Омар Хайям. Гений, поэт, ученый - [4]
Многие персы той поры могли бы написать: «Смотри, как соловей цепляется за розу!» Но в воображении Омара ветер сдувает красоту розы и рассеивает ее лепестки по земле, а человек может наслаждаться минутами отдыха под таким розовым кустом, который растет из земли, и быть погребенным в эту землю. Может, Хайям вспомнил об этом, когда сказал Низами из Самарканда, что его могила окажется там, где цветы опадают дважды в год?
Стихи Омара лишены типичных образов своего времени. Они страдают многочисленными труднообъяснимыми переходами из одного состояния в другое. С одной стороны, в них присутствует мотив огня, который пылает так часто: «Хайам, упавший в печь печали» и «О горение, горение, пепел. О ты, ставший огнем Ада, сделавший его таким ярким».
Омар горюет о молодости, оставляющей его; он кричит тому, кто подносит ему чашу, чтобы поспешил, потому что ночь его кутежа проходит. Он оплакивает друзей, которые оставили его одного на празднике жизни. Он вторит эхом рефрену Вийона: «Напился сильно страж градской в ночи». И все же Вийон мог написать себе свою собственную эпитафию, как человек, которого повесили, и он, раскачивающийся по воле ветра, обращается с молитвой об избавлении к «принцу Иисусу, который все равно владыка», в то время как Омар может вопрошать, вопрошать и вопрошать Всевышнего.
Его предсмертный стон слышен почти в каждом четверостишии. Луна, которую он любил, взойдет и зайдет, когда его не станет; цветы цветут на берегу горного потока, и он не должен наступить на них, потому что чья-то очаровательная головка может быть захоронена под ними; тело любимой – это не больше чем глина, на которой цветут цветы; его товарищи оставили его, и они никогда не вернутся снова.
Несмотря на версии различных переводчиков, Омар не молит о прощении, никогда не высказывает обвинений. Он задается вопросом, почему вино должно быть грехом, когда оно приносит избавление от воспоминаний. Время от времени он бросается высмеивать тех, кто предлагает успокоение иное, чем в вине, которое преобразовывает боль в забвение. Что еще может уменьшать его агонию?
Столь непрерывно это упоминание боли, что тот, кто следует за ним от четверостишия к четверостишию, становится сопереживающим эту боль. Нет никакого облегчения. Вам невольно хочется отбросить ее, дать отсрочку агонии борющегося духа. Но нет никакой отсрочки. Вы чувствуете, как человек умирает у вас на глазах и что он знает об этом. «Не поносите вино; в нем горечь лишь только потому, что вино – моя жизнь».
Возможно, простое человеческое страдание – особенность, которую мы не разглядели в Омаре.
Более семи столетий спустя после смерти Омара появился духовно близкий ему человек, который по крупицам собрал вместе стихи Омара и из них создал один из шедевров современной литературы.
Огромная популярность «Рубай Омара Хайяма» Эдварда Фицджеральда вызвала многочисленные обсуждения и комментарии.
Вопрос относительно того, сколько вошло в «Рубай» принадлежащего Омару, а сколько – Фицджеральду, обсуждался годами.
Но тот, кто читал в оригинале персидские четверостишия, не может не отметить, что Фицджеральд создал нечто новое и целостное из фрагментов стихов Омара. При этом Фицджеральд позаимствовал немного и у Хафиза, кое-что – у Авиценны. Он не переводил четверостишия Омара, а красиво излагал их.
Фицджеральд не написал ничего иного, что можно было бы сравнить с изложением Омара, и самые способные ученые не смогли бы в дословном переводе сравняться с неподражаемым изложением Фицджеральда.
Возможно, размышляя о четверостишиях Омара, этот немногословный англичанин почувствовал кратковременное озарение, связавшее воедино паутину стихов, пушок семян чертополоха, и воссоздал образ волшебного гобелена, сотканного из крыльев стрекоз.
