Бульварное чтиво - [2]
— Наган я нашла в кустах у дороги. Решила его на хлеб обменять. — Баба упала на колени, по-собачьи подползла к Гофману.
Она уткнулась лбом в заплеванный пол и стала голосить, давя на жалость. Гофман брезгливо посмотрел на нее, подошел к окну. За треснутым стеклом ржавела осень. Хотелось горячего крепкого чаю, тишины и одиночества. Вернувшись на место, Гофман заполнил протокол задержания.
— Закрой ее в камеру. Пусть посидит до утра, подумает.
Бурбулис схватил женщину за шкирку и поволок к выходу. Она изо всех сил упиралась, умоляла отпустить. Вскоре латыш вернулся и вытащил из кармана экспроприированный у женщины платок. Осмотрев его, разорвал на две части. Опустился на стул и стянул сапоги. Резкий запах пота заставил Гофмана поморщиться. Латыш неторопливо намотал обновки, обулся. Широко улыбаясь, он потопал ногами — проверил — хорошо ли сидят сапоги. Затем поднял с пола вонючие портянки и бросил их в бадью для мусора.
Со двора послышалось рычание «Магируса», прикрепленного к отделу. Хлопнула дверь. На полусогнутых ногах в кабинет влетел мужик с перекошенным лицом. Его подбородок, заросший рыжей щетиной, лихорадочно трясся. Не зная, кто здесь главный, арестованный испуганно перекидывал взгляд с Бурбулиса на Гофмана. Следом, громко смеясь, в кабинет ввалились два матросика, присланные на подмогу. Залихватски сбитые на затылок бескозырки, распахнутые бушлаты, из-под которых выглядывали «полосатые души», придавали хозяевам Балтики вид отпетых головорезов. Те, собственно, таковыми и являлись.
— Побрякушками торговал, ханурик! — отрапортовал один из морячков и положил перед Гофманом газетный сверток.
Тот бережно развернул его, взял перстень с зеленым камнем, поднес к сливоподобному, крючковатому носу.
— Стоящая цацка! — восхитился Яков Львович и осмотрел остальные драгоценности.
Он спросил фамилию, имя, отчество задержанного. Где и с кем живет? Словно не слыша вопросов, мужик канючил:
— Помилуйте, ради Христа! Никого я не грабил!
— Откуда ж золотишко? Небось, нашел?
— Нашел, начальник! Нашел!
Мужик стал креститься, наивно полагая, что Господь поможет.
— Верю, верю. Сегодня день удачный: все что-нибудь находят. Одна — наган в кустах, другой — золото на дороге. — Гофман спрятал изъятое в облупившийся сейф, повернулся к Бурбулису.
— Проводи товарища.
Латыш развернул мужичка, подтолкнул к дверям.
— Ну, пойдем! — пропел он с акцентом.
Яков Львович дождался, когда они покинут кабинет, исподлобья глянул на матросню.
— Марафетом не богаты? Что-то силы на исходе.
Нептун с обветренным лицом протянул серебряную пудреницу.
— Бери все. У нас еще есть.
Голову ломило. Гофман прошелся по комнате, достал из буфета графин: «Взбодриться, что ли?» Он смешал спирт с марафетом и выпил. Выдохнул, сомкнул веки. Накопленная за день усталость незаметно сдала позиции. Боль в затылке исчезла. Память воскресила бабу, пойманную с наганом. Гофман где-то видел ее, но где, вспомнить не мог.
Бессонные ночи, изматывающие рейды по притонам, допросы и мордобой совершенно выхолостили память, превратили все лица задержанных в однообразное месиво. Не разуваясь, Гофман лег на диван, прикрыл глаза рукой. «Боже, день за днем одно и то же — слезы и кровь. Жернова дьявольской машины крутятся безостановочно, не оставляя шансов на нормальную жизнь. Жестокость, возведенная в ранг повседневного быта, порождает безразличие к чужим судьбам, а порой — и к своей собственной. Кто я? Звено бесконечной цепочки зла или ненароком прицепившаяся к нему соринка? Но как обуздать преступность, не прибегая к насилию? Только страх берет за горло и заставляет соблюдать закон. Если человек уверен, что все сойдет с рук, он пустится во все тяжкие. Так было, есть и будет. Никакие пряники не заменят кнут!» — Яков Львович поднялся, плеснул в стакан адский коктейль.
Под небом зарождалось утро. Гофман только вздремнул, как в дверь постучали. На пороге стоял Бурбулис. Привычно скалясь, он пожал протянутую Яковом Львовичем вялую руку.
— Пойдем в отдел, — заговорщицки сказал латыш и подмигнул. — Ты главный, ты и решай, что делать.
