Патруль джиннов на Фиолетовой ветке - [5]
– Где ты был? – спрашивает Пари. – Мы тебя повсюду искали.
– Только тут, – говорю я.
Пари заколола челку так высоко, что стала похожа на половину луковичного купола мечети. Прежде чем мне удается спросить, почему до сегодняшнего дня никто не понял, что Бахадур пропал, Пари и Фаиз мне объясняют, ведь они мои друзья, и могут читать мысли у меня в голове.
– Его мамы тут не было неделю или около того, – шепчет Фаиз.
– А его папа…
– …главный в мире алкаш № 1. Даже если бандикут[7] отгрызет ему уши, он этого не поймет, потому что все время пьяный, – громко говорит Пари, словно хочет, чтобы Пьяница Лалу услышал ее. – Чачи-соседки должны были заметить, что Бахадур пропал, как думаешь?
Пари всегда спешит обвинять других, потому что считает, что она сама идеальна.
– Чачи приглядывали за братом и сестрой Бахадура, – объясняет мне Фаиз. – Они думали, что Бахадур гостит у друга.
Я подталкиваю Пари и смотрю в сторону Омвира, который прячется за взрослыми и крутит на пальце колечко, светящееся белым в темноте. Омвир – единственный друг Бахадура, хотя учится в пятом классе и нечасто ходит в школу, потому что ему приходится помогать папе, гладильщику-валле, что выглаживает мятую одежду хайфай-людей.
– Послушай, Омвир, ты не знаешь, где Бахадур? – спрашивает Пари.
Омвир прячется в свой бордовый свитер, но уши мамы Бахадура уже услышали вопрос.
– Он не знает, – говорит она. – Я у него первого спросила.
Пари направляет свою луковицу на Пьяницу Лалу и говорит:
– Должно быть, это все его вина.
Мы каждый день видим, как Пьяница Лалу болтается по басти, изо рта у него капают слюни, он ничего не делает, только воздух тратит. Он из тех попрошаек, что пристают даже к нам с Пари, нет ли у нас лишней монетки, чтобы он мог купить стакан кадак-чая[8]. Это мама Бахадура приносит деньги, работая няней и служанкой для семьи из одного хайфай-здания рядом с нашей басти. Ма и многие другие чачи из басти тоже работают на хайфай-людей, которые там живут.
Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на эти здания с причудливыми названиями: «Палм Спрингс», «Мэйфэр», «Золотые Ворота» и «Афина». Они совсем рядом с нашей басти, но кажется, что далеко, потому что между нами свалка, а еще – высокая кирпичная стена с колючей проволокой поверх, но Ма говорит, что она недостаточно высокая, чтобы сдержать вонь. За мной много взрослых, но сквозь просветы между их шапками-балаклавами я вижу, что в хайфай-домах уже дали свет. Должно быть, у них есть дизельные генераторы. У нас в басти по-прежнему темно.
– Ну зачем я ушла? – спрашивает мама Бахадура у Шанти-Чачи. – Мне нельзя было оставлять их одних.
– Ее хайфай-семья поехала в Нимрану, и они взяли маму Бахадура с собой. Чтобы присматривать за их детьми, – говорит Пари.
– Что такое Нимрана? – спрашиваю я.
– Это дворец-крепость в Раджастане, – говорит Пари. – На вершине холма.
– А может, Бахадур у своих наны и нани, – говорит кто-то маме Бахадура. – Или с кем-то из своих чач и чачи.
– Я звонила им, – говорит мама Бахадура. – Он не у них.
Пьяница Лалу пытается встать, опираясь на землю рукой.
Кто-то помогает ему подняться, и, качаясь из стороны в сторону, он хромает к нам.
– Где Бахадур? – спрашивает он. – Вы же играете с ним, нет?
Мы отступаем назад, натыкаясь на людей. Омвир и его бордовый свитер исчезают в толпе. Пьяница Лалу опускается перед нами на колени, почти опрокидывается, но ему удается установить свои стариковские глаза вровень с моими. Затем он хватает меня за плечи и трясет туда-сюда, как будто я бутылка газировки и он хочет, чтобы я зашипел. Я пытаюсь вырваться из его рук. Вместо того чтобы прийти мне на выручку, Пари и Фаиз убегают.
– Ты знаешь, где мой сын, да? – спрашивает Пьяница Лалу. Я думаю, что мог бы помочь ему найти Бахадура, потому что я много чего знаю про детективные расследования, но его вонючее дыхание устремляется мне в лицо, и все, чего я хочу – это убежать.
– Оставь этого мальчика в покое, – кричит кто-то.
Мне кажется, что Пьяница Лалу не послушается, но он ерошит мне волосы и бормочет: «Хорошо, хорошо». Потом он отпускает меня.
Папа обычно уходит на работу рано, пока я еще сплю, но на следующее утро я просыпаюсь и чувствую запах скипидара от его рубашки и его шершавые руки, трущие мои щеки.
– Будь осторожен. Идешь в школу и обратно вместе с Руну, слышишь меня? – говорит он.
Я морщу нос. Папа относится ко мне как к маленькому ребенку, хотя мне уже девять лет.
– После занятий – сразу домой, – говорит он. – Не шатайся по Призрачному Базару один. – Он целует меня в лоб и снова говорит: – Ты будешь осторожен?
Интересно, что, по его мнению, случилось с Бахадуром? Он думает, Бахадура украл джинн? Но Папа не верит в джиннов.
Я выхожу на улицу, чтобы сказать ему «окей-тата-пока», потом чищу зубы. Мужчины папиного возраста намыливают лица, кашляют и плюются, словно надеются, что все, что скопилось у них в горле, выпрыгнет на землю. Я хочу проверить, как далеко смогу доплюнуть пеной, поэтому делаю ртом бум-бум взрывы.
