Звездный час «Весты» - [36]
«Неужто умер!» — в ужасе подумал Володя и тут увидел Андрея. Сначала, впрочем, заметил только ноги, торчащие из-за станка подбитой мортиры. Невольно замедлив шаги, страшась узнать то, что случилось, он обогнул мортиру. Андрей лежал на спине, устремив остекленевший взгляд прямо на пылающий диск солнца. Его плечи были превращены в кровавое месиво, рядом медленно увеличивалась лужа крови. Вокруг стонали четыре раненых комендора.
Дико вскрикнув, Володя бросился на мостик. По дороге он встретил матросов с носилками и доктора Франковского, но не остановился. Он знал, что для Андрея все кончено.
Увидев его залитое слезами лицо, Баранов понял, что случилось нечто ужасное.
— Андрей убит, — по-детски всхлипывая, лепетал Владимир, — Константин Давыдович тоже, четверо матросов ранены, вельбот разбит…
— А орудия? — страшным голосом спросил Баранов.
— Одно разбито, два целы, — ответил Володя, отвернувшись от командира, схватился за перила мостика и зарыдал. Рука Баранова легла на плечо Володи и стиснула его.
— Не время плакать, юнкер, — услышал Володя суровый, но полный сочувствия голос. — Вы и я, все на «Весте» в любую минуту можем разделить судьбу вашего брата и Чернова. А нам надо выжить и отомстить за них! Отправляйтесь на бак и передайте лейтенанту Кроткову приказ перейти с четырьмя комендорами из его расчета на ретирадную батарею. По дороге пригласите на мостик старшего офицера. Пусть вызовет стрелков на палубу и троих, самых лучших, возьмет с собой сюда.
Слова Баранова вернули Владимира к действительности. Он посмотрел на броненосец, даже на глаз было видно, что он приблизился саженей на 400. И вдруг вспомнил:
— Николай Михайлович, от последнего залпа бомба попала турку в корму, я видел тучу обломков.
— Молодец, — похвалил Баранов, — а теперь бегом на бак!
Старший Перелешин уже окончил блиндирование машины тюфяками и скоро явился на мостик с тремя стрелками. Одновременно вдоль бортов рассыпались матросы с ружьями — им было приказано целить в амбразуры казематов броненосца, откуда высовывались, как было видно в бинокль, красные фески. На юте Кротков и Рожественский заряжали и вручную наводили две оставшиеся невредимыми мортиры.
Над настилом мостика показалась голова боцмана Власова. Почтительно сняв шапку, он подошел к старшему офицеру и, посмотрев на рулевых у штурвала, явно конфузясь, произнес:
— Ваше благородие, дозвольте сказать два слова на ушко?
Перелешин склонился к нему.
— Что, большая пробоина? — спросил он взволнованно.
— Никак нет, ваше благородие, но небольшой пожар аккурат над пороховым и бомбовым погребами на юте. Турецкий снаряд — он наполовину вверху, а наполовину под палубой взорвался.
— Никому не говорил?
— Вот-те крест, — истово перекрестился Власов.
Перелешин торопливо пересказал новость Баранову.
— Владимир Платонович, придется вам это взять на себя. Захватите всех свободных офицеров, кроме минных — они, боюсь, нам понадобятся. Возьмите мичмана Петрова и гардемарина Казнакова. А чем заняты волонтеры?
— Господа Джевецкий и Мельников с переводчиком Спиропуло наряжены в команду для подачи снарядов к баковой батарее.
— И Спиропуло там? Молодец! Захватите всех с собой, сейчас на баке делать нечего.
Перелешин побежал вниз по трапу, Володя было кинулся за ним, но Баранов остановил его:
— Останьтесь, вы мне понадобитесь.
Опять над палубой разорвались две гранаты, юнкер увидел издали, как вздрогнула спина лейтенанта Кроткова, занятого вращением маховика наводки мортиры, как он левой рукой сделал жест, как бы желая ее почесать, а потом провел по волосам. Правой он при этом продолжал вращать маховик. После Володя узнал, что в этот момент семнадцать дробин впились лейтенанту в тело, а близким разрывом опалило волосы. Рожественский рассказывал потом, как англоман Аполлон Кротков наводил мортиру и сквозь стиснутые от боли зубы проклинал по-английски «английских свиней» на неприятельском броненосце.
