Азеф

Азеф

Роман "Азеф" ценен потому, что эта книга пророческая: русский терроризм 1900-х годов – это начало пути к тем "Десяти дням, которые потрясли мир", и после которых мир никогда уже не пришел в себя. Это – романсированный документ с историческими персонажами, некоторые из которых были еще живы, когда книга вышла в свет. Могут сказать, что книги такого рода слишком еще близки к изображаемым событиям, чтобы не стать эфемерными, что последняя война породила такие же книги, как "Сталинград" Пливье, "Капут" Малапартэ, которые едва ли будут перечитываться, и что именно этим может быть объяснено и оправдано и забвение романа "Азеф". Ну да! Я все это хорошо знаю. Такова судьба многих литературных свидетельств. Но "Азеф" это не только документальный роман, это и произведение искусства и искусства совершенного и очень личного.

Жанр: Историческая проза
Серии: -
Всего страниц: 110
ISBN: -
Год издания: Не установлен
Формат: Полный

Азеф читать онлайн бесплатно

Шрифт
Интервал

ОБ ЭТОЙ КНИГЕ

Книга «Азеф» это – переработка моего романа «Генерал БО». Об истории этого романа и о том, почему я его сейчас выпускаю, я хотел бы сказать. По-русски первым изданием в двух томах «Генерал БО» вышел в Берлине в 1929 году в издательстве «Петрополис». Книга быстро разошлась. В том же году «Петрополис» выпустил второе издание в одном томе. «Генерал БО» имел успех и на иностранных языках. В 1930 году он вышел по-немецки[1], по-французски[2], по-латвийски[3] и двумя изданиями по-английски, в Англии и Америке[4]. В 1931 году роман вышел по-испански[5]. В 1932-м – по-литовски[6]. В 1933-м – по-польски[7]. Кроме изданий книгами «Генерал БО» печатался в нескольких иностранных газетах.


Не так давно мои знакомые американцы, побывавшие в Варшаве, рассказали мне, что мой роман «Генерал БО» в переводе Галины Пилиховской переиздан и сейчас продается в Польше. Выпустило его в 1958 году издательство «Ksiazka i Wiedza». Переиздание это сделано без моего разрешения и без моего ведома.

Задолго до последней войны русское издание «Генерала БО» было распродано. Книга исчезла с рынка. Тоже произошло и с иностранными изданиями. Но не только это побудило меня выпустить ее сейчас в переработанном виде. Роман «Генерал БО» я писал больше тридцати лет тому назад. И несмотря на его несомненный успех, этот роман уже давно, когда я о нем думал, причинял мне некое «авторское страдание». В молодости, когда я его писал, я писал его с свойственными именно молодости (и вероятно даже обязательными для молодости) языковыми и стилистическими вычурностями, с какой-то внутренней потребностью «посягнуть на классическую фразу». С этим естественно связывалось многое ненужное (на мой теперешний взгляд) в общей композиции романа и в его структуре. Прошли годы. Все эти «посягательства» теперь не вызывают во мне ничего кроме чувства неловкости и досады. И вот мне захотелось привести книгу в порядок и прежде всего дать ей – простоту и ясность в стиле и композиции. Это было одним из побуждений к переработке и изданию.

Другим (и решающим) толчком – оказалась статья известного французского писателя, лауреата премии «Фемина», Кристиана Мегрэ в еженедельнике «Карефур» от 24 августа 1955 года. Статья эта[8] попала мне в руки совершенно случайно, здесь, в Нью-Йорке, у моих знакомых. Ни один отзыв о моем романе (а их было много на разных языках) не был мне так ценен, как статья Мегрэ, неожиданно появившаяся через 25 лет после выхода романа! Мегрэ написал эту статью по поводу конкурса переводных книг в Париже. Для меня статья ценна и отзывом Андрэ Мальро и тем, как Мегрэ поставил «тему Азефа», проведя ее в современность. Я приведу статью Кристиана Мегрэ.


Автор

ПРЕДШЕСТВЕННИК МАЛЬРО-КАМЮ

Трудно понять, как ценное литературное произведение может пройти в наши дни незамеченным. Соревнование издателей, множество литературных премий, обилие критики, специалисты по рекламе, всё это предполагает скорее возможность переоценить то или иное произведение литературы, чем недооценить его. По-моему, нет больше писателей, которые, как Стендаль, должны довольствоваться лишь посмертной славой. Но, конечно, есть много писателей, даже пользовавшихся успехом, и тем не менее обреченных на забвенье… У нас нет больше неизвестных писателей, но у нас есть писатели несправедливо забытые…

Эти мысли пришли мне в голову, когда я недавно прочел составленный знатоками-жюри, список «двенадцати премированных лучших иностранных романов этого века». Ничего не скажешь о гигантах времен, предшествовавших 1914 году:

Диккенс, Толстой, Достоевский – их значение общеизвестно. Но вот что надо сказать о замечательных иностранных книгах периода между двумя войнами: молодое поколение их больше не читает. Я спрашивал нескольких молодых людей. Они просто даже не знают Конрада, Мередита, Сэмуэля Батлера, которыми мы восторгались в 30-х годах и которых потом затмили Фолкнер, Дос Пассос, Хемингуэй. Я перечитал Конрада, Мередита и Сэмуэля Батлера и мне показалось, что «Лорд Джим», «Эгоист», «Эревон» ничуть не утратили своей прелести и являются прекрасным источником увлекательного чтения для нашей молодежи, которая питается главным образом, если не исключительно, Кафкой.

