Звук воды - [7]
— Давно не виделись.
— А что, дома никого нет?
— Мама умерла, а папы никогда нет. Сигэя пошла в магазин.
— Почему ты не в школе?
— Ну и глупый же ты. Сегодня суббота! После обеда школа закрывается.
Кадзуо развернулся, чтобы уйти, но Фусако потянула его за штанину. Слегка склонив голову набок, она смотрела на него снизу вверх и смеялась. Научилась кокетничать на уроках танцев. Это кокетство даже отдаленно не напоминало повадки ее покойной матери. Кадзуо освободил штанину из пальцев девятилетней девочки и крепко сжал маленькую ручку в своей. Рука ребенка затихла в мужской руке.
Кадзуо зашел в дом. Фусако открыла двери гостиной и пропустила его вперед. День выдался дождливый и сумрачный, в комнате горел свет. В углу работала газовая печка. Влажный воздух был пропитан прохладным ароматом, но не духов — тот запах давным-давно рассеялся. На полочке стояла фотография Кирико, повязанная черной лентой. Рядом с фотографией был устроен маленький очажок, в котором дымились благовония.
— Ну-ка, поздоровайся с мамой, — сказала Фусако.
Кадзуо зажег одну из благовонных палочек. Очажок щетинился остатками уже сгоревших цилиндриков, воткнутых в пепел, и было непросто найти свободное место для новой. Пепел слежался и стал твердым, как кость. Палочка, которую Кадзуо безуспешно пытался воткнуть, надломилась. Слом был густо-зеленого цвета. Чрезмерное изящество, будто созданное для того, чтобы сломаться. Кирико на фотографии не улыбалась, но вместе с тем ее лицо нельзя было назвать серьезным. Муж, скорее всего, не знает, какой смысл таит в себе загадочное выражение на лице его жены. Наконец палочка, немного криво, но все же воткнулась. Зажженная, она на мгновение подернулась белым пеплом, а потом сделалась темно-оранжевой. По комнате поплыл запах смерти.
И в этот момент Кадзуо окаменело застыл. Он услышал у себя за спиной знакомый звук. Тихий, выпуклый звук ключа, поворачивающегося в замке.
Он боялся обернуться, но все же обернулся. Спрятав руку за спину, Фусако весело засмеялась.
— Что это ты вдруг дверь запираешь?
— Так ведь мама всегда запирала. И мне не разрешала заходить. Вот я и решила, пока дядя Кадзуо здесь, хоть разочек попробую запереть дверь сама, посмотрю, как это.
Кадзуо устало опустился на стул. Фусако залезла к нему на колени…
Кадзуо вспомнил, как сегодня утром начальник, едва появившись в отделе, сразу же принялся очень громко, чтобы всем было слышно, пересказывать свой сон.
«…Мне приснилось, что я один из тех грабителей, которые ограбили банк Тэйкоку. Представляете? Я — грабитель!» Работники отдела слушали этот рассказ с унылыми лицами, не выражающими ничего, кроме полного отсутствия интереса к чужим снам, и пытались изобразить заинтересованный смех. Кадзуо, который не услышал в этом рассказе ничего смешного, не стал смеяться. На сытом лице мещанина застыла мечта — хотя бы во сне преобразиться в преступника. Благодаря тому, что эти сны — явление весьма распространенное, в обществе все еще сохраняется зыбкое равновесие. И раз уж разговор зашел о снах, то прошлой ночью Кадзуо тоже видел сон. У этого сна было название: «Заветная пивная».
Ему приснилось, что на окраине города открылась Заветная пивная. Что она работает каждый день и открывается в час ночи. Вот Кадзуо идет по городу, час ночи еще не наступил.
Он не знал, как выглядит эта пивная. Он не знал, зачем ее открыли и почему дали ей такое название. Но как бы то ни было, он знал, что должен туда попасть, потому что он один из членов товарищества.
