Объясняя постмодернизм - [79]
Четыре темы постмодернизма
Куда могло бы двинуться искусство после смерти модернизма? Постмодернизм не ставил себе цели идти дальше и потому не ушел далеко. Ему нужны были некоторые новые темы и формы, но постмодернизм не собирался возвращаться к классицизму, романтизму или академическому реализму.
Так же как это было в конце XIX века, искусство постмодерна обращалось к более широкому интеллектуальному и культурному контексту конца 1960-х и 1970-х годов. Постмодернизм впитал в себя модные веяния экзистенциалистского абсурда, провал позитивистского редукционизма и трагедию социализма новых левых. Искусство постмодерна ссылалось на таких лидеров интеллектуальной мысли, как Томас Кун, Мишель Фуко и Жак Деррида, заимствовало их абстрактные темы антиреализма и деконструкции и их обостренный антагонизм по отношению к западной культуре. Опираясь на эти темы, постмодернизм предложил четыре вариации на модернизм.
Во-первых, постмодернизм вернул содержание – но только самореферентное и ироническое содержание. Так же как философский постмодернизм, постмодернизм в искусстве отбросил любые формы реализма и стал антиреалистическим. Искусство не может говорить о реальности или природе, потому что, согласно постмодернизму, «реальность» и «природа» всего лишь социальные модели. Все, что мы имеем, – это социальный мир и его социальные конструкции, одной из которых является мир искусства. То есть мы можем говорить о некоем содержании искусства, только если оно говорит о себе, то есть о социальном мире искусства.
Во-вторых, постмодернизм задался целью довести до конца деконструкцию традиционных категорий искусства, которые модернисты не исключили в полной мере. Модернизм включал редукционистские стратегии, но некоторые художественные задачи еще оставались.
Например, стилистическое единство всегда было свойством великого искусства, и чистота художественного высказывания была одной из движущих сил модернизма. Поэтому одна из постмодернистских стратегий заключалась в том, чтобы эклектически смешивать стили, разрушая стилистическое единство. Ранним примером постмодернизма в архитектуре было здание AT&T (теперь Sony) на Манхэттене, построенное Филиппом Джонсом, – современный небоскреб, который походил на гигантский чиппендейловский кабинет XVIII века. Архитектурное бюро Foster & Partners спроектировало здание Банковской Корпорации (Banking Corporation) Гонконга и Шанхая (1979–1986), которое имитировало капитанский мостик, оснащенный суррогатными зенитными орудиями на случай, если банку они когда-нибудь понадобятся. «Дом» Фриденсрайха Хундертвассера (1986) в Вене еще более радикален: это намеренное нагромождение стекла, пестрых фасадов, облицованных разноцветной штукатуркой и кирпичом, странно расположенных балконов и разных по величине и форме окон, которое завершает пара-тройка разбросанных куполов-луковок.
Другая вариация этой стратегии представляет собой игру, подрывающую базовый принцип какого-либо вида искусства. Рассмотрим здание Стата Центра (Stata Center) Массачусетского института технологии (MIT), спроектированное Франком Гери. Базовый принцип архитектуры предполагает возведение конструкций, которые по крайней мере внушают уверенность в том, что они не разрушатся при входе посетителей. Создавая эффект разрушающейся вовнутрь конструкции, Гери стремится разрушить эту уверенность.
Если соединить две вышеперечисленных стратегии, то постмодернистское искусство становится и самореферентным, и деструктивным. Оно изнутри комментирует социальную историю искусства, но делает это субверсивно. Здесь мы видим преемственность, идущую от модернизма. Пикассо взял один из портретов дочери Матисса и использовал его как мишень для игры в дартс, призывая своих друзей делать то же самое. Работа Дюшана «L.H.O.O.Q.» (1919) – это версия Моньг Лизы с пририсованными карикатурными усами и бородой. Раушенберг стер рисунок де Кунинга с помощью разных ластиков. В 1960-х участники банды под руководством Джорджа Мачюнаса (движение «Флюксус», Fluxus) исполнили перформанс Филиппа Корнера «Акция для Фортепиано» (Piano Activities, 1962), в котором несколько людей, вооруженных орудиями разрушения вроде молотков, ленточных пил и топоров, сломали рояль. «Венера Милосская» Ники де Сен-Фаль (1962) – это версия знаменитой античной скульптуры Венеры в натуральную величину, выполненная из гипса на проволочной сетке и наполненная пакетами с красной и черной краской; Сен-Фаль затем взяла ружье и выстрелила в копию Венеры, поразив статую в сердце и забрызгав ее краской из пакетов.
«Венера» Сен-Фаль подводит нас к третьей постмодернистской стратегии. Постмодернизм позволяет делать содержательные заявления при условии, что они относятся к социальной реальности, а не мнимой природной или объективной реальности, и – вот здесь есть различие – при условии, что они являются более частными, относящимися к расе/классу/гендеру суждениями, а не претенциозными универсалистскими выводами о чем-то, что называют человеческим бытием. Постмодернизм отвергает универсальную человеческую природу и вместо этого декларирует, что мы все встроены в соперничающие Аруг с другом группы по расовым, экономическим, этническим и гендерным признакам. Примененное в отношении искусства, это утверждение постмодерна подразумевает, что не существует просто художников, а есть только художники через дефис: художники-афроамериканцы, женщины-художники, гей-художники, художники-латиноамериканцы и так далее.