Часть первая
Глава 1
Тенистая улица, увитая виноградом, укрывавшим ее от яркого солнечного света, пролегла от пятничной мечети до парка. Где-то посередине, там, где улица совершала свой поворот, рос гигантский платан, у основания которого журчал фонтан.
Женщины, приходившие сюда со своими кувшинами за водой, любили посидеть в тени раскидистого дерева. Они ставили на землю наполненные водой кувшины и, перешептываясь, обменивались новостями, тогда как мужчины дремали в лавках, а ученики медресе, пробегая мимо лавочников, дразнили их:
– Эй вы, книжники, просыпайтесь!
Их крики всегда заставляли Ясми поеживаться. Юноши никогда не обращали на нее внимания, ведь она носила девичью белую накидку – чаршаф, закрывавшую лишь половину лица.
Эти юнцы пробегали мимо широкими мужскими шагами, а иногда даже бросали камнем в ее серого котенка. У некоторых пробивался легкий пушок на подбородке.
Ясми уже исполнилось двенадцать лет, она считала себя взрослой красавицей. Поэтому возмущалась тем, что носит детский чаршаф. Если бы ей позволили надевать полный чаршаф и она смогла бы поглядывать на юношей лишь из-за ставней женской половины дома, они непременно заинтересовались бы ею.
Но она помогала отцу в книжной лавке, а отец был стар и слаб, он с трудом двигался, потому что почти ослеп от пристального изучения всех этих заумных рукописей. Он больше думал об украшенном рисунками листе в труде Авиценны, чем о дочери. И его жены замечали Ясми только тогда, когда вспоминали, что ей можно дать какое-нибудь поручение.
![Феодора. Циркачка на троне](/storage/book-covers/73/73a6993bc3a1846e0992d0fd4234bbaa1bd1e2f3.jpg)
Оригинальное беллетризонанное жизнеописание константинопольской циркачки, ставшей великой императрицей Византии.Словно волшебный фонарь, повествование высвечивает из глубины веков две величественные фигуры - императрицу Феодору и византийского императора Юстиниана, таинственной властью судьбы вознесённых из безвестности. Он - деревенский пастух, влюблённый в книжную премудрость, сумевший возродить былое величие Римской империи. Она - дитя цирка, умело веселившая разгорячённые азартными скачками буйные толпы мужчин на ипподромах Константинополя.Понимая сущность человеческого характера, Феодора научилась манипулировать людьми и вознеслась к вершине власти.
![Сулейман. Султан Востока](/storage/book-covers/1d/1d6485fb154bda17f60f522ab33625e626f6f7ef.jpg)
Оригинальное беллетризованное жизнеописание Сулеймана Великолепного, султана Османской империи — мудреца, поэта и воина, который завоевал часть Венгрии, Аравии, Месопотамии, Закавказья, территории Триполи и Алжира, но не устоял перед чарами своенравной рабыни-славянки, ставшей единственной любимой женщиной султана Востока.В книге ярко и живо повествуется обо всех значительных событиях золотого века Османской империи, зримо воссоздана атмосфера экзотического Востока.
![Тамерлан. Правитель и полководец](/storage/book-covers/91/913a3b2f51f6de9fa39bac9ab3ad1c34df6953fc.jpg)
Оригинальное беллетризованное жизнеописание выдающегося полководца Тамерлана, правителя Самарканда, чья жестокость стала легендой, чьи владения простирались от Закавказья до Китая, а военные успехи предопределили на века геополитическое устройство экзотического средневекового Востока.
![Карл Великий. Основатель империи Каролингов](/storage/book-covers/e4/e493815599c9484ab28e4b68f2632b3fe5a0a7b0.jpg)
В книге повествуется о начале нового периода мировой истории, ознаменованного победоносным шествием короля франков, ласково прозванного Шарлеманем. Впоследствии победитель лангобардов и саксов, покоритель сарацин, тот, кому верно служили Роланд Бретонский и Гильом Тулузский – легендарные рыцари франков, – стал императором всех христиан Карлом Великим.
