Письмо из прошлого - [101]
Вспышка молнии. Я вижу его руку. Он сжимает ее за лодыжку и тянет за собой в темноту.
— Сучка… — шипит Джиллеспи и отталкивает Рисс куда-то за спину. — Пришла испортить мне жизнь, да? Ты не знаешь, во что впуталась. Ты даже не представляешь, что ждет тебя и всех твоих близких!
Я вспоминаю о том, как доверяла ему, как он был добр ко мне, как я рыдала у него на плече. Но я люблю Генри, он мой настоящий отец, а этот ничего для меня не значит. В нем нет ни капли добра.
— Отпусти ее!
Я с криком бросаюсь туда, где, как мне кажется, он стоит. Я понятия не имею, что буду делать в следующий момент, — важно лишь то, что происходит сейчас.
Он хватает меня за волосы и дергает на себя. Боль пронзает мою голову и обжигает шею, но ненависть от одной только близости к этому чудовищу обжигает куда больнее. От одной мысли, что кровь, кипящая у меня в жилах, принадлежит ему. Я бью изо всех сил, и вдруг Рисс прыгает ему на спину и пытается оторвать его от меня. Он ослабляет хватку. Я спотыкаюсь, врезаюсь в перила балкона и едва не переваливаюсь через них. Вниз, на каменный пол… В момент, когда мне удается восстановить равновесие, я снова замечаю его тень. Рисс, где бы она ни была, не двигается и не издает ни звука.
Цепляясь за перила, я заставляю себя подняться — с таким громким рычанием, что сама не могу поверить, что этот звук издаю я. Я бросаюсь вперед, впиваюсь ногтями в лицо Джиллеспи и не выпускаю, даже когда его пальцы сжимают мои запястья. Боль пронзает до кости. Но я не сдаюсь, я борюсь. Я заставлю его посмотреть на меня! Он — мой отец, пусть смотрит в мои голубые глаза, так похожие на его собственные.
— В тебе осталось хоть что-то человеческое? Хоть капля сострадания? — рычу я. — Хоть какая-то часть тебя хотела бы не быть таким ублюдком? Хочешь прожить остаток жизни в ненависти, причиняя боль и разрушая чьи-то судьбы?
Он неожиданно замирает, его взгляд замирает — он смотрит мне в глаза.
— Ты не понимаешь. Когда делаешь то, что делал я, когда видишь то, что повидал я, наступает момент, когда становится все равно.
Он выпускает мои руки, и я, спотыкаясь, отступаю. Пора. Я должна схватить его и рвануться назад. Отец и дочь — мы упадем вместе. Боже, хоть бы это не было очень больно…
Но прежде чем я успеваю хотя бы шевельнуться, он в ярости бросается на меня. На секунду меня пронзает мысль, что человек, который породил меня, станет моим убийцей, — мы оба сейчас рухнем вниз. И все же я умудряюсь оттолкнуть его. Он проносится мимо меня, а затем оказывается где-то позади. Я слышу крик, который прерывается глухим ударом. Жду, когда последует вопль агонии, но в ответ лишь тишина. Мои ноги дрожат, я с трудом заставляю себя подняться и вглядываюсь в темноту внизу. В мерцающем свете целого моря свечей я вижу, как он лежит. Его позвоночник сломался от удара о скамейку. Широко распахнутые глаза слепо смотрят на меня. Я уверена, что он мертв, но все равно сбегаю по ступеням вниз — настолько быстро, насколько это возможно в темноте, — и иду к распростертому телу. Я беру его за запястье, чтобы попробовать пульс. На этот раз я должна быть уверена, что с ним покончено.
— Он ранил тебя? — спрашиваю я Рисс после того, как взбегаю снова наверх и нахожу ее. Сжавшись в комочек, Рисс сидит в углу, парализованная ужасом.
— Да. — Ее голос дрожит, и я чуть не плачу, когда слышу его. — Да, руки, шея… Он душил меня, я чуть не отключилась.
