Беспозвоночные в мифологии, фольклоре и искусстве - [2]
В настоящем обзоре рассматриваются случаи упоминания беспозвоночных животных в мифологии и в фольклоре (т.е. в пословицах, поговорках, загадках, анекдотах и т.д.). Хотя фольклорные материалы часто бывают наивными и даже не вполне пристойными, они представляют бытовой и исторический интерес, характеризуя народные представления о животных. Современным фольклором можно считать и афоризмы некоторых образованных остроумцев.[1]
Некоторое промежуточное положение между фольклором и поэзией занимают басни (а среди российских баснописцев
первое место безусловно принадлежит И. А. Крылову). Но и обыкновенные поэты (Г. Гейне, А.К. Толстой, Вера Инбер, Н. Заболоцкий и др.) тоже нередко пишут о беспозвоночных животных. Использованы здесь и прозаические произведения (в которых эти животные выступают в роли действующих лиц или имеют непосредственное отношение к сюжету).
Следует отметить также, что к фольклору очень близка по духу сфера сновидений, в ней перемешиваются фантастика и реальные картины, а возникающие во сне образы и ситуации не находятся под контролем трезвого рассудка; кроме того всему этому придается мистическое значение. В самой мифологии тоже часто описываются вещие сны. Когда жена троянского царя Гекуба была беременна Парисом, она увидела во сне, что носит в своем чреве факел, от которого, как разъяснили ей мудрецы, сгорит Троя и, как известно, это пророчество оправдалось. И не случайно у древних греков был особый бог сновидений - Морфей (сын бога сна Гипноса). По мнению психологов, содержание сновидений часто бывает связано "с суевериями, приметами, языческими и тотемическими культами, религией, верой в духов, сообщения умерших предков и в божественные откровения" (Смирнов, 2001, с. 6). Иными словами, рассмотрение значения, которое приписывалось приснившимся животным, в настоящей книге вполне оправдано.
В сознании народов долгое время господствовало убеждение, что в снах как бы зашифрованы важные сведения о скрытых от нас вещах и о будущем. Поэтому возникли так называемые сонники, разъясняющие на основе различных суеверий значение увиденных во сне образов. (Сонником Мартина Задеки пользовалась еще пушкинская Татьяна). Мною использован "Полный сонник Миллера" (2004, составленный еще в XIX в., но явно несколько модернизированный), сведения, полученные из Интернета, где имеется специальный файл "Сонник" и приводятся цитаты из других авторов. Сведения из этих источников часто совпадают, но нередко и противоречат друг другу. И хотя понять, на каких ассоциациях основывается символическое значение, приписываемое разным животным, удается довольно часто, понять логическую подоплеку толкования приснившихся животных гораздо труднее. А в настоящее время толкованием снов с научных позиций занимаются психоаналитики. Само собой разумеется, что научный анализ сновидений имеет своей целью не предсказание грядущих событий, а изучение душевного состояния пациента. Однако сделанные таким путем выводы тоже бывают подчас настолько неожиданными, что нам (профанам) кажутся фантастическими, тем более, что толкование снов вообще открывает широкое поле для фантазии. И я вынуждена признаться, что для перевода психоаналитических текстов на общепонятный язык биологического образования, полученного мною в университете, недостаточно, и мне придется цитировать их дословно. Тем не менее, в сонниках обоего типа содержится много интересного и забавного о беспозвоночных животных, что заслуживает упоминания в настоящей книге.
Немало любопытного может найти зоолог и в старинных литературных произведениях типа "Александрийского физиолога" (впервые опубликованного во II или III веке н.э., многократно переиздававшегося и переведенного на разные языки впоследствии) в разных "Азбуквовниках" (словарях) и т.д. О.В. Белова, автор "Славянского бестиария" (2001), составленного на основании славянских литературных памятниках XII - XVII вв., подчеркивает, что в этих произведениях при недостаточной научной осведомленности символика и нравоучительный смысл главенствуют над фактическим описанием (из-за этого даже хорошо известным животным иногда приписываются совершенно не свойственные им качества); свой собственный труд она сравнивает с баснословным зверинцем. Она отмечает также, что символическое значение животных сильно варьирует, и "Книжная символика животных, сформировавшаяся под влиянием церковной догматики, в значительной степени отличается от символики фольклора" (с. 44). Белова приводит рисунки, приписываемые книжнику XVI в. Дамаскину Студиту, воспроизведенные в списке XVIII в. Таким образом, еще сравнительно недавно некоторые животные были описаны так, что их тоже можно причислить к мифическим чудовищам. Все это дает представление о том, как расширялись наши знания о наших "самых меньших братьях". Но связь с мифологией не была утрачена и позднее, когда началось развитие научной зоологии, так как многие ученые охотно стали давать изученным ими животным названия, заимствованные из мифологии.
Э. Геккель (1834-1919) - известный биолог-эволюционист, сформулировавший биогенетический закон, немало способствовавший утверждению дарвинизма, издал также роскошный альбом "Красота форм в природе" (в русском переводе он вышел в 1902 г.). В этом альбоме даны изображения многих одноклеточных животных (радиолярий, саркодовых) и растений, медуз, коралловых полипов, голожаберных моллюсков и других беспозвоночных. Хотя некоторые рисунки грешат зоологическими неточностями (очевидно, они выполнены не самим Геккелем, а специально приглашенным художником), но в эстетическом отношении альбом вполне соответствует своему названию.
