Тайные науки Гитлера. В поисках сокровенного знания древних - [62]
Когда огромную часть Нюрнберга сровняли с землей под строительство гитлеровского стадиона для съездов партии, архитектор Альберт Шпеер обратил внимание, что полуразрушенное трамвайное депо являло собой ужасное «бельмо на глазу». Стальные балки каркаса здания проржавели, чего никогда не увидишь в руинах древних зданий, полностью строившихся из камня. Сообщив об этом Гитлеру, он получил указание, что стальные конструкции не должно более использовать в монументальном строительстве, потому что когда тысячелетний рейх закончит свое существование, руины стальных конструкций будут отвратительны, а не великолепны. Намереваясь оставить шестой коренной расе, призванной размышлять над ними в 3000 году, роскошные руины, Гитлер приказал, чтобы в монументах использовались только прочные и дорогие материалы. И, хотя Германия имела мало необходимых для этого гранитных карьеров, Гитлер настоял именно на граните. Поэтому пришлось в большом количестве ввозить гранит из Швеции. Когда начальные успехи германской армии в России дали нацистам доступ к залежам высококачественного гранита, Гитлер возликовал. Не имевшие существенного значения строительные работы интенсивно продолжались и в середине войны, даже если они, как разрушение варшавского гетто, были помехой военным операциям.
С древнейших времен в планировке городов стремились отражать существующий социальный уклад. Города прошлого, управляемые теократиями, строились согласно геомантическим схемам, воспроизводя господствующие космологические идеи. В поздние, более многогранные времена разделение функций церкви и государства привело к тому, что каждый строил для самих себя в своих особо спланированных районах. Древние римские coloniae (города-колонии) были неизменно прямоугольными в плане, их разделяли на кварталы две дороги, которые пересекались в центре города. Эти две дороги, cardo и decumanus, тянувшиеся соответственно с севера на юг и с востока на запад, уходили далеко за границы города, разделяя окружающую местность. Город был, таким образом, отражением микромира всего региона и, согласно мифологическим концепциям, Вселенной в целом.
Нацистская планировка опиралась на те же представления. Планы Нового Берлина были наполнены геомантическими концепциями, которые отражали интерес Гитлера к месту. Однажды Гитлер заметил, что Вена неправильно расположена и должна быть переориентирована лицом к Дунаю; в других случаях он рекомендовал перестроить целые города и городки. Его знаменитая рейхсканцелярия была одним из осуществленных проектов. 11 января 1938 года Гитлер поручил профессору Шпееру построить громадное сооружение. Характерно, что Г итлер приказал закончить стройку к 10 января 1939 года, ровно через год. Начальная работа по расчистке площадки задержалась из-за морозов, и строительство не смогли начать до марта. Но в течение оставшихся девяти месяцев массивная и грандиозная, из камня и мрамора, канцелярия была всё же отстроена. Художников, ремесленников и рабочих собирали со всего рейха, превратив строительство здания в микромир немецкой техники. Всё было готово вовремя. «Новая рейхсканцелярия, — говорилось в публикации той поры, — представляет рейх в современной классической форме».
Сердцем канцелярии была комната в девяносто футов длиной, пятьдесят шириной и около тридцати трех футов высотой. Пол был выложен из шведского мрамора, стены облицованы мрамором из Ист-Марчеса, а потолок — древесиной красного дерева. Бронзовые мемориальные доски, символы рейха — орел и свастика — и монументальный портрет Бисмарка завершали картину. Над двадцатифутовой дверью кабинета Г итлера находился бронзовый щит с гербом и монограммой «А. Г.».
Канцелярия была лишь первой частью плана Г итлера по реконструкции административного центра Берлина. Гитлер питал страстный интерес к этому проекту, поскольку в молодости он изучал планы Парижа и Вены и на него произвели сильное впечатление Кольцевая улица в Вене и парижские бульвары, созданные бароном Хауссманном. В обоих городах имелись впечатляюще расположенные монументальные здания, и Гитлер желал иметь нечто подобное в Берлине. Альберту Шпееру поручили разработать грандиозный план разбивки гигантских бульваров — часть общегородской программы перепланировки города наподобие той, что была осуществлена в Вене архитектором-мистиком Отто Вагнером пятьюдесятью годами ранее. За несколько лет Вагнер построил сотни официальных зданий, реконструировал набережные и шлюзы на венских каналах и полностью создал Schtadbahn («Штадтбан»), скоростную железнодорожную сеть, работающую в Вене и сегодня.
Гитлер хотел превзойти город своей юности, но берлинские власти содрогались при мысли о стоимости нового строительства: всех этих автострад, бульваров, общественных парков, трамвайных путей и магистральных железных дорог. Г итлер пригрозил создать совершенно новую столицу на пустом месте, если местные городские власти не согласятся с его пожеланиями. Был поставлен на обсуждение вопрос о переносе столицы на Мюритзее в Мекленбург, одно из мест, претендовавших на то, чтобы быть Атлантидой, и берлинские бюрократы смягчились. Проект новой столицы Гитлера отложили. В любом случае, магические силы уже существующей столицы были намного большими, чем могла бы иметь новая. Новые столицы, такие как Карлсруе, Вашингтон, Канберра, Бразилиа или Исламабад, даже когда они геомантически спланированы (что и сделано в большинстве случаев), продолжают оставаться несколько безжизненными.