Потом, роясь в одной библиотеке на запыленных полках произведений 1930-х годов, я натолкнулся на совершенно замечательную и совсем забытую книгу, автор которой не оставил своего имени в памяти читателей. Несмотря на ее толщину, я снова прочел ее в один присест и с тем же восторгом, как и при первом чтении ее, двадцать лет тому назад. Это был «Азеф» Романа Гуля. О Романе Гуле я мало знаю. В то время наши издатели еще не подражали своим англо-саксонским коллегам, у которых есть хорошая привычка давать на суперобложке биографические данные об авторах. Всё что я знаю, это то, что Роман Гуль – русский, что он был в Пензенской гимназии товарищем Тухачевского, маршала, возглавлявшего Красную армию и расстрелянного в 1937 году, биографию которого Гуль написал, и что Гуль жил в Париже.

Исторический документ и одновременно произведение искусства

Но я помню, как Мальро очень высоко оценил «Азефа». Часто говорят, о критическом чутье Андрэ Жида и недостаточно – о чутье Мальро, этого тоже большого открывателя талантов. Это Мальро поставил на должное (одно из первых) место американского романиста Дашиэля Хаммет, тоже неизвестного. Мальро так восторгался «Азефом» потому, что персонажи этого романа, русские социалисты-революционеры и террористы начала века были прототипами его героев из "La Condition Humaine". Основное дело Азефа – убийство министра Плеве предвещает 1917 год, революцию в Шанхае и все последующие события, заставившие Мальро сказать, что мир начинает быть похожим на его книги. И именно в «Азефе» мы находим первые наброски этого мира.


Еще от автора Роман Борисович Гуль
Жизнь на фукса

Эмиграция «первой волны» показана в третьем. Все это и составляет содержание книги, восстанавливает трагические страницы нашей истории, к которой в последнее время в нашем обществе наблюдается повышенный интерес.


Я унес Россию. Апология русской эмиграции

Автор этой книги — видный деятель русского зарубежья, писатель и публицист Роман Борисович Гуль (1896–1986 гг.), чье творчество рассматривалось в советской печати исключительно как «чуждая идеология». Название мемуарной трилогии Р. Б. Гуля «Я унёс Россию», написанной им в последние годы жизни, говорит само за себя. «…я унес Россию. Так же, как и многие мои соотечественники, у кого Россия жила в памяти души и сердца. Отсюда и название этих моих предсмертных воспоминаний… Под занавес я хочу рассказать о моей более чем шестидесятилетней жизни за рубежом.».


Ледяной поход (с Корниловым)

Гуль - Роман Борисович (1896-1986) - русский писатель. С 1919 за границей (Германия, Франция, США). В автобиографической книге ""Ледяной поход""(1921) описаны трагические события  Гражданской войны- легендарный Ледяной поход генерала Корнилова , положивший начало Вооруженным Силам Юга России  .


Николай I

Царствование императора Николая Павловича современники оценивали по-разному. Для одних это была блестящая эпоха русских побед на поле брани (Кавказ, усмирение Польши и Венгрии), идиллии «дворянских гнёзд». Для других – время «позорного рабства», «жестокой тирании», закономерно завершившееся поражением в Крымской войне. Так или иначе, это был сложный период русской истории, звучащий в нас не только эхом «кандального звона», но и отголосками «золотого века» нашей литературы. Оттуда же остались нам в наследство нестихающие споры западников и славянофилов… Там, в недрах этой «оцепеневшей» николаевской России, зазвучали гудки первых паровозов, там выходила на путь осуществления идея «крестьянского освобождения».


Скиф в Европе

Царствование императора Николая Павловича современники оценивали по-разному. Для одних это была блестящая эпоха русских побед на поле брани (Кавказ, усмирение Польши и Венгрии), идиллии «дворянских гнёзд». Для других — время «позорного рабства», «жестокой тирании», закономерно завершившееся поражением в Крымской войне. Так или иначе, это был сложный период русской истории, звучащий в нас не только эхом «кандального звона», но и отголосками «золотого века» нашей литературы. Оттуда же остались нам в наследство нестихающие споры западников и славянофилов… Там, в недрах этой «оцепеневшей» николаевской России, зазвучали гудки первых паровозов, там выходила на путь осуществления идея «крестьянского освобождения».



Рекомендуем почитать
Драконы летнего полдня

 Месяц за месяцем, год за годом проходят над Кринном. Дуют промозглые осенние ветры, сыплют колкие ледяные кристаллы зимние облака, распускаются на лугах дивные цветы. Вслед за весной спешит лето... Однако Тьме ненавистен яркий солнечный свет. Глазам, привыкшим к вековой мгле, больше по нраву глухой сумрак и серые тени. Тёмная Воительница жаждет мщенья и собирает рассеянные в битвах полчища драконидов. Рыцари Тьмы подбираются к Башне Верховного Жреца. В синем безоблачном небе древнего Кринна зловещими силуэтами появляются Драконы Летнего Полдня.


