Сводный брат — плохиш - [20]

Шрифт
Интервал

— Как ты научился рисовать? — полюбопытствовала я.

— Уверен, ты догадываешься, что в тюрьме у меня было много свободного времени. Но там почти нечем заняться, кроме поднятия тяжестей или чтения. Однажды, когда был в библиотеке, я взял в руки книгу о современном искусстве и влюбился в кубизм. Я рисовал и после того, как вышел, даже купил некоторые материалы и много экспериментировал.

— Это потрясающе.

— Моя бабушка помогла мне с этим. Когда мы ещё жили с ней, она купила мне журналы по искусству и заплатила за несколько уроков. Однажды я узнал о художнике по имени Дмитрий Никитин. Его работы казались невероятными, они и вдохновили меня. Я хотел бы посетить его студию в Калифорнии и встретиться с ним лично. Может, даже взять у него урок.

— Всегда мечтала побывать в Калифорнии.

— Мы должны поехать вместе, только ты и я. Может, нам удастся убежать от плохой погоды и кошмаров и просто оставить всё это дерьмо позади.

Я искала на его лице признаки того, что он так неудачно пошутил, но не нашла — там не было ничего. Я прислонилась к Шейну, благодарная ему за то, что он сумел спрятать мои шипы подальше. Чем больше времени мы проводили вместе, тем больше я чувствовала, что влюбляюсь в него, в своего сводного брата. Неправильно ли это? Он был всем, чего я хотела, но не могла получить. Или могла?



~ 9 ~


Несмотря на начало учёбы в колледже, я так и не почувствовала особых изменений в жизни, на которые так надеялась. Проблема заключалась в том, что я была из пригорода. Все в моей группе жили в общежитии и завели множество друзей, а я так ни с кем и не познакомилась. Во многих отношениях колледж ничем не отличался от средней школы, где мало кто вообще знал о моём существовании.

По сравнению со школьными временами, разница состояла лишь в том, что теперь меня это не волновало. Я хотела пойти в колледж, чтобы выбраться из дома, где жила с матерью и отчимом. И я это сделала, переехав к отцу. Только вот не рассчитывала, что Шейн тоже будет жить там. Поэтому на текущий момент мне больше не хотелось заводить новых отношений.

Когда я заканчивала домашнее задание, зазвонил телефон. На экране высветилось имя моего сводного брата.

— Почему ты звонишь мне, если находишься в соседней комнате? — недоуменно поинтересовалась я.

— Привет, это Розали? — вместо того, чтобы ответить на мой вопрос, спросил он.

— А? Что ты имеешь в виду? Ты же знаешь, что это я.

— Как дела? Ты занята сегодня вечером?

— Я думала, что мы собираемся взять фильм напрокат, — ничего не понимая, протянула я.

— Чёрт, Розали, ты не понимаешь намёков? Я пытаюсь пригласить тебя на свидание.

Офигеть!

— Итак, ты занята сегодня вечером? — снова вернулся к образу Шейн.

— Сегодня я собиралась посмотреть фильм со своим сводным братом.

— Брось неудачника и пошли со мной.

— Что у тебя на уме?

— Всего лишь песня «Wine ‘em, Dine ‘em, Sixty-Nine ‘em»[4].

— Ты мудак, знаешь это?

— Да, но ты меня всё равно любишь.

Да.

— Так что ты ответишь?

— Да, я пойду с тобой сегодня вечером.

— Я заеду за тобой в семь.

— Ты знаешь, где я живу? — Я сдержала смешок.

— Конечно. Мне сказал твой сводный брат.

***

Звонок в дверь раздался ровно в семь. Мой папа вместе с Джоанной ушли на вечеринку к друзьям, так что за исключением Шейна в доме я была одна. Чувствуя себя как никогда глупо, я надела своё любимое платье. Шейн назвал эту встречу свиданием, и я была просто обязана убедиться, что выгляжу отлично.

— Шейн! Можешь открыть? — крикнула я.

Никто не ответил. Вместо этого снова раздался дверной звонок. Кто, чёрт возьми, звонит в дверь? С обувью в руке я сбежала вниз по лестнице и дёрнула за ручку. По ту сторону порога, широко улыбаясь, стоял Шейн.

— Эй, красотка, — поприветствовал он.

— Что ты делаешь?

— Я сказал, что заберу тебя в семь. Не говори, что ты ещё не готова.

— Заткнись и заходи уже. Куда мы идём?

— У меня есть два варианта, но выбирать тебе. Мы можем сходить на ужин и в кино или можем остаться здесь.

— И это всё? Я разочарована — ожидала, что ты обязательно предложишь что-нибудь пошлое.

— Ну, если тебе интересно, мой грёбаный мозг может предложить вариант номер три.

