Звук воды - [9]
Пение старика сделалось, нестерпимо громким. Надо раз и навсегда уяснить для себя, что в мире просто не существует безобидных увлечений. «Придет время, и я тоже достигну того возраста, когда мне будет приятно причинять окружающим как можно больше неудобств. Таким способом все здравомыслящие люди избавляются от своего одиночества».
…Он коснулся рукой в перчатке деревянных досок скамейки. Скамейка была шероховатой от пыли. Подъехал трамвай. На этом трамвае уехали старик и его песня. И до самой ночи, пока он не лег спать, в голове Кадзуо вертелась одна и та же мысль о «человеческих развалинах», в которые превращаются все здравомыслящие люди.
В понедельник еще не превратившийся в «человеческую развалину» молодой человек в лекционном зале министерства читал лекцию по принятию мер против инфляции. Основная мысль лекции заключалась в том, что, так как основная проблема кроется в нынешнем правительстве, то единственное, что остается, — это ждать, пока у населения сформируется гражданское самосознание. Другого выхода нет. Самое странное, что никто ни разу и не засмеялся от словосочетания «гражданское самосознание». В словах «гражданское» и «самосознание» чувствуется какой-то забавный привкус — такой бывает у холодных котлет из сладкого картофеля, которые продают в пригороде и заворачивают в обрывок старой газеты. Когда эти слова появляются рука об руку, невозможно не засмеяться. Должно быть, лектор тоже был порядком удивлен и разочарован.
Вернувшись за свой стол, Кадзуо сел писать черновик официального финансового бюллетеня. Ему была поручена главка о принципах финансирования. Маленькое небо, видневшееся в верхнем углу окна, обложили серебристо-серые облака. Впрочем, было тепло.
Девушка за соседним столом катала свою шерстяную куколку по столу, тыкая в нее кончиком карандаша. Куколка, как всегда, пребывала в полном здравии. Кадзуо как-то раз сводил эту девушку в столовую, купил ей на свои деньги молоко за десять йен и медовые бобы за десять йен.
По дороге обратно, когда он ехал в трамвае, ему улыбнулась незнакомая девушка. Кадзуо очень понравилась ее улыбка. Трамвай был переполнен. Какой-то ребенок, глядя в окно, громко распевал песенку «Токийский буги-вуги». Мать особо не вмешивалась. У девушки был такой вид, будто она хочет что-то спросить. Бесхитростная улыбка. Трамвай тряхнуло, и девушку прижало к Кадзуо. На ощупь она была похожа на мягкую, плохо перевязанную посылочку.
— Прошу прощения, — наконец заговорила девушка. — Вы куда едете?
— В Министерство финансов. Извините, мы знакомы?
— Моя фамилия Кувабара.
— А я Кодама.
— Кодама… Кадзуо, если не ошибаюсь.
— Откуда вы знаете?
— Вы так конверты всегда надписываете.
Кадзуо побледнел от ужаса. Значит, за ним тщательно следят, за каждым его шагом. К счастью, трамвай подъехал к остановке, на которой он должен был выходить. Кадзуо охнул и двинулся к выходу. Девушка засмеялась:
— Знаете, мы просто учились в одном университете…
В четверг во время обеденного перерыва проходило скучное собрание бывших однокурсников. Кадзуо рассказал о своей встрече в трамвае. Все вместе пытались вспомнить студентку по фамилии Кувабара. Наконец кто-то вспомнил и радостно закричал:
— А! Это та девчонка, которую подобрал профессор Н. Кажется, она его незаконнорожденная дочь. Еще ходили слухи, что они любовники.
После этого начались обычные разговоры, когда каждый прилагает все усилия, чтобы не уронить интеллектуального и социального достоинства своего собеседника. Разговоры о нехватке денег, о неудачах с женщинами и дому подобные «минусовые» темы были не популярны. В заключение они немного пообсуждали, как назвать клуб однокурсников, но до конца перерыва так ничего и не придумали. Единственное, до чего договорились, — это провести семинар по «Общей теории» Кейнса. Еще один день в неделю будет потрачен непонятно на что.
