Секрет забастовки - [11]
Несколько раз люди проходили в десятке шагов от них, но, к счастью, кусты росли густо, никто не заметил ребят. Им казалось, что прошло много часов. Наконец они услыхали, как машина понеслась вон из селения. Боясь, что это ловушка, обман, Дальний Луч и Черный Волос продолжали сидеть в своем тайнике, пока не услышали крика глашатая.
— Идем, — сказал Дальний Луч, вскакивая на ноги. — Теперь можно вернуться.
Черный Волос никак не решалась подняться с земли.
— Ты уверен, что теперь не опасно?
— Да. Слышишь — бьют в барабан?
Ребята выбрались из кустов и побежали к селению. Старый Ниноу-Низици-Стумикс, вождь Пять Быков, встретил их, прежде чем они добежали до типи, и сказал:
— Дети, вы должны мне помочь. Дела много, большие все заняты.
Дальний Луч вдруг вспомнил мать Двузубую и подумал, вправду ли она умерла, но он ничего не сказал, чтобы не волновать сестренку. Вождь Пять Быков дал им много поручений. Весь день они бегали по селению, чтобы позвать к вождю то одного, то другого, и только к вечеру, усталые, вернулись в свой шалаш. Они поели, и Черный Волос сказала:
— Если мать не вернется сегодня, мы будем спать на ее медвежьей шкуре.
— Да, сестренку — согласился Дальний Луч. Ему очень жаль было сестры и себя самого. Не дожидаясь отца, они легли и крепко заснули.
Яркий солнечный свет, проскользнув в открытую завесу типи, разбудил мальчика. Отец Добрый Человек был тут. Дальний Луч следил за ним сонными глазами. Отец метался по шалашу.
«Он собирает вещи, хочет уходить», подумал Дальний Луч, и эта мысль сразу разбудила его. Он сел, отбросив покрывало из шкур.
— Ты хочешь уйти? — спросил мальчик.
— Да, малыш, я пойду в город.
— Это опасно?
Отец медленно поднял на плечо сверток.
— Может быть, и опасно. Да, пожалуй, но лучше, чтоб умер один, чем все. Ниноу-Низици-Стумикс позаботится о вас. Прощай!
Он помедлил в дверях, глядя на мальчика и на спокойно спящую дочь.
— А мать вернется, отец?
— Нет, малыш, мать Двузубая не придет. Мы положили вчера ее тело на погребальное дерево, где покоится много ушедших.
Дальний Луч почувствовал, что у него стало пусто внутри, но он не заплакал.
— Я не буду плакать, отец.
— Хорошо, мой мышонок. Мне пора идти — солнце уже высоко. Мококит-ки-акамимак — будьте умны и здоровы, дети.
Дальний Луч долго сидел, глядя, как обрызганные росой листья загораются золотом и серебром в утреннем свете. Черный Волос все еще спала, а мальчик раздумывал, что он скажет ей, когда она проснется. Как рассказать ей про смерть матери?
День шел медленно. Дети рубили дрова и варили еду.
Незадолго перед закатом все селение всполошилось: Добрый Человек вернулся. Весь в грязи, с тяжелой раной в правом плече, он приплелся к своему типи. Он принес весть о том, что к селению приближается отряд вооруженных белых людей, и вскоре после прихода Доброго Человека барабаны снова собрали всех смелых на совет.
Черный Волос и Дальний Луч, как могли, перевязывали рану, но, как они ни старались, отец потерял сознание. Дальний Луч бросился за старым Ниноу-Низици-Стумикс, который был на совете.
Дальний Луч добежал до лужайки, окруженной деревьями. Там он услышал резкие, раздраженные голоса. Юноша с бледной, медно-желтой кожей говорил, когда Дальний Луч подбежал к собравшимся.
— Вамбадахка! Смотрите! — говорил юноша. — Белые люди идут уже, чтобы убить нас всех. Нужно сейчас же выдать им Доброго Человека. Лучше, чтобы умер один, чем все.
Одни кричали: «Авк-си! — правильно», другие — «Вах! — никогда».
Ниноу-Низици-Стумикс гордо выпрямился.
— Ваш разум пропитан черной водой. Вы не достойны имени Сиксика! — гневно воскликнул он.
Дальний Луч не стал дожидаться: он потянул Ниноу за рукав и шепнул ему, чтобы он поспешил к Доброму Человеку.
Ниноу, внимательно посмотрев на потемневшее лицо Доброго Человека, обернулся к Дальнему Лучу и сказал:
— От тебя одного зависит, мальчик, встанет ли на ноги Добрый Человек. Молодежь нашего племени не слушается меня больше. Ты должен сейчас же бежать в город за белым доктором. Спеши.
Дальний Луч молча кивнул головой. Несколько минут спустя он бежал уже по извилистой пешеходной тропе к городу. Солнце село, и западный край неба весь был в кроваво- красных полосах и в желтых огненных облаках.