— Он…
— Нет, ты пришла раньше. О боже, Луна… — Она бросается ко мне и обнимает меня. И я обнимаю ее в ответ — девушку, которая сначала была моей матерью, а потом подругой. Я думала, что сразу после этого все вокруг охватит огонь, который превратит меня в горстку пепла, но ничего не происходит.
И я знаю почему. Я больше не часть ее. И не часть его. Я вообще ничто.
Меня охватывает чувство глубокого покоя. Я укачиваю Рисс, а она плачет и говорит о том, как сильно испугалась, какой это был шок для нее. Я чувствую ее гнев, но ничего не говорю, просто обнимаю и слушаю.
— Что же мы скажем? — наконец спрашивает она.
— Скажем, что было темно, — говорю я. — Затмение ведь. Он споткнулся и упал. Это был несчастный случай. Не нужно ничего рассказывать.
— А кто-то видел, как ты пришла сюда?
— Только один человек, Фрэнк Делани. Но он только что уехал из города.
— Значит, мы никому не скажем о том, что он собирался сделать?
Я думаю. Уверена, до Рисс были и другие, но больше не будет никого, а все предыдущие уже отомщены. В следующий раз, услышав его имя, они узнают, что он мертв, и это, возможно, немного их утешит.
— Нет, мы ни о чем не скажем. Скажешь, что встретилась с ним и он собирался поговорить с твоим отцом о Генри. Но услышал внизу какой-то шум, решил посмотреть, что там, и упал. После расскажешь своей семье о том, что любишь Генри и хочешь выйти за него замуж.
— А ты будешь рядом со мной? — спрашивает она, обнимая меня, и я хочу обнять ее так крепко, чтобы мне стало больно.
— Нет, — улыбаюсь я. — Мне нужно идти. Но теперь ты в безопасности, все хорошо. Просто помни… помни, что тебе нужно выйти замуж за Генри и жить долго и счастливо. Однажды наступит день, когда случившееся покажется тебе дурным сном. И, возможно… — Я сомневаюсь, правильно ли будет попросить ее кое о чем. — Может, когда-нибудь, если у тебя будет дочь, ты назовешь ее Луной.
![Случайная мама](/storage/book-covers/8e/8e4de2c1e270dddd5570fdb50c86e4f1968fe4bb.jpg)
Софи Миллс прекрасно организовывает праздники и ждет повышения по службе. Она обожает туфли и красивую одежду, но пока еще не встретила своего единственного мужчину. Работа для нее превыше всего. Но в один прекрасный день, между переговорами с банкирами и утверждением бизнес-плана, Софи получает известие, что ее самая близкая подруга Кэрри погибла в автокатастрофе, а последней волей покойной было то, чтобы Софи стала опекуном ее двух маленьких дочерей…
![Мужчина, которого она забыла](/storage/book-covers/50/506b0c45621418a71ecff85678cabdbab70fe4d3.jpg)
Имя первенца, лицо возлюбленного, домашний адрес, прожитые годы… Что происходит с человеком, когда его память начинает ускользать сквозь пальцы? Можно ли заново собрать жизнь по крупицам? Создать семью? Влюбиться?Когда Клэр начинает писать Книгу памяти, она верит, что этот альбом станет своеобразным прощальным подарком для ее мужа и дочери. Клэр боится, что раз она потеряла себя в прошлом, то в будущем для нее уже нет места. Но жизнь преподносит ей сюрприз…
![Моя дорогая Роза](/storage/book-covers/ff/ff0b90e6f3a99978f49cd24564f369f47cb7b2b8.jpg)
Роза влюблялась по-настоящему лишь раз, в мужчину по имени Фрейзер, который заглянул к ней в дом в поисках ее отца, художника Джона Джейкобза.Она всегда с нежностью вспоминала эту встречу, и когда спустя семь лет ей пришлось пуститься в бега из-за опасений за свою жизнь, Роза без раздумий отправилась в деревушку, изображение которой было на открытке, присланной ей однажды Фрейзером.Роза очень хотела бы его там встретить, но судьба непредсказуема, и беглянка получает от путешествия гораздо больше, нежели могла ожидать.
