Жижи - [8]
Тем временем вернулась Андре из «Опера-Комик». Она взглянула на встрёпанную головку Жижи, которая скатилась на плечо Лашая, на слёзы смеха в её прекрасных синих глазах… Андре не нашлась что сказать, но согласилась выпить бокал шампанского, а потом ещё один бокал и ещё один. Но поскольку после третьего бокала она выразила желание спеть для Гастона арию колокольчиков из «Лакме», мать отвела её в постель.
На следующий день эту семейную вечеринку не вспоминал никто, кроме Жижи, которая то и дело восклицала: «В жизни так не веселилась, как вчера! А карандаш-то, он ведь из настоящего золота!» Её восторги были встречены странным молчанием или же: «Перестань, Жижи, всё это несерьёзно», – сказанным с рассеянным видом.
А потом Гастон Лашай исчез и две недели не подавал никаких признаков жизни; семье Альварес пришлось довольствоваться сообщениями газет.
– Ты видела, Андре? В светских новостях сообщают, что господин Гастон Лашай отбыл в Монте-Карло. «Мы не дерзаем проникнуть за завесу тайны, скрывающую отъезд Гастона Лашая, однако ясно, что его причиной являются сердечные дела». Чего они только не пишут!
– Бабушка, ты знаешь, на уроке танцев Лидия Поре говорила, что Лиана уехала тем же поездом, только в другом купе. Бабушка, ты думаешь, это правда?
Госпожа Альварес пожала плечами.
– Даже если это и правда, как об этом узнали эти Поре? С каких пор они общаются с господином Лашаем?
– Они и не общаются, но Лидия Поре слышала разговор в гримёрной её тёти в «Комеди-Франсез».
Госпожа Альварес переглянулась с дочерью.
– Ах, в гримёрной? Тогда всё ясно, – отрезала госпожа Альварес.
Несмотря на нелёгкий хлеб Андре, госпожа Альварес с большим презрением относилась к ремеслу артиста. Когда госпожа Эмильена д'Алансон дебютировала в роли дрессировщицы, когда госпожа де Пужи, робевшая на сцене, как невинная девушка, показалась в чёрном тюлевом, усеянном блёстками костюме Коломбины, госпожа Альварес сейчас же пригвоздила их к позорному столбу: «Вот до чего докатились!»
– Бабушка, скажи, – приставала Жижи, – ты знакома с князем Радзивиллом?
– Да что с тобой сегодня? Какая муха тебя укусила? И вообще, о каком князе Радзивилле ты говоришь? Их много.
– Я не знаю о каком. Я только читала, что один из них женится. Там был список свадебных подарков: три письменных прибора из малахита и всякое другое. Что такое малахит?
– Э-э, что об этом говорить. Раз он женится, он нам уже неинтересен.
– Значит, если женится дядюшка Гастон, он тоже станет нам неинтересен?
– Это зависит от того, на ком он женится. Если на своей любовнице, то это будет очень даже интересно. Например, когда князь Шенягин женился на Валентине д'Эгревилль, с которой прожил до того пятнадцать лет, все поняли, что именно такая жизнь его и устраивает: бесконечные скандалы, тарелки, летящие в стену, примирения на виду у всех в ресторане Дюран. А ещё все поняли, что эта женщина знает себе цену. Но, вообще-то, всё это слишком сложно для тебя, бедная моя Жижи.
– А ты думаешь, дядюшка уехал вместе с Лианой, потому что собирается на ней жениться?
Госпожа Альварес прижалась лбом к стеклу, словно для того, чтобы посоветоваться с весенним солнышком, под лучами которого одна сторона улицы нежилась в тепле.
– Нет, я так не думаю, – ответила она наконец, – или я совсем перестала что-либо понимать. Хорошо бы поговорить с Алисией. Знаешь что, Жижи, проводи меня до её дома, я останусь ненадолго, а ты вернёшься домой. Подышишь воздухом на набережной, теперь это принято. Что касается меня, то я дышала воздухом только два раза в году: в Кабурге и в Монте-Карло. И чувствую себя совсем неплохо.
В тот день госпожа Альварес вернулась так поздно, что на обед семья ела лишь вчерашний суп, холодное мясо и пирожные, присланные тётей Алисией. На все расспросы Жильберты о том, что говорит тётя, она отвечала лаконично, с непроницаемым выражением лица:
– Тётя Алисия говорит, что научит тебя есть дроздов.
– Ура! – вскричала Жильберта. – А как насчёт летнего платья, которое она мне обещала?
– Она помнит о платье и сказала, что ты останешься довольна.
– Понятно, – разочарованно протянула Жильберта.
