Три поцелуя - [34]

Она посмотрела на Майкла, который стоял в дверном проеме и с кривой усмешкой наблюдал за ней, затем решительно выдвинула ящик комода и стала вытаскивать белье. Увидев среди вещей фотографию в рамке — Стелла и Уэйд стоят, обнявшись, с сияющими лицами, — она несколько мгновений колебалась.

— Он держал их связь в тайне от всех, даже от меня, — бросил Майкл.

Кло не удивилась. Она знала и уважала Уэйда с детства, и для него было естественным защищать свою женшину от грязных сплетен. Один из его предков лютой зимой спустился со Скалистых гор, преследуя незнакомцев, укравших его жену и изнасиловавших ее. Джедидия Бирклоу догнал их и убил охотничьим ножом. Он вернул жену домой и прожил с ней счастливо до конца жизни. Гордость была присуща всем мужчинам этого рода, они всегда защищали свои семьи и честь своих жен. Майкл был сыном такого же гордого и сильного мужчины.

Кло достала из ящика черную шелковую ночную рубашку. Дома мать носила удобные простые вещи, и эта легкомысленная прозрачная рубашка с кружевами на груди и большими разрезами по бокам шокировала Кло. Она оглянулась на ухмылявшегося Майкла через плечо и торопливо прижала рубашку к груди.

— Доволен, да?

— А тебя это оскорбляет? Ты ожидала, что они тушили при этом свет во всем доме? — скривился он, и Кло вспомнила, каким честным всегда был Майкл. Честным и надежным. Даже если бы он знал об отце и Стелле все эти годы, он никому бы ничего не сказал.

— Заткнись, — буркнула Кло, направляясь в ванную.

Открыв дверь, она уставилась на маленькие элегантные красные шлепанцы, стоявшие рядом с черными мужскими. В резком контрасте между ними было что-то очень интимное. «Моя мать спала с Уэйдом Бирклоу…» — пронеслось в голове Кло.

— Между прочим, шлепанцы мои. Я отдал все вещи отца в церковь. Они были старыми, но удобными и аккуратно заштопаны твоей матерью. Думаю, ему больше нравилось носить то, к чему прикасались ее руки, чем покупать что-то новое. Она предлагала и мне недавно чинить мою одежду…

— Не вздумай приносить свои вещи в наш дом! Не сомневаюсь, у тебя хватает женщин, чтобы пришивать тебе пуговицы и ставить на задницу заплаты! — зло крикнула Кло. Она схватила шлепанцы матери и прижала их к себе.

Майкл усмехнулся, явно довольный.

— Я прикидываю, которая из них наиболее достойна этой чести.

— Уверена, ты выберешь самую лучшую, — мрачно буркнула Кло, разозлившись еще больше. Его самоуверенность просто бесила ее.

— Ты же не ожидала, что все эти годы я буду ждать тебя? — хмыкнул он.

Майкл шагнул к ней, и Кло невольно отступила. Его темные, вновь вспыхнувшие золотым огнем глаза и близость мужского горячего тела испугали ее. Она почувствовала, как между ними пробежал электрический разряд, и быстро отвернулась, ужаснувшись тому, что вдруг почувствовала дикое желание крепко прижаться к нему. Ей захотелось изгнать из памяти все полные самообмана, напрасные годы без него, сжечь дотла всю накопившуюся боль в том огне, который вспыхнул в глубине его глаз.

Кло обхватила себя руками за плечи, словно защищаясь. Буря чувств, поднявшаяся в душе, и жар, охвативший тело, поразили ее. Была ли в ее браке хоть одна десятая того огня, который вспыхнул в ней, который полыхал за ресницами Майкла?

Настоящее исчезло, горькие воспоминания сжали сердце.

— Мне так жаль твоего отца… — выдохнула она, чтобы снять напряжение.

Майкл осторожно перевел дыхание, как будто до этого долго не дышал.

— Он был хорошим человеком. А Стелла — потрясающая женщина. Они с отцом очень подходили друг другу.

Кло внимательно посмотрела на Майкла. Его лицо стало резче, как будто все линии вдруг кто-то глубже прорезал.

— Ты действительно так считаешь?

Майкл расхохотался, откинув голову назад.

— Кло, ты просто ханжа! Моя мать, умирая, боялась, что отец будет страдать от одиночества; она хотела, чтобы он нашел себе жену. И ему страшно повезло. Посмотри на эту кровать. Он сделал ее для Стеллы, это наша семейная традиция. Взгляни, там есть их инициалы, вырезанные на спинке в изголовье.

Кло подошла к кровати и провела пальцами по вырезанному вензелю, где красиво сплетались первые буквы имен. Романтический знак любви был весомее, чем брачное свидетельство, и это потрясло ее. Только очень влюбленный человек мог сделать эту кровать для женщины в знак любви и уважения к ней. Уэйд был порядочным человеком из рода Бирклоу, который бы не смог оскорбить ее мать легкомысленной связью. Она знала, что мужчины этого рода по традиции делали брачное ложе для своих невест собственными руками. Для этого они шли в лес с топором и пилой, валили подходящее дерево, очищали его, выдерживали положенное время, а затем сами, в одиночку, делали кровать, Уэйд относился к Стелле как к своей жене. И эта кровать была свидетельством отношений куда более глубоких, чем Кло испытала в своем браке.

Ей стало больно и обидно до слез. Она вспомнила тихий шепоток отца за закрытой дверью родительской спальни, тишину, в которой слышался скрип кровати, и счастливое лицо матери по утрам. Это была настоящая, теплая, живая любовь, которой озарялся весь дом…

Кло затуманившимися глазами осмотрела солнечную спальню еще раз. Интимное, романтическое место, хранившее память о страстных ночах и счастливых утренних пробуждениях влюбленных. Как она могла не видеть, каким непорядочным был Росс?! Она должна была это понимать, имея таких родителей!..