Помпеи - [13]
Те, кто устраивал расширившийся город, естественно должны были позаботиться и об его укреплении — о возведении первых стен вокруг разросшегося города. Строителями же этих стен, как мы сейчас увидим, были именно этруски.
Поселенцы, устроившиеся на холме из отвердевшей лавы, выбрали его для жилья потому, что искали прежде всего безопасности. Холм этот сам по себе обещал надежную защиту людям, которые ему доверялись. Им хотелось, однако, сделать свое поселение еще надежнее, и они, вероятно по обычаям тех отдаленных времен, выстроили кремль, куда с наступлением опасности всем можно было собираться. Он находился на том месте, которое теперь называется «Треугольным форумом». Подобно афинскому Акрополю, и этот кремль стал не только укреплением, но и самым священным местом города, которое находилось под непосредственным покровительством божества, обитавшего здесь в построенном для него храме. По своему архитектурному типу этот храм строго дорического стиля, очень напоминающий знаменитый храм соседней Посидонии (Пестум), принадлежит VI в. до н. э. Был ли в дальнейшем обведен весь старый город (нынешние VII и VIII районы) стеной, мы не знаем, хотя и можем предполагать, что так и было. Для полной уверенности в этом требуются еще раскопки в слоях, значительно более глубоких. Что же касается стен, которые и поныне частично окружают Помпеи, то они возведены гораздо позже и охватывают город, уже разросшийся: при всех своих перекладках и починках они неизменно проходили по одному и тому же месту — там, где мы видим их в настоящее время. Кто же и когда возвел эти стены?
Об этом надо спрашивать у них же, но язык камня не всегда внятен для человеческого уха, и в повести, рассказываемой стенами, есть места, которые ученые археологи толкуют по-разному. Одни считают первоначальными строителями стены осков, другие этрусков, третьи самнитов, а время возведения стен относят то к VI, то к V в. до н. э. Трудность решения вопроса усугубляется тем, что античных раскопанных стен, относящихся к глубокой древности, крайне мало, и мы, таким образом, не располагаем достаточным количеством аналогий. Постараемся же разобраться в доступных нашему наблюдению фактах и в различных гипотезах, избрав в качестве исходной точки рассуждения то, что представляется бесспорным.
Таких бесспорных фактов имеется два: сами стены и пространство, ими охваченное. Последнее слишком велико для первоначального оскского городка. Такую площадь Помпеи могли занять только тогда, когда население их уже значительно увеличилось и когда появились новые, хотя бы не целиком застроенные, правильные кварталы северной части города. Определить это время нам помогает древнейшая стена, остатки которой были найдены при раскопках 1926–1927 гг. Она состоит, собственно, из двух стен — наружной и внутренней, промежуток между которыми засыпан землей. Толщина обеих стен вместе с засыпкой равна приблизительно 4 м, и, судя по остаткам лестницы, ведущей наверх, она была не выше 3,75 м. Сложена она из прямоугольных глыб разной величины, вытесанных из местного известняка (рис. 2).
Люди, выстроившие такую стену, учились фортификации явно у греков. Именно в греческой школе усвоили они систему крепостных сооружений, которые состояли из двух стен и промежутка с засыпкой между ними. Повинуясь ее урокам, отказались они от вала, этого обязательного элемента всякой чисто италийской крепости. Ученики, однако, не сумели или не смогли в точности следовать наставлениям своих учителей: стена вышла у них слишком приземистой, словно она расползлась в обе стороны; греки сделали бы ее вдвое выше. Для засыпки строители употребляли, в отличие от греков, не щебень, а землю; практиковавшаяся же ими кладка из разнокалиберных глыб, то массивных, крупных, то сравнительно небольших и плоских, вызвала бы, конечно, резкое неодобрение греческих инженеров, строивших свои крепости из правильных квадр. Строители этой стены ставили, видимо, прочность выше красоты, используя собственные возможности и средства, по-видимому более скудные, чем у греков. Кто же они были?
Мы слышали три разных ответа на этот вопрос и уже отказались признать осков строителями этой первой стены. Большинство ученых приписывает ее возведение самнитам. Послушаем рассказ самой стены о ее дальнейшей судьбе: это будет вторая глава из ее биографии.
Строителей старой стены сменили люди, которые отнеслись к ней с презрением и недоверием; на эту низкую неуклюжую ограду, по их мнению, нельзя было положиться, трудно было рассчитывать, что она сдержит вражеский натиск. Решено было ее перестроить. Наружную стену разобрали и переложили заново, подняв ее почти вдвое (на высоту от 8 до 10 м), а чтобы она была прочнее, в нее вделали с внутренней стороны высокие крепкие контрфорсы. Внутреннюю стену оставили на месте, но засыпали ее, сделав почти вровень с наружной новой прочный вал, верхушка которого, плотно утрамбованная, образовала довольно широкую (метров в 5) площадку, где могли стоять и свободно передвигаться воины, защищавшие город. Площадка эта у края обрывалась под тупым углом к земляному откосу, ведшему на нее. У его подножья, чтобы не позволить земле сползать, была выведена невысокая каменная стена.