– Она просила тебя прийти к ней в четверг к двенадцати часам на завтрак.
– С тобой, бабушка?
Госпожа Альварес взглянула на длинную девочку, сидящую перед ней: синие, как вечер, глаза, высокие розовые скулы, крепкие зубы, покусывающие свежие потрескавшиеся губы, непокорная копна пепельных волос.
– Нет, – сказала наконец она. – Без меня. Жильберта вскочила и обняла её за шею.
– Как-то ты странно сказала это, бабушка. А ты не отправишь меня к тёте Алисии насовсем? Я не хочу, бабушка, я лучше останусь с тобой.
Госпожа Альварес откашлялась и улыбнулась.
– Бог мой, какая же ты глупенькая! Отправить тебя насовсем к тёте Алисии! Ох, бедная моя Жижи, ты уж не обижайся на меня, но что-то ты никак не взрослеешь.
Шнуром от звонка у тёти Алисии служил жемчужный басон, сделанный в форме виноградной ветки: зелёные листья и фиолетовые гроздья. Дверь, неоднократно покрытая лаком, блестела, как влажный тёмный леденец. Кивнув лакею – тётя Алисия не признавала женской прислуги, – Жильберта переступала порог и с наслаждением погружалась в атмосферу убаюкивающей роскоши. Пол в гостиной был застлан сукном, поверх которого лежали персидские ковры, и Жильберте казалось, что у неё вырастают крылья. Поскольку о маленькой гостиной своей сестры в стиле Людовика XV госпожа Альварес отзывалась не слишком лестно: «скука смертная», Жильберта вслед за ней повторяла: «Гостиная тёти Алисии очень красивая, но ужасно скучная», – и всё своё восхищение перенесла на столовую, обставленную мебелью времён Директории из светлого лимонного дерева, без всяких инкрустаций, все украшения которой составляли прожилки на дереве, прозрачном, как воск. «Когда-нибудь я куплю себе точно такую же», – наивно восклицала Жильберта.
![Клодина замужем](/storage/book-covers/70/708d3c05157345659b80e6a493cd9f4ccb842de4.jpg)
В предлагаемой читателю книге блестящей французской писательницы, классика XX века Сидони-Габриель Колетт (1873–1954) включены ее ранние произведения – четыре романа о Клодине, впервые изданные во Франции с 1900 по 1903 годы, а также очерк ее жизни и творчества до 30-летнего возраста. На русском языке публикуется впервые.
![Невинная распутница](/storage/book-covers/3b/3b68bb130176b6e4904b1f7ab9bcf21143ea4a3f.jpg)
В предлагаемой читателю книге блестящей французской писательницы, классика XX века Сидони-Габриель Колетт (1873–1954) включены романы, впервые изданные во Франции с 1907 по 1913 годы, а также очерк ее жизни и творчества в соответствующий период. На русском языке большинство произведений публикуется впервые.
![Кошка](/storage/book-covers/d3/d364ff6eb6a17a5fbb8f7f0f057e9de5cd2c1208.jpg)
В предлагаемой читателю книге блестящей французской писательницы, классика XX века Сидони-Габриель Колетт (1873–1954) включены романы и повести, впервые изданные во Франции с 1930 по 1945 годы, знаменитые эссе о дозволенном и недозволенном в любви «Чистое и порочное», а также очерк ее жизни и творчества в последние 25 лет жизни. На русском языке большинство произведений публикуется впервые.
![Клодина в школе](/storage/book-covers/99/99c72a76c90e24f48122f5ec351a1245cfd0ff61.jpg)
В предлагаемой читателю книге блестящей французской писательницы, классика XX века Сидони-Габриель Колетт (1873–1954) включены ее ранние произведения – четыре романа о Клодине, впервые изданные во Франции с 1900 по 1903 годы, а также очерк ее жизни и творчества до 30-летнего возраста. На русском языке публикуется впервые.
![Клодина в Париже](/storage/book-covers/f1/f1ad62383d20ffc5cebd0f0c433db7c20a8ebddc.jpg)
В предлагаемой читателю книге блестящей французской писательницы, классика XX века Сидони-Габриель Колетт (1873–1954) включены ее ранние произведения – четыре романа о Клодине, впервые изданные во Франции с 1900 по 1903 годы, а также очерк ее жизни и творчества до 30-летнего возраста. На русском языке публикуется впервые.
![Возвращение к себе](/storage/book-covers/5a/5aa40e6554824ed0419c9ed25cae7c8c9fea2847.jpg)
В предлагаемой читателю книге блестящей французской писательницы, классика XX века Сидони-Габриель Колетт (1873–1954) включены романы, впервые изданные во Франции с 1907 по 1913 годы, а также очерк ее жизни и творчества в соответствующий период. На русском языке большинство произведений публикуется впервые.