В пятницу было ясно и тепло. После обеда Кадзуо сопровождал замначальника департамента в Центробанк. В Центробанке проходил отбор плакатов с рекламой накопительных программ, нарисованных школьниками младших классов.
Кадзуо очень любил бывать в Центробанке. Ему нравилось это сумрачное, грандиозное, нечеловеческое здание. Оно ворчало себе под нос: «инфляция, инфляция». Слово «инфляция», повторяемое раз за разом, приобретает вес большого мешка с деньгами. «Инфляция… инфляция…» — разносится тысячеголосое эхо. Но если так пойдет дальше, то уже совсем скоро это здание начнет ворчать: «дефляция, дефляция». Слово «дефляция» тоже будет весить, как большой мешок с деньгами. Будет отдаваться эхом под сводами: «дефляция… дефляция…»
Кто же встанет во главе Кабинета министров: Ёсида? Или, может быть, Асида? На сегодняшний день никто этого не знает. Замначальника департамента сказал, что, наверное, все-таки Асида. Кадзуо шел вслед за ним по мраморному коридору с линолеумом на полу. Коридор разделялся то надвое, то натрое — ведь это же банк банков. Ах, как было бы здорово работать в этом бесчувственном здании. За какой угол ни поверни, безмолвно давят на тебя гигантские каменные колонны. Здесь нет ничего скользкого. Кадзуо ненавидел человеческие строения. Если прижаться щекой к мрамору, щека становится холодной и плоской. Надо жить в могиле. Могила, в которой заключена жизнь, прекрасна. Как и полагается кладбищу, «банк банков» осознавал себя как сущность, управляющую людскими жизнями из высших сфер, был холоден и мрачен. Кульминация человеческой жизни — это всего лишь имитация могилы. В «Сказках тысяча и одной ночи» рассказывается о любовниках — о сводных брате и сестре, — которые ради собственного удовольствия безвылазно сидели в могиле… Комната, закрытая на ключ… Поймав себя на этой мысли, Кадзуо замер от сладостного ужаса.
![Исповедь маски](/storage/book-covers/55/55dcc2c7f0d9bd073aa88bc630ea791aaee4271e.jpg)
Роман знаменитого японского писателя Юкио Мисимы (1925–1970) «Исповедь маски», прославивший двадцатичетырехлетнего автора и принесший ему мировую известность, во многом автобиографичен. Ключевая тема этого знаменитого произведения – тема смерти, в которой герой повествования видит «подлинную цель жизни». Мисима скрупулезно исследует собственное душевное устройство, добираясь до самой сути своего «я»… Перевод с японского Г. Чхартишвили (Б. Акунина).
![Жизнь на продажу](/storage/book-covers/7a/7a89dd7277a805fff975b74ccc0ff865820ccd63.jpg)
Юкио Мисима — самый знаменитый и читаемый в мире японский писатель. Прославился он в равной степени как своими произведениями во всех мыслимых жанрах (романы, пьесы, рассказы, эссе), так и экстравагантным стилем жизни и смерти (харакири после неудачной попытки монархического переворота). В романе «Жизнь на продажу» молодой служащий рекламной фирмы Ханио Ямада после неудачной попытки самоубийства помещает в газете объявление: «Продам жизнь. Можете использовать меня по своему усмотрению. Конфиденциальность гарантирована».
