— Прекрати, Пирс! — воскликнула она, снова попытавшись его оттолкнуть. — Почему ты считаешь, что можешь лапать меня когда вздумается?
— Я не лапаю тебя, детка, — отозвался он мягко. — Ты прекрасно знаешь, что я делаю.
Его горячее дыхание касалось ее кожи, рот продвигался ниже и ниже к ее груди. Ткань платья была такой тонкой, что он ощущал напряженность ее сосков.
— А ты тоже возбуждена.
Кейси казалось, что все внутри ее теряет форму, плывет, превращается в теплую вязкую массу. Сквозь жар пробивались приступы нервной дрожи. Подобное она уже чувствовала прошлой ночью в объятиях того же самого мужчины.
Как легко было бы сейчас расслабиться и поплыть по течению вместе с Пирсом. Это было единственное, чего он хотел. Это и были те самые «чувства», о которых он говорил. Без сомнения, он хотел заняться с ней любовью. Это чувствовалось даже в тоне его голоса.
А если он не остановится? Если он пойдет дальше и дальше, не спрашивая ее согласия? Он был достаточно силен, чтобы сделать с ней все, что захочет. Следует ли ей бояться его в этом темном «комби», темной ночью, на шоссе, когда на мили вокруг нет ни живой души?
Как ни странно, она не боялась. Пожалуй, она боялась лишь собственных чувств, которые возбуждали в ней прикосновения Пирса. Ему не придется применять физическую силу, ослабев, думала Кейси. Излучаемой им энергии хватило бы для иллюминации вдоль всего шоссе.
Большая ладонь гладила ее по спине, поднимаясь к шее. Кейси отвернулась, чтобы избежать поцелуя.
— Пожалуйста, не надо меня целовать, — прошептала она.
— Ты ведь не боишься меня?
— А надо бояться?
— Я никогда не принуждаю женщин. Но именно это желание я ощущаю в тебе. Люди по-разному могут понимать друг друга. По-моему, нам с тобой не надо слов.
Он легонько поцеловал ее в уголок рта. Кейси быстро отпрянула.
— Я приехала в Гармонию не для того, чтобы заводить романы. Не надо меня обольщать.
— Ты ведь не меня боишься. Может, себя?
— Это глупо, — выговорила она. Однако все ее тело била дрожь, и Пирс отлично это чувствовал.
— Ты дрожишь. — Он по-прежнему сидел очень близко к ней, обнимая ее. — Иди сюда. Я тебя согрею.
— Мне не холодно, — быстро отказалась она, — я хочу назад, в мотель.
— До того, как я тебя поцелую, или после?
— Пирс!
Его руки обхватили ее лицо. Сейчас он поцелует ее, как бы она ни сопротивлялась.
— Я думала, ты не насилуешь женщин, — быстро прошептала она до того, как их губы соприкоснулись.
Он легко дотронулся до ее губ, затем тихо сказал:
— Может, я слышу, как они хотят сказать: «Поцелуй меня, Пирс. Люби меня».
— Нет… — отказ замер на ее губах. Его рот снова накрыл их, на этот раз полностью. Пирс был охвачен желанием. Он хочет зажечь ее, сообразила она. Он хочет, чтобы она забыла обо всем, кроме них, одних в темноте, мужчины и женщины, которые никому ничего не должны и охвачены сильным и необоримым желанием.
Потерять голову так легко, думала она, изо всех сил цепляясь за остатки здравого смысла. Чувство реальности слабело под его поцелуями, в его объятиях. Она уже не считала себя ответственной за происходящее.
Кейси застонала. Она словно горела в огне, но каждую клеточку ее тела переполняли энергия и страсть, исходящие от этого человека. Пирс повернул ее на сиденье, раздвинул ее колени и очутился между ними, придвинувшись к ней еще ближе. Платье задралось, и обнажились ее бедра, она чувствовала его руки, ласкавшие полоску кожи над резинками ее чулок. И все это время они безудержно целовались. Медленно, как бы издалека, к ней пришло понимание происходящего. Он хочет овладеть ею здесь, сейчас, на переднем сиденье машины.
Что-то изменилось в его поведении. Он снова поднял руки к ее лицу. Тяжело дыша, он прервал поток поцелуев и спросил:
— Все еще зависит от тебя. Что ты скажешь?
Что скажет? Что она может сказать? Что она должна сказать? Она хотела этого. Никогда в жизни она ничего так страстно не желала. Постепенно чувство покоя овладело ею. Она уронила голову Пирсу на плечо. Его руки обнимали ее, гладили волосы. Он обнимал ее, пока пульс Кейси постепенно не замедлился и дыхание не восстановилось. Она услышала его тихий голос:
— Теперь ты понимаешь. Это и есть страсть.
— Да. — Ответ Кейси был едва слышен.
Пирс заговорил настойчивее:
— Не встречайся больше с Радманом. Он не для тебя.
Она устало подняла голову.
— А кто для меня? Ты?
— А ты еще сомневаешься? Мы заводимся от нескольких поцелуев. Такое бывает редко. Ты сама это видишь.
Кейси с трудом соображала. С тех пор как она приехала в Гармонию, так много всего произошло. Она ни на шаг не продвинулась в проблеме со своим дедом, она просто теряла время сначала с Кайлом Радманом, теперь с Пирсом Уилером. Ей надо было бы поужинать и провести вечер с Далласом. Если все взвесить, то проводить время с человеком, который понимал ее нужды и был готов купить салун, гораздо разумнее, чем общаться с Пирсом. Конечно, она думала и надеялась, что Пирс поймет ее проблемы.
Вместо этого он попытался возобновить свои сексуальные притязания. Боже, помоги ей, если она снова окажется во власти этих больших рук.
Кейси была настолько измотана, что едва нашла в себе силы возразить Пирсу насчет их отношений.