Кажется, он где-то слышал, что Заветная пивная была государственным проектом. Этот странный факт означал, что правительство активно помогает беспорядку воцаряться в городе. Вдобавок ко всему, Кадзуо не знал, куда идти. Он получил приказ прибыть к «ближайшей» пивной. Надо было срочно спросить дорогу.
На улицах хлопали двери — лавки начали закрываться. Свет пробивался сквозь щели в дверях и ложился длинными тонкими линиями на дорогу.
— Извините, не подскажете, где здесь Заветная пивная? — спросил Кадзуо. Из-за того что свет падал сзади, лицо хозяина лавки казалось совершенно черным.
— А вы, стало быть, служите в правительстве, — вместо ответа сказал тот, внимательно всматриваясь в собеседника.
— Да, служу.
Хозяин лавки объяснил ему дорогу и скрылся за дверью. Кадзуо двинулся в путь. Он вышел на окраину города — дальше начинались темные, без единого фонаря, спальные районы. Что и говорить, не самое подходящее место для пивной.
Дорога изгибалась. Над ней носился холодный ночной ветер. Белизна гравия на желтом полотне дороги была единственным ориентиром. Вокруг густо росли деревья, сбоку шел длинный каменный забор. Ни в одном доме не было света, издалека доносился собачий лай.
На каком-то углу он свернул и вышел на темную улочку, посреди которой стоял иностранец. Вернее, это вначале казалось, что он стоит — на самом-то деле он двигался, но не вперед, а, подволакивая ноги, медленно пятился назад. Иностранец не обратил на Кадзуо ровным счетом никакого внимания. Кадзуо поспешил пройти мимо него.
Улочка вывела его к перекрестку в форме буквы Т. Темнота улицы, которая соответствовала ножке буквы, была совсем непроглядной. Кадзуо показалось, что какой-то человек молниеносно нырнул в глубокую темень, словно желая спрятаться от него. Там, где улочка, по которой он пришел, сливалась с темной-темной улицей, виднелись оставшиеся после пожара развалины, окруженные полуразрушенным забором. Пробоина в заборе выполняла роль входа и выхода. Кадзуо не сомневался, что это и есть Заветная пивная.
![Исповедь маски](/storage/book-covers/55/55dcc2c7f0d9bd073aa88bc630ea791aaee4271e.jpg)
Роман знаменитого японского писателя Юкио Мисимы (1925–1970) «Исповедь маски», прославивший двадцатичетырехлетнего автора и принесший ему мировую известность, во многом автобиографичен. Ключевая тема этого знаменитого произведения – тема смерти, в которой герой повествования видит «подлинную цель жизни». Мисима скрупулезно исследует собственное душевное устройство, добираясь до самой сути своего «я»… Перевод с японского Г. Чхартишвили (Б. Акунина).
![Жизнь на продажу](/storage/book-covers/7a/7a89dd7277a805fff975b74ccc0ff865820ccd63.jpg)
Юкио Мисима — самый знаменитый и читаемый в мире японский писатель. Прославился он в равной степени как своими произведениями во всех мыслимых жанрах (романы, пьесы, рассказы, эссе), так и экстравагантным стилем жизни и смерти (харакири после неудачной попытки монархического переворота). В романе «Жизнь на продажу» молодой служащий рекламной фирмы Ханио Ямада после неудачной попытки самоубийства помещает в газете объявление: «Продам жизнь. Можете использовать меня по своему усмотрению. Конфиденциальность гарантирована».
