Скворцов-Степанов - [62]
Сытинская типография не работала. Рабочие ее, находившиеся под влиянием меньшевиков, не хотели выпускать газету Военно-революционного комитета. Пришлось собрать общее собрание. Откровенную беседу с рабочими провели М. Н. Покровский и И. И. Скворцов-Степанов. Это подействовало: надежды меньшевиков помешать выпуску «Известий» не сбылись. Одновременно по предложению Ивана Ивановича рабочие издали во внеурочное время «Бюллютень Московского ВРК», «Это — за наш грех перед революцией, Иван Иванович», — смущенно пояснил ему старший наборщик…
В дни социалистической революции в Москве Иван Иванович Скворцов-Степанов, по словам В. Д. Бонч-Бруевича, «под огнем боролся против режима буржуазии, руками юнкеров расстреливавшей рабочих, формулируя непререкаемые требования пролетариата, бодря всех к прямому действию и отводя все руки, тянувшиеся к политическому компромиссу».
Хотя формально Скворцов-Степанов не входил в состав Московского ВРК, его роль в деятельности этого боевого органа революции была весьма значительной. В этом можно убедиться по протоколам заседаний Военно-революционного комитета.
2 ноября. Рассматривается вопрос о Воззвании к населению. Поскольку проект, написанный Ольминским, составляет всего несколько строк, решено «разыскать II. И. Степанова»…
Материалы за 4 ноября. Постановлением Московского ВРК организуется Декретная комиссия в составе И. И. Скворцова-Степанова, М. Н. Покровского и М. Ф. Владимирского.
Протоколы заседания ВРК 6 ноября. Один из вопросов — о новых выборах городской думы. Решено «поручить тт. Покровскому и Скворцову выработать проект воззвания о причине роспуска городской думы и назначении выборов на 26 ноября с. г.». По вопросу «О буржуазной печати» ВРК постановил «поручить тт. Покровскому и Скворцову выработать проект декрета о печати».
После краткого обсуждения Иван Иванович и Михаил Николаевич подготовили «Декрет Московского ВРК о печати». Он был утвержден в тот же день, 6 ноября, без каких бы то ни было изменений.
Материалы заседания 13 ноября. Слушался, в частности, вопрос о недопущении крестьянами порубки леса. Постановили: «Поручить тт. Биценко и Скворцову организовать аграрную комиссию при губернском Совете рабочих депутатов для рассмотрения вопросов, связанных с реквизицией крестьянами дров и проч. Поручить комиссии составить разъяснительное воззвание крестьянам по этому поводу».
ПОД ЗНАМЕНЕМ ОКТЯБРЯ
II Всероссийский съезд Советов 26 октября (8 ноября) избрал Скворцова-Степанова членом ВЦИК и по предложению В. И. Ленина утвердил его народным комиссаром финансов первого Советского правительства. 27 октября вечером о назначении узнал сам Иван Иванович.
А за несколько часов до этого он случайно встретил на улице вблизи Чистых прудов своего старого друга большевика П. Г. Дауге. Поздравили, обнявшись, друг друга с победой.
— Ну, Иван Иванович, — обратился к нему Дауге, — для меня не подлежит ни малейшему сомнению, что ты, как переводчик «Капитала» Маркса и «Финансового капитала» Гильфердинга, будешь нашим «министром финансов».
— Ни в коем случае, — тотчас же оборвал его Иван Иванович, — если я считаюсь неплохим теоретиком в финансовых вопросах, то это еще ничего не значит, по моему убеждению, я плохой практик финансового дела.
Дауге попытался возражать, приводил доводы, но Скворцов-Степанов твердо отстаивал свое мнение…
Одна из причин отказа занять пост наркома состояла и в том, что Скворцов-Степанов не хотел отходить от работы в Московской организации большевиков — одном из крупнейших отрядов РСДРП(б). Так, например, свидетельствовал В. Д. Бонч-Бруевич, отметивший, что «только невероятная перегруженность московскими делами заставила его отказаться от этой ответственной должности, которая требовала от него переезда в Петроград». Возможно также, что пост народного комиссара финансов Советской Республики показался Скворцову-Степанову чрезвычайно высоким и он был не готов к принятию решения. Но так или иначе, Иван Иванович, видимо, сумел убедить Центральный Комитет и лично Владимира Ильича Ленина в том, что в качестве ответственного редактора «Известий» и «Социал-демократа» он принесет больше пользы революционному делу.
Разумеется, буржуазная пресса по-своему истолковала тот факт, что Скворцов-Степанов не приступил к обязанностям наркома финансов. В газете «Власть народа» в те дни некий «сведущий автор» уверял читателей, что И. И. Скворцов… «отрицательно относится к Октябрьскому перевороту», а отсюда и причина-де его «отказа быть членом большевистского правительства».
Сам Скворцов-Степанов, хотя и проявлял большую выдержку, не мог оставаться равнодушным по поводу вздорных толкований вокруг его имени. «В буржуазных газетах, — заметил он в статье «Об отношении к «перевороту», опубликованной 14 (27) ноября в «Известиях», — так много лживых выпадов, что за ними положительно не угоняешься. Нет времени писать опровержения на те выдумки, которые каждый день преподносятся господами из этих газет. Но в некоторых случаях все же невозможно обойти молчанием эти выдумки».
В связи с заметкой борзописца в газете «Власть народа» Иван Иванович пояснил, что причина его отказа от того или иного руководящего поста в том, что для этого требуются особые организаторско-административные способности, которых, по его мнению, у него недостаточно. Поэтому он всегда стремился оставаться партийным литератором, заниматься разработкой идеологических вопросов.