Враг находился в это время в позиции, удобной для залпа из правого бортового каземата, но не стрелял, а стал разворачиваться, направляя на цель носовое орудие.
— Вы были правы, юнкер, — повеселев, сказал Баранов. — Одна бомба попала, но не в корму, а в правый каземат — этим орудиям уже больше не стрелять и их комендорам тоже!
Володя взял у сигнальщика подзорную трубу и направил на броненосец. С виду каземат был совершенно цел, но молчал.
«Бомба пробила ему крышу»,- догадался юнкер. Его внимание привлек солнечный зайчик на неприятельском мостике. Напрягши зрение, он разглядел два синих мундира у сверкающего бликами аппарата и поодаль — красное пятнышко турецкой фески.
— Николай Михайлович, — доложил он Баранову, — вижу одного турка и двух англичан у дальномера!
Он вздрогнул от близкого выстрела. Это Баранов, взяв «барановское ружье» из рук Николая Носкова, стрелка 1-го разряда, приведенного на мостик Перелешиным, сам стрелял по амбразуре броненосца. Володя сбоку увидел его лицо, бороду, прижатую к прикладу, отметил полную неподвижность корпуса, — то был опытный стрелок с твердой рукой. Вот он опустил винтовку, откинул затвор, вложил патрон, резко взвел курок, опять приложил приклад к плечу, недолго целился и выстрелил. Стрелял он с ожесточением, выдававшим необходимость разрядить многочасовое нервное напряжение физическим действием.
![Севастопольские маршруты](/storage/book-covers/6a/6ab1ec6acd752680902939121aa2196a6007c6b7.jpg)
Автор приглашает совершить увлекательные экскурсии по нехоженым и малоизвестным маршрутам исторического центра, ближних и дальних окрестностей города. Читатель получит представление о достопримечательностях и памятных местах, связанных со становлением Севастополя и Черноморского флота, обороной города в 1854-1855 гг., революционными событиями, подвигами советских воинов во время Великой Отечественной войны, о сегодняшнем облике города-героя.Для широкого круга читателей.
![Бродовский котел](/storage/book-covers/05/05818e05aaec8c31b0384d9097f296cdcb30b2b6.jpg)
«Бродовский котел» — книга об одной из ярких страниц Великой Отечественной войны. В сборнике рассказывается о том, как войска 1-го Украинского фронта, осуществляя Львовско-Сандомирскую операцию, летом 1944 года прорвали сильнейшую оборону противника, окружили и разгромили восемь немецко-фашистских дивизий.Воспоминания непосредственных участников этих боев, очерки писателей и журналистов, публикуемые документы рассказывают об исключительной напряженности и ожесточенности боевых действий, об отваге и мужестве пехотинцев, танкистов, артиллеристов, конников, летчиков, саперов, связистов, о совершенных нашими воинами героических подвигах при окружении и ликвидации крупной вражеской группировки.
![Годы испытаний](/storage/book-covers/25/25d23f44e4d6b888ce16c7aa226af0ce722aee67.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Полководец. Биографическая повесть](/storage/book-covers/a4/a43a8e40bf23d5804bbc84d2ed11383c9e772140.jpg)
Книга рассказывает о выдающемся советском полководце, активном участнике гражданской и Великой Отечественной войн Маршале Советского Союза Иване Степановиче Коневе.
![Друг другу вслед](/storage/book-covers/7f/7fc400ccaebc7ac8d968781341e90fc8b618f9cc.jpg)
Роман рассказывает о подвигах уральцев и сибиряков в годы гражданской войны, которые под руководством В. Блюхера, Н. и И. Кашириных, И. Грязнова громили белогвардейцев на Восточном фронте, а затем броском через Сиваш определили судьбу «черного барона».
![Сильные духом (в сокращении)](/storage/book-covers/91/910cd6789f77b0160c14d45982ef05bc4348b87f.jpg)
Американского летчика сбивают над оккупированной Францией. Его самолет падает неподалеку от городка, жители которого, вдохновляемые своим пастором, укрывают от гестапо евреев. Присутствие американца и его страстное увлечение юной беженкой могут навлечь беду на весь город.В основе романа лежит реальная история о любви и отваге в страшные годы войны.