Похищение норки - [9]
— Чего это он трезвонит все время?!
— Это жена сторожа, она всегда звонит ему по вечерам.
— А если он поднимется сюда?
— Он еще долго пробудет в подвале… Я позаботился об этом.
— Мамочки мои, ты все предусмотрел!
— Будь уверен.
Они бесшумно пересекли вестибюль. Оставалось проделать завершающую часть, чем и славился Гризи Дик, а именно — запутать полицию. Сделать так, чтобы полиции никогда и в голову не пришло, что ограбление совершено кем-либо из служащих. Оставив тележку у двери, Гризи снял простыню и достал большую подушку. Из сумки он вынул алмаз для резания стекла и кусачки.
— Стань позади двери, — прошептал он Сэмюэлю, прижми подушку к стеклу.
На лбу Сэмюэля проступили капельки пота.
Гризи открыл дверь и принялся вырезать армированное тонкой проволокой матовое стекло. Время от времени до них доносилось шарканье шагов, приглушенные расстоянием голоса редких прохожих.
Гризи предпочел бы сперва отвезти тележку в машину, а Сэмюэля Томаса посадить за руль, чтобы он мог, захватив Гризи, умчаться в случае тревоги. Но идти на такой риск он боялся. При виде любого полицейского Сэмюэль мог запаниковать и уехать, оставив Гризи на произвол судьбы. Ах, если бы у него были деньги, чтобы взять в напарники толкового человека, которому можно доверять…
Гризи взял с тележки вторую подушку и прижал к стеклу со своей стороны двери. С силой ударив по подушке кулаком, он услышал, как хрустнуло стекло. Звук был довольно громкий, но избежать этого было нельзя. Сэмюэль скулил от страха.
Гризи и самому казалось что хруст стекла слышит весь город, но эту часть дела следовало выполнить. Пусть полицейские думают, что ограбление произведено ворами, проникшими в здание сквозь эту дыру.
Он услышал скрип тормозов — какая-то машина остановилась у обочины тротуара. Гризи взглянул на своего напарника. На лице Сэмюэля был написан ужас. Гризи сделал ему знак хранить молчание.
— Пойду посмотрю, все ли ясно на горизонте, — сказал он.
— И тогда отправимся? — Да.
— А что, если из участка выйдет полицейский?
— Шагай себе, ни на что не обращая внимания, будто идешь по своим делам.
— Давай лучше переждем… Мне кажется, еще рано выходить на улицу.
— Стой здесь и держи язык за зубами. И, ради самого господа бога, постарайся, чтобы дверь не захлопнулась!
Сэмюль кивнул.
Гризи вышел из дома. У подъезда соседнего здания шла бурная жизнь, полицейские волокли кого-то из машины в участок. Гризи прошелся по переулку и остановился закурить. Необходимо выглядеть как можно естественнее, никуда не торопящимся прохожим. Нельзя забывать о том, что кто-нибудь возможно, смотрит на тебя из окон. Он дошел до конца переулка. Перед участком стояла полицейская машина. Пустая. Гризи в развалку подошел к грузовичку и открыл дверцу кузова. Затем сделал долгую затяжку и отшвырнул сигарету в сторону. Ему был виден вход в полицейский участок. Почесав за ухом, он прислушался. Никого. На тротуаре перед участком ни души. Гризи пошел обратно.
— Все спокойно, — сказал он.
— Давай сматываться.
Они вынесли тележку на тротуар. Гризи притворил за собой дверь, и они покатили тележку по переулку. Гризи поглядывал в сторону участка, но там по-прежнему никого не было. Они сунули тележку в кузов и закрыли дверь.
— Кто-то спускается по лестнице! — просипел Сэмюэль.
Гризи скользнул за баранку. Сэмюэль влез в кабину с другой стороны. Двое полицейских вышли из участка; они посмотрели вдоль улицы, спустились с крыльца и торопливо зашагали в сторону Седьмой авеню.
— Мамочки мои, — пробормотал Сэмюэль, сдерживая дыхание. — Скорее давай убираться отсюда!
Грузовичок медленно двинулся с места. Они обогнали двух полицейских, которые шли, беседуя и не обращая внимания на украденную машину, проехавшую мимо них.
Гризи был вынужден остановиться на перекрестке, нетерпеливо ожидая зеленого сигнала светофора. Свернув на Седьмую авеню, он повел машину на средней скорости, чтобы не привлекать к себе внимания.
— Уфф! Слава богу, все позади! — вскричал Сэмюэль.
— Еще не все. Мы будем в безопасности только тогда, когда полиция прекратит поиски, понятно?
— Я не так глуп!
— И послушай, я не желаю, чтобы ты распускал язык, ясно?