– Прекрати сейчас же, Джай, – говорит Ма. Они с Руну-Диди несут горшки и канистры с водой, которую набрали из единственной в нашей басти колонки, что работает, но только с шести до восьми утра и иногда – часок по вечерам. Диди снимает крышки с двух бочек для воды, стоящих по обе стороны от нашей двери, и Ма опрокидывает в них кастрюли и канистры, в спешке обливаясь.
![Оборотень с человеческим лицом](/storage/book-covers/d6/d677af514e54c54fc208755f26fbe4cc8b6b91e1.jpg)
Цикл рассказов, объединенных общим действующим лицом — Николаем Андреевичем Пашутиным, оборотнем-универсалом и просто хорошим человеком.
![Космолет Очумелые ручки](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Скользкая дорога](/storage/book-covers/4e/4e3b52eae5bb3b36344677e9c32481b6415b22d8.jpg)
Наши потомки, живущие в неопределенном будущем — насколько сильно они отличны от нас? Конечно, они могут довести технологии до совершенства и превзойти нас интеллектуально, но и через сотни лет любовь, обида, месть и жалость будут предопределять их мотивы и толкать на скользкую дорогу.
![Между мирами](/storage/book-covers/b2/b26f45a74f5124a1283c6acd92d87db9274ad8a6.jpg)
Можно ли выжить в разрушительной авиакатастрофе, если в соседнем кресле сидит колдун? Как вернуть любовь к жизни магу, который сам себя приговорил к вечному изгнанию? Можно ли спастись, если в захваченном преступниками отеле начинает твориться какая-то чертовщина? И как найти убийцу в магическом мире, где живут только бывшие заключенные? «Между мирами» – это сборник рассказов, в которых привычные и волшебные миры пересекаются, накладываются друг на друга, и в обычной жизни начинают происходить чудеса.
![Книжные странники](/storage/book-covers/6f/6fa5ffd4244303558bcf055e4bb9ac9c47d86106.jpg)
«Книжные странники» – впервые на русском языке! Книга популярной немецкой писательницы Мехтильды Глейзер, обладательницы литературной премии Seraph. Захватывающая, красочная, увлекательная книга, полная искрометного юмора и удивительных приключений. Отправляясь на родину своей матери, остров Штомсей в Шотландии, Эми Леннокс совсем неожиданно узнает, что унаследовала семейную способность путешествовать по книгам. Но не только ее семья владеет подобным даром. На том же острове живет клан Макалистеров, некогда враждовавший с кланом Ленноксов.
![Сад чёрной розы](/storage/book-covers/1d/1dfe988bda77cafeb0416242d22b8bc1ee05dc8f.jpg)
Прошло полгода после трагедии с блондинками. Жизнь Златы течёт спокойно и размеренно, но всё меняется, когда в день рождения кто-то присылает ей букет чёрных роз, которые её отец оставлял на телах своих жертв… Заключительная часть трилогии.
![В самой глубине](/storage/book-covers/e5/e5ed4c7d3526a3ddbf2c6bcac50b636d456b3cad.jpg)
Для Гретель слова всегда были настолько важны, что в детстве она вместе с матерью даже изобрела язык, который стал их собственным. Теперь Гретель работает лексикографом, обновляя словарные статьи. Она не видела мать с 16 лет, когда они жили в лодке на оксфордском канале. Воспоминания о прошлом, давно стершиеся, после одного телефонного звонка внезапно возвращаются: последняя зима на воде, загадочный сбежавший мальчик, странное неуловимое существо, живущее на реке. «В самой глубине» – вызывающий дебютный роман с сюрреалистической, жуткой атмосферой.
![Небесные тела](/storage/book-covers/db/db78497940a163df2c8ae5118602e917aa5b15c2.jpg)
В самолете, летящем из Омана во Франкфурт, торговец Абдулла думает о своих родных, вспоминает ушедшего отца, державшего его в ежовых рукавицах, грустит о жене Мийе, которая никогда его не любила, о дочери, недавно разорвавшей помолвку, думает о Зарифе, черной наложнице-рабыне, заменившей ему мать. Мы скоро узнаем, что Мийя и правда не хотела идти за Абдуллу – когда-то она была влюблена в другого, в мужчину, которого не знала. А еще она искусно управлялась с иголкой, но за годы брака больше полюбила сон – там не приходится лишний раз открывать рот.
![Бруклинские глупости](/storage/book-covers/d6/d6c3dea2e330d2183e6e00aef970681172c3cd6f.jpg)
Натан Гласс перебирается в Бруклин, чтобы умереть. Дни текут размеренно, пока обстоятельства не сталкивают его с Томом, племянником, работающим в букинистической лавке. «Книга человеческой глупости», над которой трудится Натан, пополняется ворохом поначалу разрозненных набросков. По мере того как он знакомится с новыми людьми, фрагменты рассказов о бесконечной глупости сливаются в единое целое и превращаются в историю о значимости и незначительности человеческой жизни, разворачивающуюся на фоне красочных американских реалий нулевых годов.
![Лягушки](/storage/book-covers/91/91fe73355681cc4e1f442e95bcd11036420d6dd1.jpg)
История Вань Синь – рассказ о том, что бывает, когда идешь на компромисс с совестью. Переступаешь через себя ради долга. Китай. Вторая половина XX века. Наша героиня – одна из первых настоящих акушерок, благодаря ей на свет появились сотни младенцев. Но вот наступила новая эра – государство ввело политику «одна семья – один ребенок». Страну обуял хаос. Призванная дарить жизнь, Вань Синь помешала появлению на свет множества детей и сломала множество судеб. Да, она выполняла чужую волю и действовала во имя общего блага. Но как ей жить дальше с этим грузом?