![Тайная жена Казановы](/storage/book-covers/c6/c672353872e915dc0d9dec3250a6397663c54d0b.jpg)
Венеция, XVIII век. Жизнь Катерины Капретте спокойна и размеренна. А двадцать лет назад она бурлила любовными авантюрами и сладострастными приключениями — ведь когда девушке было четырнадцать, в нее влюбился сам Казанова, знаменитый соблазнитель. Для того чтобы удержать его рядом с собой и обязать жениться, Катерина решилась на отчаянный шаг… За это родители отправили ее в монастырь. Спустя годы давняя соперница Катерины Марина начинает грязный шантаж, всеми силами стараясь раскрыть шокирующие и головокружительные тайны жены Казановы…
![Жемчужина Корсики](/storage/book-covers/14/147a041ac1f4d504131c4d29ad9813fd41f6ee67.jpg)
В V веке племя вандалов разоряет один из процветающих городов Римской империи – Карфаген. Десятилетняя девочка Юлия захвачена в плен и продана в рабство Евтолмию – богатому торговцу из Сирии. Нелегко приходится подрастающей красавице среди чуждых по вере людей, завистливых и сластолюбивых взглядов, каждодневного изнуряющего труда. Но вот, наконец, казалось, молодую девушку постигает удача – в Юлию влюбляется её хозяин Евтолмий. И тут господин и рабыня отправляются в морское путешествие…
![Последний пророк](/storage/book-covers/9b/9b2a8842e3b7c45cf9699fe5d716c0908b1aef4f.jpg)
Фарадей Хайтауэр, успешный практикующий врач, потеряв жену, которая умерла во время тяжелых родов на корабле в Атлантике, теряет веру в Бога и, оставив свое ремесло, отправляется путешествовать по свету в поисках утраченного. Не найдя ответов на мучившие его вопросы и не обретя душевного покоя и смирения, он решает проститься с жизнью. Но неожиданный ночной визит старой цыганки мешает свершиться задуманному. Цыганка уверяет Фарадея, что она послана к нему его умершей женой, и велит собираться в новое путешествие…
![Урок удовольствия](/storage/book-covers/77/77f8af8a8ef4d85ec9ab8ca02cf01500d1c66159.jpg)
С момента, как Король призвал мужа леди Элеонор в крестовый поход, она молилась о его благополучном возвращении. Находясь на Святых землях, сэр Гевин посылал домой необыкновенные богатства: гобелены, специи, масла. Но среди роскошных тканей лежала книга с изображением любовников, сплетённых в экзотической позе, о которой леди и не мыслила. Элеонор провела много одиноких ночей, мечтая, чтобы Гевин подарил ей наслаждение таким же образом. Но Гевин вернулся чужим и отстранённым, и Элеонор начинает опасаться, что потеряла единственного мужчину, которого когда-либо любила.
![Анна. Тайна Дома Романовых](/storage/book-covers/cf/cf223759af6c44bb3d8a92413a01eeac16e5c8f5.jpg)
Так начинались едва ли не все самые драматические, самые безум-ные истории о любви. Российский самодержец Павел I на балу обратил внимание на дочь московского сенатора Анну Лопухину… И весь мир для него вдруг мгновенно преобразился. Куда делись императорская невозмутимость, сдержанность и самообладание? Непозволительные чувства хлынули, как цунами, смыв в туманную даль бесконечные заботы и тревоги о судьбе России. Вмиг охладел некогда пылкий интерес к фаворитке Нелидовой. В сердце государя теперь была только она, юное, божественное создание, и она оставалась там до жуткой кончины Павла I. По сей день с полотен художников, писавших портреты Лопухиной, смотрит на нас очаровательная молодая женщина с большими темными глазами, которые как бы говорят: «Я была рождена для тихой семейной жизни, но, увы, вышло совсем по-другому…».
![Последняя ошибка императора](/storage/book-covers/f4/f47be51019cd99e25fe1488886b81f218ccf08b2.jpg)
Может ли любовь погубить империю? Какой беспристрастный свидетель поможет точнее понять минувшую эпоху, лучше, чем свидетельства современников и исторические документы? Российские императоры, их жены, фавориты и фаворитки – загадочные истории и необычные повороты сюжета. Борьба за власть и придворные интриги. О женской любви, которую не смогла сломить даже пытка, и как оценил ее первый русский император Петр I. Правители и самозванцы, гении и безумцы, аристократы духа и проходимцы.