![Кир Великий. Первый монарх](/storage/book-covers/3f/3f28b769fadfe168673631bdda171aa6a984ba11.jpg)
Оригинальное беллетризованное жизнеописание самого загадочного исторического персонажа, первого монарха на Земле, основателя империи Ахеменидов.В книге отражены все основные исторические события далекой эпохи, мастерски воссоздана атмосфера VI века до Рождества Христова, когда загадочное племя персов, изолированное в горной местности Южного Ирана, достигло превосходства над всем цивилизованным миром, потратив на это чуть больше 30 лет.
![Бабур-Тигр. Великий завоеватель Востока](/storage/book-covers/5c/5c2b2606e1fe527abb4e84bb88f9fd99f10c7190.jpg)
Эта книга – беллетризованное жизнеописание потомка Тимура и Чингисхана, основателя династии Великих Моголов, в которой ярко повествуется обо всех значительных событиях эпохи его правления. В ней оригинально сочетаются авторская интерпретация исторических фактов и фрагменты из «Бабур-наме» – автобиографического произведения самого Бабура, что позволяет читателю зримо ощутить атмосферу ушедшей эпохи.
![«Scorpions». Rock your life](/storage/book-covers/b8/b81d4dded24b2956230715c08a870e74e7db3ffd.jpg)
Создатель и бессменный гитарист легендарной рок-группы «Scorpions» вспоминает о начале своего пути, о том, как «Скорпы» пробивались к вершине музыкального Олимпа, откровенно рассказывает о своей личной жизни, о встречах с самыми разными людьми — как известными всему миру: Михаил Горбачев, Пауло Коэльо, так и самыми обычными, но оставившими свой след в его судьбе. В этой книге любители рока найдут множество интересных фактов и уникальных подробностей, знакомых имен… Но книга адресована гораздо более широкому кругу читателей.
![Фернандель. Мастера зарубежного киноискусства](/storage/book-covers/2c/2ccf4706924493f6480123b0153a8a6e2f3fc7ca.jpg)
Для фронтисписа использован дружеский шарж художника В. Корячкина. Автор выражает благодарность И. Н. Янушевской, без помощи которой не было бы этой книги.
![Алеша Джапаридзе](/storage/book-covers/41/41954e3dbc45a21607b78cd54795206daab8cfb9.jpg)
Короткая, но прекрасная жизнь Прокофия Апрасионовича Джапаридзе (Алеши) оборвалась зловещей ночью 20 сентября 1918 года: в числе 26 бакинских комиссаров его расстреляли английские интервенты и их эсеро-меньшевистские наймиты. Несгибаемому большевику, делегату III и VI съездов партии, активному участнику трех революций — Алеше Джапаридзе и посвящается эта книга, написанная грузинским писателем Э. К. Зедгинидзе. Перед читателем проходят волнующие встречи Джапаридзе с В. И. Лениным, эпизоды героической борьбы за власть Советов, за торжество ленинских идеи. Книга адресована массовому читателю.
![Нави Волырк](/storage/book-covers/5f/5f0879730d9f0af9b30f0346be5de4b5ade2bfb8.jpg)
Много «…рассказывают о жизни и творчестве писателя не нашего времени прижизненные издания его книг. Здесь все весьма важно: год издания, когда книга разрешена цензурой и кто цензор, кем она издана, в какой типографии напечатана, какой был тираж и т. д. Важно, как быстро разошлась книга, стала ли она редкостью или ее еще и сегодня, по прошествии многих лет, можно легко найти на книжном рынке». В библиографической повести «…делается попытка рассказать о судьбе всех отдельных книг, журналов и пьес И.