![Мифологическая зоология](/storage/book-covers/17/17489d2d9f0c75f9e1b63989f7c99d306b1f9927.jpg)
Книга вводит читателя в мир зоологической фантастики, но не придуманной современными сочинителями, а стихийно возникшей в процессе познания нашими далекими предками окружающего мира; в сущности, в ней отражена младенческая стадия научной зоологии. Основу книги составляет Словарь, содержащий сведения о химерах и некоторых других ми- фозоях — фантастических существах из мифологии и фольклора Древней Греции, Ближнего Востока, Египта, Китая, славян и других народов, об их строении, поведении и участии в жизни людей.
![Птицы в мифологии, фольклоре и искусстве](/storage/book-covers/18/18ad4a1734eb03cc356c3e0d9f2318c94b05e1c9.jpg)
Книгу можно рассматривать как занимательное приложение к нормальному курсу орнитологии. В ней собраны мифы, легенды, поверья и другие материалы, говорящие о том, как относились к птицам и какие свойства, подчас фантастические, приписывали им люди в разных странах и в разные эпохи, а также какое освещение получили птицы в художественной литературе и изобразительном искусстве. В 1-й части книги речь идет о птицах в их натуральном виде, а во 2-й — о фантастических птицах и химерах, в состав тела которых входят органы, «заимствованные» у птиц.
![Санкт-Петербург и русский двор, 1703–1761](/storage/book-covers/26/26d68dcf4e10022ec557fac1208d1adc3e7ccfe8.jpg)
Основание и социокультурное развитие Санкт-Петербурга отразило кардинальные черты истории России XVIII века. Петербург рассматривается автором как сознательная попытка создать полигон для социальных и культурных преобразований России. Новая резиденция двора функционировала как сцена, на которой нововведения опробовались на практике и демонстрировались. Книга представляет собой описание разных сторон имперской придворной культуры и ежедневной жизни в городе, который был призван стать не только столицей империи, но и «окном в Европу».
![Кумар долбящий и созависимость. Трезвение и литература](/storage/book-covers/91/91cbcee5f0be5e731a0c4c3a14b1eea8db62f063.jpg)
Литературу делят на хорошую и плохую, злободневную и нежизнеспособную. Марина Кудимова зашла с неожиданной, кому-то знакомой лишь по святоотеческим творениям стороны — опьянения и трезвения. Речь, разумеется, идет не об употреблении алкоголя, хотя и об этом тоже. Дионисийское начало как основу творчества с античных времен исследовали философы: Ф. Ницше, Вяч, Иванов, Н. Бердяев, Е. Трубецкой и др. О духовной трезвости написано гораздо меньше. Но, по слову преподобного Исихия Иерусалимского: «Трезвение есть твердое водружение помысла ума и стояние его у двери сердца».
![Судьба Нового человека.Репрезентация и реконструкция маскулинности в советской визуальной культуре, 1945–1965](/storage/book-covers/b1/b152e734ff996be5d7c727eccab419f6179f66d4.jpg)
В первые послевоенные годы на страницах многотиражных советскихизданий (от «Огонька» до альманахов изобразительного искусства)отчетливо проступил новый образ маскулинности, основанный наидеалах солдата и отца (фигуры, почти не встречавшейся в визуальнойкультуре СССР 1930‐х). Решающим фактором в формировании такогообраза стал катастрофический опыт Второй мировой войны. Гибель,физические и психологические травмы миллионов мужчин, их нехваткав послевоенное время хоть и затушевывались в соцреалистическойкультуре, были слишком велики и наглядны, чтобы их могла полностьюигнорировать официальная пропаганда.
![Музей. Архитектурная история](/storage/book-covers/4e/4e9d5d5127613494e0e0d6f805c3a7888f9e3192.jpg)
Культуролог и музеолог Ксения Сурикова исследует феномен музея сквозь призму архитектуры и предлагает рассмотреть его в широком контексте культурных трансформаций, влиявших на роли и функции музея в обществе. Последовательно рассматривая особенности бытования музея в различные исторические периоды, автор показывает, как в зависимости от стратегий отношения к прошлому менялось восприятие музейного предмета и музейной функции, а следовательно, и выстраивалась или разрушалась типология музейного здания. Книга адресована архитекторам, художникам, культурологам, музеологам, а также представителям городских администраций и различных гражданских сообществ. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
![Феномен тахарруш как коллективное сексуальное насилие](/storage/book-covers/1a/1a5d6920f8dc66b1e51fa90cb13f54680ac72f29.jpg)
В статье анализируется феномен коллективного сексуального насилия, ярко проявившийся за последние несколько лет в Германии в связи наплывом беженцев и мигрантов. В поисках объяснения этого феномена как экспорта гендеризованных форм насилия автор исследует его истоки в форме вторичного анализа данных мониторинга, отслеживая эскалацию и разрывы в практике применения сексуализированного насилия, сопряженного с политической борьбой во время двух египетских революций. Интерсекциональность гендера, этничности, социальных проблем и кризиса власти, рассмотренные в ряде исследований в режиме мониторинга, свидетельствуют о привнесении политических значений в сексуализированное насилие или об инструментализации сексуального насилия политическими силами в борьбе за власть.
![Бесы. Приключения русской литературы и людей, которые ее читают](/storage/book-covers/3b/3b0cd9f9219015858cf4b5f205856127936b34ce.jpg)
«Лишний человек», «луч света в темном царстве», «среда заела», «декабристы разбудили Герцена»… Унылые литературные штампы. Многие из нас оставили знакомство с русской классикой в школьных годах – натянутое, неприятное и прохладное знакомство. Взрослые возвращаются к произведениям школьной программы лишь через много лет. И удивляются, и радуются, и влюбляются в то, что когда-то казалось невыносимой, неимоверной ерундой.Перед вами – история человека, который намного счастливее нас. Американка Элиф Батуман не ходила в русскую школу – она сама взялась за нашу классику и постепенно поняла, что обрела смысл жизни.