Книга историка античности М. Е. Сергеенко создана на основе лекций, прочитанных автором в 1958–1961 гг., впервые вышла в свет в 1964 г. под эгидой Академии наук СССР и сразу же стала одним из основных пособий для студентов-историков, специализирующихся на истории Рима.Работа, в основном, посвящена повседневной жизни Рима и его жителей. М. Е. Сергеенко подробно рассматривает археологические находки, свидетельства античных авторов и другие памятники для воссоздания обычаев и мировоззрения древнеримского народа.Сугубо научный по рассматриваемому материалу, текст книги, тем не менее, написан доходчиво, без перегруженности специальной терминологией, так как автор стремился ознакомить нашего читателя с бытом, с обыденной жизнью древнего Рима — ведь без такового нельзя как следует понять ни римскую литературу, ни историю Рима вообще.

Второй век до новой эры. Власть в Риме захватил беспощадный диктатор Сулла. Он жестоко преследует своих противников, все неугодные занесены в особые списки — проскрипции, и каждый из них может в любой момент поплатиться жизнью. С драматическими событиями той поры тесно переплелась судьба главного героя повести — маленького Никия. О его приключениях, жизни, полной лишений, вы прочтете в этой книге. Написала ее Мария Ефимовна Сергеенко, доктор исторических наук, автор многих научных трудов по истории древного мира.

В распоряжении читателя имеется ряд книг, которые знакомят его с фактической историей древнего Рима, с его экономической и социальной жизнью, с крупными деятелями тех времен. Простые люди мелькают в этих книгах призрачными тенями. А между тем они, эти незаметные атланты, держали на себе все хозяйство страны и без них Римское государство не продержалось бы и одного дня. Настоящая книга и ставит себе задачей познакомить читателя с некоторыми категориями этих простых людей, выделив их из безликой массы рабов, солдат и ремесленников.М.Е.

В третьем томе “Истории Израиля. От зарождения сионизма до наших дней” Говарда М. Сакера, видного американского ученого, описан современный период истории Израиля. Показано огромное значение для жизни страны миллионной алии из Советского Союза. Рассказывается о напряженных поисках мира с соседними арабскими государствами и палестинцами, о борьбе с террором, о первой и второй Ливанских войнах.

Политическое будущее Франции после наполеоновских войн волновало не только общественность, но и всю Европу. Именно из-за нерешенности этого вопроса французы не раз переживали революции и перевороты. Эта небольшая книга повествует о французах – законных наследниках «короля-солнце» и титулярных королях Франции в изгнании. Их история – это история эмиграции, политической борьбы и энтузиазма. Книга адресована всем интересующимся историей Франции и теорией монархии.

Одержимость бесами – это не только сюжетная завязка классических хорроров, но и вполне распространенная реалия жизни русской деревни XIX века. Монография Кристин Воробец рассматривает феномен кликушества как социальное и культурное явление с широким спектром значений, которыми наделяли его различные группы российского общества. Автор исследует поведение кликуш с разных точек зрения в диапазоне от народного православия и светского рационализма до литературных практик, особенно важных для русской культуры.

Чудесные исцеления и пророчества, видения во сне и наяву, музыкальный восторг и вдохновение, безумие и жестокость – как запечатлелись в русской культуре XIX и XX веков феномены, которые принято относить к сфере иррационального? Как их воспринимали богословы, врачи, социологи, поэты, композиторы, критики, чиновники и психиатры? Стремясь ответить на эти вопросы, авторы сборника соотносят взгляды «изнутри», то есть голоса тех, кто переживал необычные состояния, со взглядами «извне» – реакциями церковных, государственных и научных авторитетов, полагавших необходимым если не регулировать, то хотя бы объяснять подобные явления.

Книга рассказывает об истории Бастилии – оборонительной крепости и тюрьмы для государственных преступников от начала ее строительства в 1369 году до взятия вооруженным народом в 1789 году. Читатель узнает о знаменитых узниках, громких судебных процессах, подлинных кровавых драмах французского королевского двора.Книга написана хорошим литературным языком, снабжена иллюстративным материалом и рассчитана на массового читателя.

Annales VedastiniВедастинские анналы впервые были обнаружены в середине XVIII в. французским исследователем аббатом Лебефом в библиотеке монастыря Сент-Омер и опубликованы им в 1756 году. В тексте анналов есть указание на то, что их автором являлся некий монах из монастыря св. Ведаста, расположенного возле Appaca. Во временном отношении анналы охватывают 874—900 гг. В территориальном плане наибольшее внимание автором уделяется событиям, происходящим в Австразии и Нейстрии. Однако, подобно Ксантенским анналам, в них достаточно фрагментарно говорится о том, что совершалось в Бургундии, Аквитании, Италии, а также на правом берегу Рейна.До 882 года Ведастинские анналы являются, по сути, лишь извлечением из Сен-Бертенских анналов, обогащенным заметками местного значения.