![Гуманисты эпохи Возрождения о формировании личности, XIV–XVII вв.](/storage/book-covers/c2/c22476204364cd9e97312221632b394b3a8a7f37.jpg)
Книга дает возможность проследить становление и развитие взглядов гуманистов Возрождения на человека и его воспитание, составить представление о том, как мыслители эпохи Возрождения оценивали человека, его положение и предназначение в мире, какие пути они предусматривали для его целенаправленного формирования в качестве разносторонне развитой и нравственно ответственной личности. Ряд документов посвящен педагогам, в своей деятельности руководствовавшимся гуманистическими представлениями о человеке.Книга обращена к широкому кругу читателей.
![Три статьи о еврейском образовании](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Иудаизм и христианство в израильских гуманитарных исследованиях модели интеракции](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Свободомыслие и атеизм в древности, средние века и в эпоху Возрождения](/storage/book-covers/c2/c28e7af75cdd204debe9d442275e954fa318e080.jpg)
Атеизм стал знаменательным явлением социальной жизни. Его высшая форма — марксистский атеизм — огромное достижение социалистической цивилизации. Современные богословы и буржуазные идеологи пытаются представить атеизм случайным явлением, лишенным исторических корней. В предлагаемой книге дана глубокая и аргументированная критика подобных измышлений, показана история свободомыслия и атеизма, их связь с мировой культурой.
![Блез Паскаль](/storage/book-covers/53/539ba1e00936514da7b8dbc65ca12eebc23105b2.jpg)
Блез Паскаль принадлежит к тем редким в истории европейской культуры представителям, которые сочетали в своем творческом даровании гений ученого и изобретателя, глубину философской мысли и талант замечательного писателя.В книге особое внимание уделяется систематическому анализу философских взглядов Паскаля (его онтологии, методологии, гносеологии в целом, диалектике, учению о человеке, этике и др.), что в нашей историко-философской науке делается впервые, а также прослеживается его драматичный жизненный путь.Книга рассчитана на преподавателей, аспирантов, студентов и широкий круг читателей, интересующихся историей философии.
![Наркокапитализм. Жизнь в эпоху анестезии](/storage/book-covers/54/5418cfb83d99a944efb1e5983e1ecca4960942cb.jpg)
Что общего между изобретением анестетиков в середине XIX века, использованием нацистами кокаина и разработкой прозака? Все они являются продуктом той же логики, которая определяет новый этап современности – «Эпоху анестезии». Лоран де Суттер рассказывает, как наша жизнь теперь характеризуется управлением эмоциями с помощью препаратов, начиная от повседневного употребления снотворного и заканчивая сильнодействующими наркотиками. Химия настолько вошла в нас, что мы даже не можем понять, насколько она нас изменила. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
![Совершенное преступление. Заговор искусства](/storage/book-covers/c7/c76482223c80d74a2a5c8f6ed27cbdbd5e2f3eb7.jpg)
«Совершенное преступление» – это возвращение к теме «Симулякров и симуляции» спустя 15 лет, когда предсказанная Бодрийяром гиперреальность воплотилась в жизнь под названием виртуальной реальности, а с разнообразными симулякрами и симуляцией столкнулся буквально каждый. Но что при этом стало с реальностью? Она исчезла. И не просто исчезла, а, как заявляет автор, ее убили. Убийство реальности – это и есть совершенное преступление. Расследованию этого убийства, его причин и следствий, посвящен этот захватывающий философский детектив, ставший самой переводимой книгой Бодрийяра.«Заговор искусства» – сборник статей и интервью, посвященный теме современного искусства, на которое Бодрийяр оказал самое непосредственное влияние.
![Монструозность Христа](/storage/book-covers/b6/b6f92822fcd646a16a645e8afdac93b9cdaf38f1.jpg)
В красном углу ринга – философ Славой Жижек, воинствующий атеист, представляющий критически-материалистическую позицию против религиозных иллюзий; в синем углу – «радикально-православный богослов» Джон Милбанк, влиятельный и провокационный мыслитель, который утверждает, что богословие – это единственная основа, на которой могут стоять знания, политика и этика. В этой книге читателя ждут три раунда яростной полемики с впечатляющими приемами, захватами и проходами. К финальному гонгу читатель поймет, что подобного интеллектуального зрелища еще не было в истории. Дебаты в «Монструозности Христа» касаются будущего религии, светской жизни и политической надежды в свете чудовищного события: Бог стал человеком.
![Истинная жизнь](/storage/book-covers/b6/b6ca38d5a97d7ca5a79743f770bd0848534ad1e4.jpg)
Серия «Фигуры Философии» – это библиотека интеллектуальной литературы, где представлены наиболее значимые мыслители XX–XXI веков, оказавшие колоссальное влияние на различные дискурсы современности. Книги серии – способ освоиться и сориентироваться в актуальном интеллектуальном пространстве. Один из самых значительных философов современности Ален Бадью обращается к молодому поколению юношей и девушек с наставлением об истинной жизни. В нынешние времена такое нравоучение интеллектуала в лучших традициях Сократа могло бы выглядеть как скандал и дерзкая провокация, но смелость и бескомпромиссность Бадью делает эту попытку вернуть мысль об истинной жизни в философию более чем достойной внимания.