперь велите побыстрее разблиндировать мостик.
Во время этой работы к Баранову подошел Чернов, он был как-то особенно торжественно-спокоен.
— Николай Михайлович, — начал он. Видно было, что подполковник пытается говорить шепотом, но оглушенный громом мортир, говорил так громко, что Володя все прекрасно слышал, — позвольте доложить, что в данный момент моя роль, как управляющего аппаратами Давыдова, кончилась.
До сих пор мы ошибались в оценке хода неприятеля, который имеет не менее 14 узлов. Сейчас он так приблизился, что даже во время полета снаряда опять вырывается вперед и уходит из-под бомб. На таком расстоянии мортиры бесполезны.
Над мостиком взорвалась граната, несколько осколков просвистело над их головами, а по палубе запрыгали дробинки, обычные охотничьи дробинки.
— Черт, какой гадостью гранаты заряжают! — брезгливо сказал Баранов, указывая на них Чернову. — Однако, дорогой Константин Давыдович, пока есть хоть какой-то шанс, продолжайте огонь. Теперь вам известна разница в скорости, стреляйте с упреждением.
— Боюсь, что поздно, — сказал Чернов, но в голосе, которым он отдавал команды, была уверенность и решимость.
— Товсь! Пли!
Мортиры рявкнули. Володя увидел облако дыма и кучу обломков, поднятых на корме неприятеля, и уже открыл рот, чтобы издать радостное «ура», когда корпус «Весты» дважды страшно вздрогнул. На юте, среди батареи, взметнулось пламя одного взрыва, затем другого.
— Юнкер, — прогремел голос Баранова, — осмотреть повреждения, доложить о потерях!
Володя бросился вперед, пробежал мимо разбитого вдребезги капитанского вельбота и, миновав надстройку, выскочил на площадку батареи. Первое, что он увидел, была дыра в палубе, из которой вился легкий дымок. Ближайшая к нему мортира, которой командовал Андрей, лишилась половины дула, под ногами путались разорванные взрывом провода. Прямо перед ним лейтенант Рожественский пытался приподнять залитого кровью Чернова. Подполковник что-то говорил, указывая рукой на мортиру. Вдруг его рука упала и он неестественно вытянулся.
![Севастопольские маршруты](/storage/book-covers/6a/6ab1ec6acd752680902939121aa2196a6007c6b7.jpg)
Автор приглашает совершить увлекательные экскурсии по нехоженым и малоизвестным маршрутам исторического центра, ближних и дальних окрестностей города. Читатель получит представление о достопримечательностях и памятных местах, связанных со становлением Севастополя и Черноморского флота, обороной города в 1854-1855 гг., революционными событиями, подвигами советских воинов во время Великой Отечественной войны, о сегодняшнем облике города-героя.Для широкого круга читателей.
![Бродовский котел](/storage/book-covers/05/05818e05aaec8c31b0384d9097f296cdcb30b2b6.jpg)
«Бродовский котел» — книга об одной из ярких страниц Великой Отечественной войны. В сборнике рассказывается о том, как войска 1-го Украинского фронта, осуществляя Львовско-Сандомирскую операцию, летом 1944 года прорвали сильнейшую оборону противника, окружили и разгромили восемь немецко-фашистских дивизий.Воспоминания непосредственных участников этих боев, очерки писателей и журналистов, публикуемые документы рассказывают об исключительной напряженности и ожесточенности боевых действий, об отваге и мужестве пехотинцев, танкистов, артиллеристов, конников, летчиков, саперов, связистов, о совершенных нашими воинами героических подвигах при окружении и ликвидации крупной вражеской группировки.
![Годы испытаний](/storage/book-covers/25/25d23f44e4d6b888ce16c7aa226af0ce722aee67.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Полководец. Биографическая повесть](/storage/book-covers/a4/a43a8e40bf23d5804bbc84d2ed11383c9e772140.jpg)
Книга рассказывает о выдающемся советском полководце, активном участнике гражданской и Великой Отечественной войн Маршале Советского Союза Иване Степановиче Коневе.
![Друг другу вслед](/storage/book-covers/7f/7fc400ccaebc7ac8d968781341e90fc8b618f9cc.jpg)
Роман рассказывает о подвигах уральцев и сибиряков в годы гражданской войны, которые под руководством В. Блюхера, Н. и И. Кашириных, И. Грязнова громили белогвардейцев на Восточном фронте, а затем броском через Сиваш определили судьбу «черного барона».
![Сильные духом (в сокращении)](/storage/book-covers/91/910cd6789f77b0160c14d45982ef05bc4348b87f.jpg)
Американского летчика сбивают над оккупированной Францией. Его самолет падает неподалеку от городка, жители которого, вдохновляемые своим пастором, укрывают от гестапо евреев. Присутствие американца и его страстное увлечение юной беженкой могут навлечь беду на весь город.В основе романа лежит реальная история о любви и отваге в страшные годы войны.