Он прибежал в город, когда первая звезда проглянула сквозь густой туман, нависший над крышами бревенчатых домов и лавок. Несмело спрашивая дорогу у прохожих, он добрался до дома рабочей помощи, о котором так часто слыхал от Доброго Человека.
— Хи, оскони, — здравствуй, брат, — сказал он, входя. Он обращался к белому человеку с седыми волосами, сидевшему у колченогого стола.
— Здравствуй, дружок.
— Я — Дальний Луч, сын Доброго Человека, — собравшись с духом, вымолвил мальчик. Человек тотчас же встал и протянул ему руку.
— Давай руку, сынок, мы с твоим отцом старые друзья. Меня зовут Джонни Дэн.
Дальний Луч пожал протянутую руку. Его очень ободрила теплая улыбка человека и ласковые голубые глаза. Он быстро рассказал, что случилось за последние два дня, и когда он кончил, Джонни Дэн стоял, сжав кулаки; лицо его покраснело от гнева.
— Идем, мальчик, — ответил он, — посмотрим, что можно сделать.
Имя Оки Ивановича Городовикова, автора книги воспоминаний «В боях и походах», принадлежит к числу легендарных героев гражданской войны. Батрак-пастух, он после Великой Октябрьской революции стал одним из видных полководцев Советской Армии, генерал-полковником, награжден десятью орденами Советского Союза, а в 1958 году был удостоен звания Героя Советского Союза. Его ближайший боевой товарищ по гражданской войне и многолетней службе в Вооруженных Силах маршал Советского Союза Семен Михайлович Буденный с большим уважением говорит об Оке Ивановиче: «Трудно представить себе воина скромнее и отважнее Оки Ивановича Городовикова.
Приключенческая повесть албанского писателя о юных патриотах Албании, боровшихся за свободу своей страны против итало-немецких фашистов. Главными действующими лицами являются трое подростков. Они помогают своим старшим товарищам-подпольщикам, выполняя ответственные и порой рискованные поручения. Адресована повесть детям среднего школьного возраста.
Всё своё детство я завидовал людям, отправляющимся в путешествия. Я был ещё маленький и не знал, что самое интересное — возвращаться домой, всё узнавать и всё видеть как бы заново. Теперь я это знаю.Эта книжка написана в путешествиях. Она о людях, о птицах, о реках — дальних и близких, о том, что я нашёл в них своего, что мне было дорого всегда. Я хочу, чтобы вы познакомились с ними: и со старым донским бакенщиком Ерофеем Платоновичем, который всю жизнь прожил на посту № 1, первом от моря, да и вообще, наверно, самом первом, потому что охранял Ерофей Платонович самое главное — родную землю; и с сибирским мальчишкой (рассказ «Сосны шумят») — он отправился в лес, чтобы, как всегда, поискать брусники, а нашёл целый мир — рядом, возле своей деревни.
Нелегка жизнь путешественника, но зато как приятно лежать на спине, слышать торопливый говорок речных струй и сознавать, что ты сам себе хозяин. Прямо над тобой бездонное небо, такое просторное и чистое, что кажется, звенит оно, как звенит раковина, поднесенная к уху.Путешественники отличаются от прочих людей тем, что они открывают новые земли. Кроме того, они всегда голодны. Они много едят. Здесь уха пахнет дымом, а дым — ухой! Дырявая палатка с хвойным колючим полом — это твой дом. Так пусть же пойдет дождь, чтобы можно было залезть внутрь и, слушая, как барабанят по полотну капли, наслаждаться тем, что над головой есть крыша: это совсем не тот дождь, что развозит грязь на улицах.
Нелегка жизнь путешественника, но зато как приятно лежать на спине, слышать торопливый говорок речных струй и сознавать, что ты сам себе хозяин. Прямо над тобой бездонное небо, такое просторное и чистое, что кажется, звенит оно, как звенит раковина, поднесенная к уху.Путешественники отличаются от прочих людей тем, что они открывают новые земли. Кроме того, они всегда голодны. Они много едят. Здесь уха пахнет дымом, а дым — ухой! Дырявая палатка с хвойным колючим полом — это твой дом. Так пусть же пойдет дождь, чтобы можно было залезть внутрь и, слушая, как барабанят по полотну капли, наслаждаться тем, что над головой есть крыша: это совсем не тот дождь, что развозит грязь на улицах.
Вильмос и Ильзе Корн – писатели Германской Демократической Республики, авторы многих книг для детей и юношества. Но самое значительное их произведение – роман «Мавр и лондонские грачи». В этом романе авторы живо и увлекательно рассказывают нам о гениальных мыслителях и революционерах – Карле Марксе и Фридрихе Энгельсе, об их великой дружбе, совместной работе и героической борьбе. Книга пользуется большой популярностью у читателей Германской Демократической Республики. Она выдержала несколько изданий и удостоена премии, как одно из лучших художественных произведений для юношества.