![Новый Афонский патерик. Том II. Сказания о подвижничестве](/storage/book-covers/3a/3a14ba79630a792258bab80a521de8f68fa16727.jpg)
Составитель этой книги – один из уважаемых афонских старцев, по смирению пожелавший остаться неизвестным. Более 30 лет он собирал и систематизировал повествования и изречения, отражающие аскетическое и исихастское Предание Святой Афонской Горы. Его восемьсотстраничная книга, вышедшая на Афоне в 2011 году, выдержала несколько переизданий. Ради удобства читателей и с благословения старца русский перевод выходит в трёх томах – «Жизнеописания», «Сказания о подвижничестве» и «Рассказы старца Паисия и других святогорцев», которые объединены общим названием «Новый Афонский патерик».Второй том патерика содержит краткие истории об афонских монахах XX века и их яркие высказывания.
![Император Лициний на переломе эпох](/storage/book-covers/5e/5ecd18a460d2ebd5f3b5bfc133a66e45fc02d3aa.jpg)
В работе изучается до настоящего времени мало исследованная деятельность императора восточной части Римской империи Лициния (308–324 гг.) на начальном этапе исторического перелома: перехода от языческой государственности к христианской, от Античности к Средневековью. Рассмотрены религиозная политика Лициния и две войны с императором Константином I Великим.Книга может быть полезна специалистам, а также широкому кругу читателей.
![Клеопатра. Последняя Из Птолемеев](/storage/book-covers/19/197102b0e5dca6f71cbb20991877eadae1413755.jpg)
Жизнь Клеопатры – один из самых захватывающих сюжетов мировой истории. Майкл Грант излагает свою оригинальную версию жизнеописания Клеопатры, затрагивая как ее общественную деятельность, так и отношения с Цезарем и Марком Антонием. В книге воссозданы реалии политики, экономики, быта и тайных религиозных культов Египта, Греции и Рима…Оригинальное беллетризованное жизнеописание Клеопатры, царицы Египта, очаровавшей двух великих полководцев своего времени.Цезарь и Марк Антоний держали в своих руках судьбы античного мира, а их судьбы во многом зависели от миниатюрной гречанки, мечтающей устроить на земле золотой век.
![Нефертити. Повелительница Двух Земель](/storage/book-covers/a3/a3af51dbdc8f2af8ba05f02695e7779b326df63c.jpg)
Эта книга – всесторонний рассказ о царице Египта, жившей во втором тысячелетии до н. э., верной последовательнице новой религии и вдохновительнице искусства Нового Царства. Зримо и ярко повествуется о деятельности фараона-реформатора Эхнатона и всех аспектах общественной жизни того времени. Немало интересного читатели узнают о секретах обольщения, известных египетским красавицам, религиозных обрядах, тайнах дипломатии и дворцовых интригах.
![Нерон. Владыка Земного Ада](/storage/book-covers/6b/6bf134982b465aa2c8538a63d643fabd767fb638.jpg)
Майкл Грант предлагает оригинальную версию жизни Нерона, сотканную из взаимоисключающих противоречий. Грант использует не только свидетельства великих историков древности, но и достижения современной научной мысли. В книге воссозданы реалии политики, экономики и роскошного быта имперского Рима.
![Юлий Цезарь. Жрец Юпитера](/storage/book-covers/6f/6f9df3966be1a7cdc131ef0cbd8efeb4c8084e6e.jpg)
Оригинальное беллетризованное жизнеописание Цезаря, род которого по отцу восходил к бессмертным богам.Тонкий политик, превосходный оратор, блестящий администратор. Любой род деятельности, избранный им, нёс печать его редкого вкуса и врождённого артистизма. Сторонники считали Цезаря защитником прав народа, а для врагов он был демагогом, расчётливо и жёстко прокладывающим путь к диктаторской власти. Гениальному полководцу покорились армии четырёх стран - Галлии, Понта, Египта и Африки. Его замыслы поражали воображение: создание юридического кодекса, реформа календаря, осушение Понтийских болот, прокладка дорог через Апеннинские горы.