Сказки тряпичного толстяка - [8]
Так вот… На чем я остановился? Ах, да. Лика снова начала танцевать. Она кружилась на одной ноге, и вокруг нее летала большая черная бабочка. И теперь на полу танцевали уже две тени…
Когда Лике надоело танцевать, она села рядом со мной на своей полке, а бабочка еще немного покружила по комнате и куда-то улетела.
– Какая красивая бабочка, – сказала Лика и улыбнулась.
– Это еще что, – отвечал я, – дневные бабочки куда красивее и ярче. Я был горд тем, что мог рассказать ей что-то о дневных бабочках, которых она еще никогда не видела.
– Нет, – не согласилась она, – эта бабочка самая красивая из всех.
– Но ты ведь еще не видела дневных бабочек, – удивился я, – откуда же ты знаешь, что эта самая красивая?
– Потому что она, как и я, любит танцевать, – невозмутимо ответила Лика, все так же улыбаясь, – и поэтому никаких других бабочек мне не нужно.
– Вот уж не думал, что бабочки умеют танцевать, – сказал я удивленно.
– Она танцует по-своему, как только бабочки умеют, – отвечала мне Лика.
Я не понял ровным счетом ничего из того, что она мне тогда сказала, хотя еще недавно считал, что знаю обо всем куда больше нее. Что ни говори, а по части танцев Лика разбиралась очень хорошо. И я подумал, что ей неинтересно будет говорить со мной на эту тему, а потому не стал дальше спрашивать ее ни о танцах, ни о бабочках.
Пыльная история
Я не рассказывал вам про Соловья? Погодите, сейчас расскажу. В ту теплую весеннюю ночь все было как обычно, если не считать того, что в этот раз люди оставили окно открытым. Видно, им было жарко. А почти всегда, когда наше окно было открыто, к нам прилетал Соловей. Хотя, если быть точным, прилетал он не совсем к нам, а скорее к Стеклянной кошке.
Когда я впервые увидел у нас Соловья, то был очень удивлен. Я не понимал, какие дела могли быть у кошки, пусть даже и стеклянной, с птицей. Но стоило мне немного понаблюдать за ними, как все стало ясно. Оказывается, Стеклянная кошка ловила для него тараканов, которые по ночам очень любили бегать по книжному шкафу. А Соловей, в свою очередь, очень любил есть тараканов. А Стеклянная кошка очень любила слушать соловьиное пение. Вот так.
– Какие жирненькие, какие аппетитные у вас сегодня тараканы, – говорил обычно Соловей Стеклянной кошке, – вы такая умница, если бы не пятеро голодных птенцов и молодая жена, я бы поселился у вас жить, честное слово.
– Ах, вы мне льстите, – с улыбкой отвечала Стеклянная кошка и щурила глаза.
Они обращались друг к другу только на «вы», потому что каждый из них очень уважал и ценил другого.
Когда Соловей съедал своих тараканов, он, довольный и сытый, перелетал на дерево, что росло около нашего окна, усаживался поудобнее и начинал петь для нее (надо сказать, он был прирожденным артистом, как и почти все соловьи). А Стеклянная кошка сидела на окне, совсем не шевелясь, и тихо мурлыкала, так ей нравились песни, которые пел Соловей. Он заканчивал свои концерты ближе к утру и улетал к себе домой. А в следующую ночь прилетал снова. И у Стеклянной кошки всегда были приготовлены для него свежие тараканы.
Уж что-что, а ловить тараканов она умела. Как я уже говорил, Стеклянная кошка почти не сходила со своей полки, но это ей было вовсе не обязательно. Стоило только ей увидеть какого-нибудь заплутавшего таракана, она тут же одним прыжком ловила его (хотя тараканы, как вы, наверное, знаете, очень шустрые). Ловля тараканов была, пожалуй, единственным ее увлечением, если не считать прогулок туда-сюда по нижней полке.
И, наверное, еще долго бы Стеклянная кошка ловила тараканов для Соловья, а Соловей пел бы ей песни, если бы не произошло кое-что. А именно: в большой комнате появился один, совершенно особенный, таракан. Первая его особенность была в том, что он был черный (тогда, как все тараканы, которые жили у нас до этого, были исключительно рыжими). А вторая – в том, что он любил есть буквы из книг, и это меня очень огорчало.
Впервые я узнал о его появлении, когда слушал одни замечательные детские стихи (кстати, они тоже были про одного страшного таракана). В какой-то момент книга стала запинаться и пошли такие слова:
– Влк т спг скшл дрг дрг. Бднй кркдл жб прглтл. слнх, вс држ, тк сл н ж…
Я очень удивился, ведь там должно было быть совсем не то. До этого я много раз слушал эти стихи, и всегда все понимал.
