Скажу, что упал с моста - [10]
Носорог, одетый в дымящуюся шпалеру, повалился на бок.
Я осознал, что только что чуть не умер страшной смертью. Ноги у меня подогнулись, и я присел на убитую тушу. Дрожащими руками я поднял край шпалеры и вытер вспотевшее лицо.
Открыв глаза, я увидел перед собой черный глаз носорога. Глаз мигнул, как бы намекая, что одной пули для такого большого тела маловато. Туша у меня под задницей шевельнулась. Раненый гигант начал вставать.
— Как ты меня достал! — заорал я, выдернул из ножен кинжал и воткнул его зверю в шею почти на всю длину. Да, скажу я тебе, кинжал был хорош. Одной рукой я пробил толстенную шкуру чудовища!
Носорог встал, при этом кинжал легко вышел из раны, что, опять же, говорит о большом мастерстве кузнеца, который его создал. Одной ногой зверь наступил на шпалеру, которая порвалась, как простая рубашка, и сползла с головы зверя.
Едва успев встать, наш толстокожий подранок упал снова, на этот раз на колени — не выдержала передняя нога, в которой выше колена все еще торчал арбалетный болт.
Мне открылся для удара его затылок, куда я и вонзил свой чудесный кинжал по самую рукоять, таким ударом, каким охотники добивают оленей.
Носорог взревел, поднял голову, пробежал несколько шагов и упал замертво прямо перед дверью. Кинжал защемило между черепом и позвоночником.
— Якоб, сюда быстрее! — крикнул Альбрехт снаружи.
Я выскочил из дома. Альбрехт закрыл за мной дверь, схватил меня за рукав и потащил к тропинке, на которой мы утром встретили Шнайдера и крестьян.
— Что случилось? — спросил я.
— У меня есть плохие новости и, наверное, тоже плохие новости.
— Давай сначала плохие.
— Сюда едут трое конных.
— А «наверное, тоже плохие»?
— Внутри все разнесено в клочья, а подаренный тобой милой зверушке носовой платочек в стиле «мильфлёр» стоит существенно больше, чем обещанные нам четыре гульдена. В нем дырка от рога, дырка от пули, а еще он, насколько я могу увидеть, горит. С этой охотой мы точно в убытке окажемся.
— У тебя одни деньги на уме.
— Чья бы корова мычала… Ты же швейцарец, тебе четыре гульдена как Иуде тридцать сребреников.
— За ругательства с коровами могу и морду набить.
— Лучше подумай, что сказать тем, кто приедет.
Легко сказать, подумай. Мы и так были в сплошном убытке. Мой корд и кинжал остались в туше носорога, топор валялся где-то на полу, а кошелек я, похоже, выронил, когда снимал пояс, чтобы втащить Альбрехта на берег. Альбрехт сохранил меч и кошель, но все остальное его имущество тоже лежало в доме. Зато у меня всех ранений было пара заноз и синяк на боку, когда носорог тащил нас с волком по берегу, а художник ушиб локоть, влетая в дом, отбил ладонь, падая с крыльца, и поставил здоровенный синячище под ключицей, стреляя полуторным зарядом из крупнокалиберной аркебузы.
Мы рассчитывали встретить конных подальше от дома, но не получилось. Пока мы ругались, они подъехали к коновязи. Шнайдер, незнакомый нам человек в добротной охотничьей одежде и мальчишка-оруженосец.
— Смотри-ка, живы! И даже не обосрались! — крикнул Шнайдер второму, не поздоровавшись с нами и не представив нам новое действующее лицо. — Где Ганс?
— Умер ваш Ганс, — мрачно ответил я.
— Видели носорога? — спросил второй, тоже не тратя времени на формальности.
— Видели, — машинально ответил Альбрехт.
— Носорога? — переспросил я. — Так вы знаете?
— Конечно! — ответил «охотник», спешиваясь. Вслед за ним спешились и остальные двое. Старшие отдали поводья оруженосцу, чтобы тот привязал лошадей.
Охотник решил просветить нас, убогих, откуда вообще тут взялось чужеземное страховидло.
— Мы его со вчерашнего утра ищем от самого Инна. Баварский герцог Альбрехт Четвертый решил сделать подарок своему шурину Римскому королю Максимилиану[4] и через посредника купил в Константинополе у какого-то богача невиданного зверя носорога. Носорога повезли кораблем по Дунаю, а потом и по Инну. Сами понимаете, не в телеге же его везти.
— Зачем по Инну? Разве Его Величество живет не в Вене? — удивился Альбрехт.
— Потому что по плану подарок надо было вручить в Инсбруке. Его Величество любит Инсбрук больше, чем Вену.
— И в пути подарок сбежал?
— Да. Ночью разломал клетку, распугал команду, спрыгнул с корабля и уплыл. Как только к отцу явился сопровождавший груз офицер, мы сразу перекрыли дорогу по берегу, собрали людей и начали прочесывать леса. А меня отец на всякий случай отправил к Виттенштейнам, хотя он и сомневался, что такой большой зверь, как нам описали, так быстро бегает.
— Еще как быстро, — поморщился я.
— Оказалось, что Виттенштейны в отъезде, а никто из тех, кто под рукой, не умеет ни охотиться, ни читать следы, да, Руди?
Шнайдер скривил рожу, но ничего не ответил.
— Носорог, может быть, и не побежал бы сам так далеко, но его погнали волки. Волки ему вряд ли что-то бы смогли сделать, но он точно не рискнул бы спать в их присутствии. По пути носорогу и волкам встретилась крестьянская телега.