Свежий от дождя воздух слегка взбодрил, но голова оставалась тяжелой. Каждый шаг отдавался в ней тупой болью.
— Матросики давеча вызвались подежурить… — Бурбулис хотел продолжить, но Гофман перебил его:
— Разберемся.
Гофман спустился в разбитый на тесные камеры подвал и при свете лампы рассмотрел истерзанное тело задержанной накануне женщины. Она лежала, широко раздвинув ноги, покрытые многочисленными синяками. Отверстие от пули кокардой украшало лоб бабы. В углу сидел рыжебородый мужик. Если бы не запекшаяся в его волосах кровь, то, казалось бы, что это законченный пропойца уронил на грудь буйную голову.
— Где они? — прохрипел Гофман, накрыв покойницу ее же кацавейкой. — Совсем оборзели, черти!
Откуда-то со дна памяти всплыл юный красноармеец, распятый казаками на амбарных воротах. Свесив остроконечные щупальца, его голову покрывала вырезанная из спины звезда. Около него, на земле, сидела растрепанная девка. Она не плакала, лишь вздрагивала и перебирала пальцами подол длинного платья. Только сейчас Гофман узнал ее в изнасилованной женщине.
![Забулдыжная жизнь](/storage/book-covers/87/87ff79dd3a10849dfb181172a538b0cf6625b040.jpg)
Сборник повестей и рассказов, повествующих о жизни простых смертных с искалеченной разными причинами судьбой. Сюжеты большинства рассказов взяты автором из жизни. Долгое время общаясь с людьми, выброшенными течением жизни на заболоченный берег, где приходиться выживать разными способами, автор приходит к мысли, что смерть для этих людей — единственный выход, облегчающий страдания. Это может показаться жестоко, но от неизбежности не убежишь и не спрячешься.
![Письма](/storage/book-covers/d6/d66ddfbc43ae9db6a131e82407a76e1c2992520a.jpg)
Лишь спустя неделю от него приходит письмо, в котором кратко и поэтично парень меня бросает. Он ссылается на страх ответственности, на детскую глупость, на недостижимые мечты. Говорит словами родителей, разрывая мое сердце на тысячи, миллионы крошечных частей. Извиняется. Вновь и вновь. Просит прощения. Заявляет, что нашел себе другую, что собирается с ней уехать. Что, если бы я почувствовала то, что чувствует он, я бы его поняла. Что именно это и есть настоящая любовь. Что между нами была лишь привязанность и странная зависимость.
![Розовый террор](/storage/book-covers/92/92822ffa932e9971f5fbe587a7a2138a36065ff4.jpg)
Чего хочет женщина?Большой и чистой любви. Куклы по имени Мужчина, не важно, что него (у неё?) другая семья (другая хозяйка). Хочу, и всё! А ещё денег, шубки, бриллиантов, телевизионной славы, квартиры в центре города, путешествий. Приключений на пятую точку. На худой конец, ванну – непременно розовую.
![Лопухи и лебеда](/storage/book-covers/2e/2e2a9ce2d03fd385743843b8f6f77c6dfdd02f7b.jpg)
Выдающийся режиссер и актер Андрей Смирнов, покоривший публику в 1971 году легендарным “Белорусским вокзалом”, лауреат двух премий “Ника” (в 2000 году за роль Бунина в фильме “Дневник его жены” и в 2012-м за фильм “Жила-была одна баба”), был отлучен от режиссуры советскими цензорами и много лет не снимал кино. Он играл в фильмах и сериалах (Владимир в “Елене”, Павел Кирсанов в “Отцах и детях” и др.), ставил спектакли и писал – сценарии, эссе, пьесы. Эта книга впервые представляет Андрея Смирнова-писателя.Проза Андрея Смирнова изначально связана с кино.
![Мой папа-сапожник и дон Корлеоне](/storage/book-covers/cb/cbdb24bb1016f5ad52d6b22841ed600e10ac8c61.jpg)
Сколько голов, столько же вселенных в этих головах – что правда, то правда. У главного героя этой книги – сапожника Хачика – свой особенный мир, и строится он из удивительных кирпичиков – любви к жене Люсе, троим беспокойным детям, пожилым родителям, паре итальянских босоножек и… к дону Корлеоне – персонажу культового романа Марио Пьюзо «Крестный отец». Знакомство с литературным героем безвозвратно меняет судьбу сапожника. Дон Корлеоне становится учителем и проводником Хачика и приводит его к богатству и процветанию.
![Ипостась](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Все может свершится неожиданно, не мне об этом говорить, но то как мы отреагируем или что совершим, примем, зависит только от нас не глядя и не воспринимая чье либо влиянье, мненье, попытки убеждений, как говорится «Все мое останется со мной» и это не материальная ценность. Все однажды свершится, все.
![Вечер в Муристане](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.