— Так всё-таки этот вариант есть, — со смехом фыркнула я. — На самом деле я бы предпочла остаться дома и взять напрокат фильм.

— Бинго! Я плачу! — засмеялся он. — Как насчёт заказать еду из «Палермо»?

— Я только «за».

Я переоделась в джинсы и футболку, и, поужинав, мы перешли в гостиную, устроились на диване и посмотрели пару фильмов. Шейн вёл себя абсолютно нормально и естественно, и, хотя мы редко проводили время дома вместе, я совсем не чувствовала, что мы были на свидании.

— На самом деле я немного смущена, — осторожно начала я.

— Чем? Дерек Зуландер[5] — это мужчина-модель, — медленно произнёс парень, чеканя каждое слово.

— Я не об этом, дурак. Мне казалось, ты не хочешь, чтобы между нами что-нибудь было.

— Право, я лежу голым со всеми своими сёстрами. — Шейн потянул мои ноги и положил их себе на колени, гладя меня по ноге.

— Тогда хорошо, что ты единственный ребёнок в семье.

— А если серьёзно, я много думал о нас. Слышал, что в некоторых странах это совершенно нормально — заигрывать со своей сестрой, так что, возможно, всё же стоит дать нашим отношениям шанс.


Рекомендуем почитать
Увлекательная прогулка по аллее позора

Тейлор Симмонс облажалась. Все было достаточно сложно, когда ее целеустремленность и преданность своим исследованиям заработали ей репутацию ледяной королевы. А после того, как она напилась на вечеринке и проснулась рядом с плохим серфером Эваном Маккинли, похоже, вся школа издевательствами и сплетнями намерена разрушить Тейлор. Отчаянно пытаясь спасти свою репутацию, Тейлор убеждает Эвана притвориться, что у них серьезные романтические отношения. В конце концов, лучше быть девушкой, которая укрощает дикого серфера, чем просто еще одной меткой на его доске для серфинга.


Интриганки

Четыре замужние подруги отлично разбираются в мужской психологии, образованы, легки в общении, живут по принципу: «Хочешь изменить мир, начни с себя». Однажды они объединяют свои усилия для помощи своему тренеру по йоге. Она переживает измену мужа. С помощью подруг она находит новую любовь. Воодушевленные успехом девушки решают организовать клуб «Разбитые сердца» для спасения женщин. Клуб становится популярным, получает отличные отзывы, стабильный результат и воссоединенные счастливые семьи. Подруги довольны и все более увлекаются своей работой.


Трансфер (ЛП)

Кошмары неизменно настигают меня. Они заставляют меня задерживать дыхание, постепенно лишая возможности дышать. Я напугана. Я отчаянно желаю, чтобы это прекратилось. Предполагалось, что он должен был помочь мне. Вместо этого... он пробуждает во мне что-то запретное. Я знаю, мне нужно бежать от него. Но я не могу... Я сделала свой выбор. Я хочу его. Есть только одна проблема на пути желаний... Он — мой психотерапевт. В книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера.


Удовольствие

Нет, она больше не верила в любовь. Любви не существует. Существует дружба, привязанность, но не любовь. Любовь — миф, сказка которую придумали люди в оправдание своим поступкам. Есть долг перед семьей, обязанности, которым надо подчиняться и следовать. Так должно быть… Но когда в ее жизнь вновь врывается ОН, все правила и принципы рушатся под натиском обжигающей страсти. Только ОН способен подарить ей наслаждение, ведь именно ОН научил ее…  любить также быстро, как и потерять веру в это чувство. Разве теперь ОНИ имеют право быть вместе? Пусть в его сердце горит огонь, вызывающий ответное пламя в ней.


Месть группы поддержки (ЛП)

Учебный год стал для Челси сплошной черной полосой. После того, как её бросил парень, а друг её младшей сестры, Рик, высмеял её, она сосредоточена на том, чтобы избегать неприятных ситуаций. Именно тогда Рик и его группа представляют свой новый альбом, в котором все песни высмеивают чирлидеров. Унижение Челси достигает предела, когда все в школе поют песню "Опасно-Блондинистая" в коридорах. Пришло время заставить Рика заплатить. Всё, чего он хочет — это выиграть конкурс "Школьный Идол", чтобы начать путь к карьере рок-звезды.


Ада и Каххар

Мама была против моего замужества. Она называла Каххара страшным исламистом, который все, что видит вокруг — свои традиции. Она боялась, что наша разница в возрасте и его взгляды приведут нас в бездну, оставив меня у разбитого корыта еще и с ребенком на руках. И, слава богу, она не знала, чем он занимается. Но так же она и не знала, что живу я на этом свете тоже благодаря Каххару…