— Где он убил семью крестьянина?
— Не могу сказать, что он кого-то умышленно убил. Лошадь испугалась и понесла, дети сразу вылетели на дорогу, крестьянка обернулась и разбила голову об дерево. Девочка сильно ушиблась, и носорог пробежал прямо по ней. Полагаю, ему было не до выбора дороги. Мальчик не пострадал и попытался убежать, но его загрызли волки. Часть волков там и осталась, а часть продолжила погоню. Потом носорог свернул с дороги в лес, потом его следы появляются на тропе в паре сотен шагов отсюда, но уже без волков.
![Плохая война](/storage/book-covers/7c/7cd94af3c7daf0708d57dfc03411f7bf060d5499.jpg)
Сценарий правильного исторического боевика. 16 век. Ландскнехты против швейцарцев. Без "подробностей запуска, полета и втыкания каждой стрелы".
![Все дороги ведут в Геную](/storage/book-covers/d4/d4ca8c3b1874d1d31f11fcf3a6f174318bab22b6.jpg)
Генуя - один из столпов экономики Средиземноморья, и у многих там есть свои интересы. Марта претендует на наследство. Максимилиан ищет деньги для короля. Экипаж "Ладьи Харона" спасает свои оборотные средства. Бонакорси и Горгонзола просто хотят заработать. Встретившись в Генуе, герои противостоят могущественному преступному синдикату.
![Сундук золота и всех обратно](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Герои возвращаются, чтобы вывезти из Генуи триста тысяч дукатов золотом в монете и слитках. Вернется ли золото в армию короля? Доедет ли до королевы-матери? Или будет приватизировано частными лицами? Три команды не знают ни друг про друга, ни про остальных охотников за сокровищами. По мере их действий в игру включается все больше игроков. Порядочный человек не будет красть золото у законных владельцев, но никого, от разбойника до епископа, не мучает совесть на предмет переукрасть украденное.
![Хорошая война](/storage/book-covers/32/32d4610691994615740811ef0d2d58abf01739f0.jpg)
Продолжение "Плохой войны". Большой турнир в маленьком городке. Макс сам себе начальник. Шарлотта может развернуться на поле интриг. Старые и новые враги. И Безумный Патер вступает в игру на стороне Бога.
![Одна дорога из Генуи](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Максимилиан отобрал королевское золото у грабителей и везет его в армию короля. Из Генуи в Кремону осталась одна известная всем дорога, и по ней четыре телеги везут полторы тонны золота. Сзади погоня, впереди засада, в команде случайные люди, на пути заставы и зона военных действий. Все больше претендентов включаются в гонку за сокровищами. Порядочный человек не будет красть золото у законных владельцев, но никого, от разбойника до епископа, не мучает совесть на предмет переукрасть украденное.
![Игра шутов](/storage/book-covers/29/2930a5a709123a64a205cc9ace11232e2c3d168d.jpg)
Роман «Игра шутов» — третья часть серии о приключениях молодого шотландского авантюриста Фрэнсиса Кроуфорда из Лаймонда. На этот раз ему поручено расследовать покушения на жизнь юной Марии Стюарт, королевы Шотландии, живущей при французском дворе. Смелый маскарад, зловещие тайны, хитросплетенные интриги яркого и жестокого мира эпохи Возрождения.
![Ледяные боги. Братья. Завещание мистера Мизона. Доктор Терн](/storage/book-covers/1b/1b24af52e20bcb19d8a2953e42cd4c6a33145ac4.jpg)
В восьмой том Собрания сочинений известного английского романиста Генри Райдера Хаггарда (1856-1925) входят романы «Ледяные боги», «Братья» и «Завещание мистера Мизона», а также повесть «Доктор Терн».
![Крещение тюркоса](/storage/book-covers/e4/e4f91033f96b074a6d3e40cb0485004c935dd582.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Христос приземлился в Гродно (Евангелие от Иуды)](/storage/book-covers/a7/a72654bead1e127d15a286807cfd24dd488bb215.jpg)
Волею случая и по произволу духовных и светских властей недоучившийся школяр Юрась Братчик принимает на себя роль Мессии. Странствуя по просторам Белой Руси со своими «апостолами», труппой жуликоватых лицедеев, он, незаметно для самого себя, преображается и вступает на крестный путь.
![Жизнь и подвиги Антары](/storage/book-covers/bd/bdfafc40e4033af83e9842ebfd4927020025e0e0.jpg)
«Жизнь и подвиги Антары» — средневековый арабский народный роман, напоминающий рыцарские романы Запада. Доблестный герой повествования Антара совершает многочисленные подвиги во имя любви к красавице Абле, защищая слабых и угнетенных. Роман очень колоритен, прекрасно передает национальный дух.Сокращенный перевод с арабского И. Фильштинского и Б. ШидфарВступительная статья И. ФильштинскогоПримечания Б. ШидфарСканирование и вычитка И. Миткевич.
![Синьор Формика](/storage/book-covers/6a/6a4ff9c6527a82c14941734b1c63fc367ee49d2a.jpg)
В книгу великого немецкого писателя вошли произведения, не издававшиеся уже много десятилетий. Большая часть произведений из книг «Фантазии в манере Калло», «Ночные рассказы», «Серапионовы братья» переведены заново.Живописец Сальватор Роза, прибыв в Рим, слег в лихорадке и едва не испустил дух, но молодой хирург Антонио вырвал его из когтей смерти. Проникшись дружескими чувствами, художник начал помогать молодому человеку в творчестве и в любовных делах.