Побежденный холостяк

Грейс Фолкнер — сотрудница благотворительного фонда, которая собирает деньги для помощи приюту в Африке. Марко Агилар — португальский миллиардер, владелец сотен отелей по всему миру. Казалось бы, что между ними может быть общего? Однако у известного бизнесмена есть одна тайна, которую случайно открывает Грейс…


День Благодарения

Погибла жена немолодого журналиста-англичанина, живущего в Америке, и он отправляется в Неваду — встретиться с ее первым мужем… Зачем? Почему? Человек, одержимый горем, попросту не знает этого — потому что существует отныне в странном мире на грани вероятного и невероятного. Человек, одержимый горем, ХОЧЕТ ГОВОРИТЬ… Так начинается эта тончайшая, изысканнейшая история, в которой основное место принадлежит ВНУТРЕННЕМУ МОНОЛОГУ. Монологу человека в ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ. Монологу, обнажающему подлинные глубины человеческой психологии…


Дракон - детектив

Профессор Высшей Академии Магии Галь Траэр обнаружен мертвым в бассейне собственного особняка. Как оказалось, причины смертельно ненавидеть Траэра были у многих. Но кто же из них убийца?Выяснить это пытается студентка Академии Айлия Нуар. Трудно сказать, к чему привело бы ее расследование, если бы на помощь не пришел один из немногих уцелевших драконов-оборотней — потомок могущественных магов Зенедин.


Метресса фаворита. Плеть государева

«Метресса фаворита» — роман о расследовании убийства Настасьи Шумской, возлюбленной Алексея Андреевича Аракчеева. Душой и телом этот царедворец был предан государю и отчизне. Усердный, трудолюбивый и некорыстный, он считал это в порядке вещей и требовал того же от других, за что и был нелюбим. Одна лишь роковая страсть владела этим железным человеком — любовь к женщине, являющейся его полной противоположностью. Всего лишь простительная слабость, но и ту отняли у него… В издание также вошёл роман «Плеть государева», где тоже разворачивается детективная история.


Старосольская повесть. История унтера Иванова. Судьба дворцового гренадера

Повести В. М. Глинки построены на материале русской истории XIX века. Высокие литературные достоинства повестей в соединении с глубокими научными знаниями их автора, одного из лучших знатоков русского исторического быта XVIII–XIX веков, будут интересны современному читателю, испытывающему интерес к отечественной истории.


Белый Бурхан

Яркая и поэтичная повесть А. Семенова «Белый Бурхан», насыщенная алтайским фольклором, была впервые издана в 1914 г. и стала первым литературным отображением драматических событий, связанных с зарождением в Горном Алтае новой веры — бурханизма. В приложении к книге публикуется статья А. Семенова «Религиозный перелом на Алтае», рассказ «Ахъямка» и другие материалы.


Поклонник вулканов

Романтическая любовь блистательного флотоводца, национального героя адмирала Нельсона и леди Гамильтон, одаренной красивой женщины плебейского происхождения, которую в конце жизни ожидала жестокая расплата за головокружительную карьеру и безудержную страсть, — этот почти хрестоматийный мелодраматический сюжет приобретает в романе Зонтаг совершенно новое, оригинальное звучание. История любви вписана в контекст исторических событий конца XVIII века. И хотя авторская версия не претендует на строгую документальность, герои, лишенные привычной идеализации, воплощают в себе все пороки (ну, и конечно, добродетели), присущие той эпохе: тщеславие и отчаянную храбрость, расчетливость и пылкие чувства, лицемерие и безоглядное поклонение — будь то женщина, произведение искусства или… вулкан.


Сивилла – волшебница Кумского грота

Княгиня Людмила Дмитриевна Шаховская (1850—?) — русская писательница, поэтесса, драматург и переводчик; автор свыше трех десятков книг, нескольких поэтических сборников; создатель первого в России «Словаря рифм русского языка». Большинство произведений Шаховской составляют романы из жизни древних римлян, греков, галлов, карфагенян. По содержанию они представляют собой единое целое — непрерывную цепь событий, следующих друг за другом. Фактически в этих 23 романах она в художественной форме изложила историю Древнего Рима. В этом томе представлен роман «Сивилла — волшебница Кумского грота», действие которого разворачивается в последние годы предреспубликанского Рима, во времена царствования тирана и деспота Тарквиния Гордого и его жены, сумасбродной Туллии.


Ежедневные заботы

В новую книгу Александра Кривицкого, лауреата Государственной премии РСФСР, премии имени А. Толстого за произведения на международные темы и премии имени А. Фадеева за книги о войне, вошли повести-хроники «Тень друга, или Ночные чтения сорок первого года» и «Отголоски минувшего», а также памфлеты на иностранные темы, опубликованные в последние годы в газете «Правда» и «Литературной газете».