— Ясно. Я знаю, как надо себя вести. Я только хочу поскорее получить свою долю и тогда уж погуляю всласть!
— Это другое дело, только не швыряйся деньгами. Вокруг полно доносчиков, они сразу поймут, что ты заработал эти деньги не тяжким трудом.
— Мамочки мои, что же, я не понимаю, что ли? Но мне не терпится пошуршать кредитками.
Гризи свернул на Двадцать третью улицу.
— Пройдет некоторое время, пока мы получим деньги.
— Что ты хочешь сказать?
— А то, что я не собираюсь сразу идти к скупщикам.
— А разве мы не к барыге едем?
— Нет. — Гризи не предупредил об этом Сэмюэ-ля и теперь ждал скандала.
— Какого же черта ты меня вовлек в это дело?! Хочешь прикарманить мою долю?
— Ты слышал, чтобы я кого-нибудь обманывал? — Гризи Дик знал, что его репутация сослужит ему сейчас хорошую службу.
— Нет, не слыхал. Но ведь всегда бывает первый раз!
— Я знаю свое дело и никогда заранее не договариваюсь со скупщиками.
— Куда же ты хочешь отвезти товар?
— Припрячу до поры, пока не узнаю, кому его сбыть.
![Предан до самой смерти](/storage/book-covers/3e/3ed0b0d82565af8fd68283c37a8bcc284aa3f9da.jpg)
В сборник включены три романа: `Воздастся каждому` П. Чейни - о незаурядном подходе к расследованию частного детектива, `Предан до самой смерти` Р. Локриджа - о несчастье оказаться свидетелем, `Смерть донжуана` Л. Мейнела - о приключениях профессионального писателя в Шеррингтонском аббатстве.
![Визит мертвеца](/storage/book-covers/5b/5b617cc94953cb977f9f73a0e5fbbee26bbc79e7.jpg)
В сборник известного американского писателя Бретта Холлидея вошли романы, необычайная популярность которых объясняется обаятельным образом главного героя «грозы преступного мира», — частного детектива Майкла Шейна. Для романов Бретта Холлидея характерны реалистичность изображения быта и психологии персонажей, романтическая заостренность событий и характеров, увлекательность интеллектуальной игры, которая поражает своим остроумием, парадоксальностью и неожиданностью.
![Крысы в городе](/storage/book-covers/09/0930dc9c552dd7fc8cc4acd5583efaa492b524c1.jpg)
Если кого-то нужно уволить, то лучше всего поручить ему заведомо невыполнимое дело. Это правило в полной мере ощутил на себе следователь прокуратуры Иван Васильевич Рыжов, которому поручили расследовать заказное убийство банкира Порохова. Заказные убийства раскрываются очень плохо, если раскрываются, вообще. Но, любому действию всегда есть равное и противоположное противодействие, иначе — взаимодействия двух сил друг на друга между собою равны и направлены в противоположные стороны. Этот закон механики Ньютона, применим и в криминальном мире.
![По зову долга](/storage/book-covers/7a/7ae5dfc382e8481ce6c6060bf3cb07480f36ae24.jpg)
В жизни подавляющего большинства из нас, особенно сильных, волевых почти с неизбежностью происходят крутые повороты, радикально меняющих их судьбы.Ещё, будучи юношей попавшему в тяжёлую ситуацию, в него поверил опытнейший наставник командир разведывательно-диверсионной группы спецназа ГРУ СССР и включил его в состав своей команды. И он, пройдя тяжелейшую школу подготовки и испытания, оправдал доверие командира — стал одним из значимых профессионалов спецназа.Второй поворот в его судьбе произошёл, когда он и его команда возвратились на Родину после длительной командировки в Южную Америку.
![Тайна Дамы Дождя](/storage/book-covers/d0/d00eb843d7903d7c4c9c82a0e25c2205957acbf9.jpg)
Модный художник приезжает в Англию по приглашению престарелого аристократа, поклонника живописи и роз. Всё складывается весьма удачно – в наличии уютная деревушка, щедрый заказчик, очаровательная девушка… Но появляется таинственная Дама Дождя, предвестница скорой смерти. И художнику приходится столкнуться с чередой таинственных событий, ниточки которых тянутся в прошлое.P.S. мистики в произведении нет.
![Похищение](/storage/book-covers/54/541794313c2b1a637dd7fc022fee12f5a3824b7b.jpg)
А у вас было, что вы очень сильно сожалели о том, что пошли не в то время, не в то место? Я думаю об этом на протяжении одиннадцати часов, ведь все могло быть иначе, если бы не некоторые обстоятельства. Например, я могла бы пойти другой дорогой, или в конце-концов, мой будильник мог не сработать, я могла задержаться на пять минут где-нибудь и опоздать в то злосчастное место. Да хоть что могло произойти.