Бениамин Бранд – врач и журналист, родился в Польше, из которой его родители вместе с детьми бежали от нищеты и антисемитизма в Советский Союз. Как и многие представители своего поколения, Бранд стал свидетелем и участником событий, оказавших роковое влияние на судьбы советских евреев. Учёба в еврейской школе Харькова, первой столицы Советской Украины, участие в литературной еврейской жизни, встречи с еврейскими писателями и поэтами привели Бранда в журналистский техникум, окончив который, он уехал в Биробиджан. Получив второе, медицинское образование, он не переставал писать и печататься в еврейской прессе – в газете «Биробиджанер Штерн», в журнале «Советиш Геймланд».
Рассказ о жизни и делах молодежи Русского Зарубежья в Европе в годы Второй мировой войны, а также накануне войны и после нее: личные воспоминания, подкрепленные множеством документальных ссылок. Книга интересна историкам молодежных движений, особенно русского скаутизма-разведчества и Народно-Трудового Союза, историкам Русского Зарубежья, историкам Второй мировой войны, а также широкому кругу читателей, желающих узнать, чем жила русская молодежь по другую сторону фронта войны 1941-1945 гг. Издано при участии Posev-Frankfurt/Main.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Уникальное издание, основанное на достоверном материале, почерпнутом автором из писем, дневников, записных книжек Артура Конан Дойла, а также из подлинных газетных публикаций и архивных документов. Вы узнаете множество малоизвестных фактов о жизни и творчестве писателя, о блестящем расследовании им реальных уголовных дел, а также о его знаменитом персонаже Шерлоке Холмсе, которого Конан Дойл не раз порывался «убить».
Это издание подводит итог многолетних разысканий о Марке Шагале с целью собрать весь известный материал (печатный, архивный, иллюстративный), относящийся к российским годам жизни художника и его связям с Россией. Книга не только обобщает большой объем предшествующих исследований и публикаций, но и вводит в научный оборот значительный корпус новых документов, позволяющих прояснить важные факты и обстоятельства шагаловской биографии. Таковы, к примеру, сведения о родословии и семье художника, свод документов о его деятельности на посту комиссара по делам искусств в революционном Витебске, дипломатическая переписка по поводу его визита в Москву и Ленинград в 1973 году, и в особой мере его обширная переписка с русскоязычными корреспондентами.
Настоящие материалы подготовлены в связи с 200-летней годовщиной рождения великого русского поэта М. Ю. Лермонтова, которая празднуется в 2014 году. Условно книгу можно разделить на две части: первая часть содержит описание дуэлей Лермонтова, а вторая – краткие пояснения к впервые издаваемому на русском языке Дуэльному кодексу де Шатовильяра.
Сергея Есенина любят так, как, наверное, никакого другого поэта в мире. Причём всего сразу — и стихи, и его самого как человека. Но если взглянуть на его жизнь и творчество чуть внимательнее, то сразу возникают жёсткие и непримиримые вопросы. Есенин — советский поэт или антисоветский? Христианский поэт или богоборец? Поэт для приблатнённой публики и томных девушек или новатор, воздействующий на мировую поэзию и поныне? Крестьянский поэт или имажинист? Кого он считал главным соперником в поэзии и почему? С кем по-настоящему дружил? Каковы его отношения с большевистскими вождями? Сколько у него детей и от скольких жён? Кого из своих женщин он по-настоящему любил, наконец? Пил ли он или это придумали завистники? А если пил — то кто его спаивал? За что на него заводили уголовные дела? Хулиган ли он был, как сам о себе писал, или жертва обстоятельств? Чем он занимался те полтора года, пока жил за пределами Советской России? И, наконец, самоубийство или убийство? Книга даёт ответы не только на все перечисленные вопросы, но и на множество иных.
Судьба Рембрандта трагична: художник умер в нищете, потеряв всех своих близких, работы его при жизни не ценились, ученики оставили своего учителя. Но тяжкие испытания не сломили Рембрандта, сила духа его была столь велика, что он мог посмеяться и над своими горестями, и над самой смертью. Он, говоривший в своих картинах о свете, знал, откуда исходит истинный Свет. Автор этой биографии, Пьер Декарг, журналист и культуролог, широко известен в мире искусства. Его перу принадлежат книги о Хальсе, Вермеере, Анри Руссо, Гойе, Пикассо.
Эта книга — наиболее полный свод исторических сведений, связанных с жизнью и деятельностью пророка Мухаммада. Жизнеописание Пророка Мухаммада (сира) является третьим по степени важности (после Корана и хадисов) источником ислама. Книга предназначена для изучающих ислам, верующих мусульман, а также для широкого круга читателей.
Жизнь Алексея Толстого была прежде всего романом. Романом с литературой, с эмиграцией, с властью и, конечно, романом с женщинами. Аристократ по крови, аристократ по жизни, оставшийся графом и в сталинской России, Толстой был актером, сыгравшим не одну, а множество ролей: поэта-символиста, писателя-реалиста, яростного антисоветчика, национал-большевика, патриота, космополита, эгоиста, заботливого мужа, гедониста и эпикурейца, влюбленного в жизнь и ненавидящего смерть. В его судьбе были взлеты и падения, литературные скандалы, пощечины, подлоги, дуэли, заговоры и разоблачения, в ней переплелись свобода и сервилизм, щедрость и жадность, гостеприимство и спесь, аморальность и великодушие.