![Моряк, которого разлюбило море](/storage/book-covers/48/48ae00937625eaed53700039a9a25e83fd2d8e90.jpg)
Юкио Мисима — анфан-террибль японской литературы, безусловный мировой классик и писатель, в своем творчестве нисходящий в адовы бездны и возносящийся на ангельские высоты. Самый знаменитый и читаемый в мире из японских авторов, прославился он в равной степени как своими произведениями во всех мыслимых жанрах (романы, пьесы, рассказы, эссе — более ста томов), так и экстравагантным стилем жизни и смерти (харакири после неудачной попытки монархического переворота в день публикации своего последнего романа).«Моряк, которого разлюбило море» — это история любви моряка Рюдзи, чувствующего, что в море его ждет особая судьба, и вдовы Фусако, хозяйки модной одежной лавки; однако развитый не по годам тринадцатилетний сын Фусако, Нобору, противится их союзу, опасаясь потерять привычную свободу…
![Жажда любви](/storage/book-covers/db/db6e8f409399cc3d29e332948a4ec0cb7357da92.jpg)
«Жажда любви», одно из ранних и наиболее значительных произведений Юкио Мисимы, было включено ЮНЕСКО в коллекцию шедевров японской литературы. Действие романа происходит в послевоенное время в небольшой деревушке недалеко от города Осака. Главная героиня Эцуко, молодая вдова, одержима тайной страстью к юному садовнику…
![Мой друг Гитлер](/storage/book-covers/02/02073aca65ac262b951a581c8276f28531432b7b.jpg)
Всемирно известный японский писатель Юкио Мисима (1925-1970) оставил огромное литературное наследство. Его перу принадлежат около ста томов прозы, драматургии, публицистики, критических статей и эссе. Юкио Мисима прославился как тонкий стилист, несмотря на то, что многие его произведения посвящены теме разрушения и смерти.
![Счастье](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Персональный доступ](/storage/book-covers/fe/fe13c938055b9939f4c11d9741772ae5786cbf6f.jpg)
Лондон — не вполне безопасное место в мире, однако в недалеком прошлом, когда в нем было значительно спокойнее, чем теперь, в ближайшем пригороде Лондона творились ужасные вещи. Кто бы мог подумать, что одиноко стоящий особняк мог стать настоящей тюрьмой для горстки людей, которые, хотя и проживали в относительном комфорте, тем не менее, стремились вырваться наружу. А маньяк — Кукловод, это лишь небольшое дополнение к вынужденному заточению.Однако, и в замкнутом пространстве есть место человеческим отношениям.
![Парикмахерша](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Избранные письма о куртуазном маньеризме](/storage/book-covers/e4/e4cf6477041a35e1852be915248e1fc493a9bc41.jpg)
Воспроизводится по изданию: Орден куртуазных маньеристов. Отстойник вечности. Избранная проза: — М.: Издательский Дом «Букмэн», 1996. — 591 с.
![Маленькая коммунистка, которая никогда не улыбалась](/storage/book-covers/2f/2f41ce109e9dba4ee7712158d449860a0af680b1.jpg)
Книга Лолы Лафон – роман о звезде спортивной гимнастики, иконе восточноевропейского коммунизма и символе его краха. Надя Команечи – знаменитая румынская гимнастка, пятикратная олимпийская чемпионка, двукратная чемпионка мира, девятикратная чемпионка Европы. Ее взлет пришелся на закат коммунистической эпохи в Румынии и Восточной Европе в целом. Судьба Нади стала символом взлета и стремительного краха коммунистической идеологии. Книга Лолы Лафон – это не документальная биография, это портрет времени и портрет беспощадного режима, перемалывавшего не только обычных людей, но и тех, кого вознес на вершину.
![Сказки бабушки Авдотьи](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Бабушка Авдотья — моя соседка по лесничной площадке. Старая и мудрая женщина, прожившая нелегкую жизнь и многое повидавшая на своем веку, но не утратившая юмора и относящаяся ко всему происходящему вокруг филосовски. Иногда, будучи студентом, я заходил к ней, когда надо было помочь по хозяйству, кран там починить или лампочку в люстре заменить. После чего она поила меня чаем и рассказывала свои сказки. Не для детей они, а для взрослых. И не важно была ли эта бабушка в действительности, или мне это все приснилось, главное сказки вот они — остались.