![Моряк, которого разлюбило море](/storage/book-covers/48/48ae00937625eaed53700039a9a25e83fd2d8e90.jpg)
Юкио Мисима — анфан-террибль японской литературы, безусловный мировой классик и писатель, в своем творчестве нисходящий в адовы бездны и возносящийся на ангельские высоты. Самый знаменитый и читаемый в мире из японских авторов, прославился он в равной степени как своими произведениями во всех мыслимых жанрах (романы, пьесы, рассказы, эссе — более ста томов), так и экстравагантным стилем жизни и смерти (харакири после неудачной попытки монархического переворота в день публикации своего последнего романа).«Моряк, которого разлюбило море» — это история любви моряка Рюдзи, чувствующего, что в море его ждет особая судьба, и вдовы Фусако, хозяйки модной одежной лавки; однако развитый не по годам тринадцатилетний сын Фусако, Нобору, противится их союзу, опасаясь потерять привычную свободу…
![Жажда любви](/storage/book-covers/db/db6e8f409399cc3d29e332948a4ec0cb7357da92.jpg)
«Жажда любви», одно из ранних и наиболее значительных произведений Юкио Мисимы, было включено ЮНЕСКО в коллекцию шедевров японской литературы. Действие романа происходит в послевоенное время в небольшой деревушке недалеко от города Осака. Главная героиня Эцуко, молодая вдова, одержима тайной страстью к юному садовнику…
![Мой друг Гитлер](/storage/book-covers/02/02073aca65ac262b951a581c8276f28531432b7b.jpg)
Всемирно известный японский писатель Юкио Мисима (1925-1970) оставил огромное литературное наследство. Его перу принадлежат около ста томов прозы, драматургии, публицистики, критических статей и эссе. Юкио Мисима прославился как тонкий стилист, несмотря на то, что многие его произведения посвящены теме разрушения и смерти.
![Белая буква](/storage/book-covers/df/df0e5d539380ebb15eddb0a3cf3c572730bb94e3.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Мерцание золота](/storage/book-covers/89/8969b1291915de88d20d64eeedbdf6bc05d13b8a.jpg)
Отрывочные и разрозненные, но оттого не менее ценные воспоминания о многих давно ушедших от нас известных писателях. Василь Быков, Владимир Уткин, Эрик Сафонов, Петр Паламарчук, Солоухин, Вепсов и многие другие… Все они были хорошими знакомыми Кожедуба, а многие и друзьями. В лихие 90-е годы близкие друзья ушли навсегда, а воспоминания остались. Написано все с присущим Алесю Кожедубу юмором, иногда грустным.
![Продажные ангелы](/storage/book-covers/8b/8b84416da2f6906cdd0d8535239cfa66a6fc3cce.jpg)
С кем отдыхают на Сардинии русские олигархи? Кому дарят желтые бриллианты Graff? Кто все больше заселяет особняки Рублевки? Кому, в конце концов, завидует каждая вторая особа женского пола? Ответ очевиден — шлюхам! Значит, нужно стать шлюхой? Или ею станет другая, которая чуть умнее тебя… Книга Мии Лобутич шокирует своей откровенностью, взглядом на мир изнутри. В ней — тонкая психология женщины, умело использующей свой главный дар и с его помощью добивающейся в современном мире всего, чего можно пожелать.
![Холоп августейшего демократа](/storage/book-covers/de/de124edbf6627610cd7b2d161c837d93a5c9053a.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Черный доктор](/storage/book-covers/b0/b0e94957215d3543c1eba3420f23c528a1f8000b.jpg)
Нетребо Леонид Васильевич родился в 1957 году в Ташкенте. Окончил Тюменский Индустриальный институт. Член литературного объединения «Надым». Публиковался в еженедельнике «Литературная Россия», в журналах «Ямальский меридиан», «Тюркский мир», «Мир Севера», в альманахе «Окно на Север». Автор книги «Пангоды» (Екатеринбург, 1999 г). Живет в поселке Пангоды Надымского района.
![Рыжик](/storage/book-covers/bd/bd1254d201903babaa189a57d789e9e49b8c173a.jpg)
Десять лет назад украинские врачи вынесли Юле приговор: к своему восемнадцатому дню рождения она должна умереть. Эта книга – своеобразный дневник-исповедь, где каждая строчка – не воображение автора, а события из ее жизни. История Юли приводит нас к тем дням, когда ей казалось – ничего не изменить, когда она не узнавала свое лицо и тело, а рыжие волосы отражались в зеркале фиолетовыми, за одну ночь изменив цвет… С удивительной откровенностью и оптимизмом, который в таких обстоятельствах кажется невероятным, Юля рассказывает, как заново училась любить жизнь и наслаждаться ею, что становится самым важным, когда рождаешься во второй раз.