Я решил, что просто ослышался, и попросил книгу повторить это место еще раз. И услышал то же самое. Тогда я позвал к себе Лику и Стеклянную кошку и попросил послушать их. И они сказали, что слышат то же, что и я.
– Может эта книга заболела? – робко предположила Лика.
– Ерунда, книги не болеют, они могут только порваться или потеряться. Это самое страшное, что может с ними случиться, – сказала Стеклянная кошка, – Тут дело нечисто – заключила она.
– Тут, и правда, не очень-то чисто, – сказал кто-то сзади нас.
Мы обернулись и увидели черного таракана, который сидел прямо на книгах с Алгеброй.
– Вы давно заглядывали за свои книги? – продолжал он, – ведь просто ужас, сколько там пыли! А я, знаете, не очень люблю пыль и, вообще, всякую грязь.
– А я слышал, что обычно тараканы очень любят грязь, – сказал я.
Имя Оки Ивановича Городовикова, автора книги воспоминаний «В боях и походах», принадлежит к числу легендарных героев гражданской войны. Батрак-пастух, он после Великой Октябрьской революции стал одним из видных полководцев Советской Армии, генерал-полковником, награжден десятью орденами Советского Союза, а в 1958 году был удостоен звания Героя Советского Союза. Его ближайший боевой товарищ по гражданской войне и многолетней службе в Вооруженных Силах маршал Советского Союза Семен Михайлович Буденный с большим уважением говорит об Оке Ивановиче: «Трудно представить себе воина скромнее и отважнее Оки Ивановича Городовикова.
Приключенческая повесть албанского писателя о юных патриотах Албании, боровшихся за свободу своей страны против итало-немецких фашистов. Главными действующими лицами являются трое подростков. Они помогают своим старшим товарищам-подпольщикам, выполняя ответственные и порой рискованные поручения. Адресована повесть детям среднего школьного возраста.
Всё своё детство я завидовал людям, отправляющимся в путешествия. Я был ещё маленький и не знал, что самое интересное — возвращаться домой, всё узнавать и всё видеть как бы заново. Теперь я это знаю.Эта книжка написана в путешествиях. Она о людях, о птицах, о реках — дальних и близких, о том, что я нашёл в них своего, что мне было дорого всегда. Я хочу, чтобы вы познакомились с ними: и со старым донским бакенщиком Ерофеем Платоновичем, который всю жизнь прожил на посту № 1, первом от моря, да и вообще, наверно, самом первом, потому что охранял Ерофей Платонович самое главное — родную землю; и с сибирским мальчишкой (рассказ «Сосны шумят») — он отправился в лес, чтобы, как всегда, поискать брусники, а нашёл целый мир — рядом, возле своей деревни.
Нелегка жизнь путешественника, но зато как приятно лежать на спине, слышать торопливый говорок речных струй и сознавать, что ты сам себе хозяин. Прямо над тобой бездонное небо, такое просторное и чистое, что кажется, звенит оно, как звенит раковина, поднесенная к уху.Путешественники отличаются от прочих людей тем, что они открывают новые земли. Кроме того, они всегда голодны. Они много едят. Здесь уха пахнет дымом, а дым — ухой! Дырявая палатка с хвойным колючим полом — это твой дом. Так пусть же пойдет дождь, чтобы можно было залезть внутрь и, слушая, как барабанят по полотну капли, наслаждаться тем, что над головой есть крыша: это совсем не тот дождь, что развозит грязь на улицах.
Нелегка жизнь путешественника, но зато как приятно лежать на спине, слышать торопливый говорок речных струй и сознавать, что ты сам себе хозяин. Прямо над тобой бездонное небо, такое просторное и чистое, что кажется, звенит оно, как звенит раковина, поднесенная к уху.Путешественники отличаются от прочих людей тем, что они открывают новые земли. Кроме того, они всегда голодны. Они много едят. Здесь уха пахнет дымом, а дым — ухой! Дырявая палатка с хвойным колючим полом — это твой дом. Так пусть же пойдет дождь, чтобы можно было залезть внутрь и, слушая, как барабанят по полотну капли, наслаждаться тем, что над головой есть крыша: это совсем не тот дождь, что развозит грязь на улицах.
Вильмос и Ильзе Корн – писатели Германской Демократической Республики, авторы многих книг для детей и юношества. Но самое значительное их произведение – роман «Мавр и лондонские грачи». В этом романе авторы живо и увлекательно рассказывают нам о гениальных мыслителях и революционерах – Карле Марксе и Фридрихе Энгельсе, об их великой дружбе, совместной работе и героической борьбе. Книга пользуется большой популярностью у читателей Германской Демократической Республики. Она выдержала несколько изданий и удостоена премии, как одно из лучших художественных произведений для юношества.