![Продажные ангелы](/storage/book-covers/8b/8b84416da2f6906cdd0d8535239cfa66a6fc3cce.jpg)
С кем отдыхают на Сардинии русские олигархи? Кому дарят желтые бриллианты Graff? Кто все больше заселяет особняки Рублевки? Кому, в конце концов, завидует каждая вторая особа женского пола? Ответ очевиден — шлюхам! Значит, нужно стать шлюхой? Или ею станет другая, которая чуть умнее тебя… Книга Мии Лобутич шокирует своей откровенностью, взглядом на мир изнутри. В ней — тонкая психология женщины, умело использующей свой главный дар и с его помощью добивающейся в современном мире всего, чего можно пожелать.
![Холоп августейшего демократа](/storage/book-covers/de/de124edbf6627610cd7b2d161c837d93a5c9053a.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Черный доктор](/storage/book-covers/b0/b0e94957215d3543c1eba3420f23c528a1f8000b.jpg)
Нетребо Леонид Васильевич родился в 1957 году в Ташкенте. Окончил Тюменский Индустриальный институт. Член литературного объединения «Надым». Публиковался в еженедельнике «Литературная Россия», в журналах «Ямальский меридиан», «Тюркский мир», «Мир Севера», в альманахе «Окно на Север». Автор книги «Пангоды» (Екатеринбург, 1999 г). Живет в поселке Пангоды Надымского района.
![Залив Голуэй](/storage/book-covers/eb/eb22730ae155b8f33b0ee2317ef8ce72e34f82a8.jpg)
Онора выросла среди бескрайних зеленых долин Ирландии и никогда не думала, что когда-то будет вынуждена покинуть край предков. Ведь именно здесь она нашла свою первую любовь, вышла замуж и родила прекрасных малышей. Но в середине ХІХ века начинается великий голод и муж Оноры Майкл умирает. Вместе с детьми и сестрой Майрой Онора отплывает в Америку, где эмигрантов никто не ждет. Начинается череда жизненных испытаний: разочарования и холодное безразличие чужой страны, нищета, тяжелый труд, гражданская война… Через все это семье Келли предстоит пройти и выстоять, не потеряв друг друга.
![Рыжик](/storage/book-covers/bd/bd1254d201903babaa189a57d789e9e49b8c173a.jpg)
Десять лет назад украинские врачи вынесли Юле приговор: к своему восемнадцатому дню рождения она должна умереть. Эта книга – своеобразный дневник-исповедь, где каждая строчка – не воображение автора, а события из ее жизни. История Юли приводит нас к тем дням, когда ей казалось – ничего не изменить, когда она не узнавала свое лицо и тело, а рыжие волосы отражались в зеркале фиолетовыми, за одну ночь изменив цвет… С удивительной откровенностью и оптимизмом, который в таких обстоятельствах кажется невероятным, Юля рассказывает, как заново училась любить жизнь и наслаждаться ею, что становится самым важным, когда рождаешься во второй раз.
![Философия пожизненного узника. Исповедь, произнесённая на кладбище Духа](/storage/book-covers/94/94900028f52c5fcf7b12f4c156d2068db7c885d3.jpg)
Господи, кто только не приходил в этот мир, пытаясь принести в дар свой гений! Но это никому никогда не было нужно. В лучшем случае – игнорировали, предав забвению, но чаще преследовали, травили, уничтожали, потому что понять не могли. Не дано им понять. Их кумиры – это те, кто уничтожал их миллионами, обещая досыта набить их брюхо и дать им грабить, убивать, насиловать и уничтожать подобных себе.