Лишенные веры - [7]
– И кто займется делом? – спросила она.
– Каким? – начал я, не сразу сообразив, о чем речь, потом, осознав – весьма быстро и в полном ужасе – что, во-первых, она говорила серьезно, а, во-вторых, я не мог ей отказать.
Вместо этого я сказал следующее:
– Ну, не думаю, что этим стоит заниматься кому-то из нас. Надо найти кого-нибудь, кто разбирается в таких вещах. Журналиста или вроде того.
– Нам не нужен журналист, придурок. Нам нужен негодяй, – ответила она.
– Ах, да. Точно.
Выбор кандидатуры не отнял у меня много времени. Мак был негодяем. Точнее, он был вором, но это тоже подходило. Мак не испытывал угрызений совести. И не гордился. Он просто занимался этим. Он всегда был вором, более или менее. Впервые я встретил его вернувшимся из Манчестера, он продавал из-под полы пару гитар, украденных с витрины музыкального магазина. Он не был утонченным вором, Мак. Он просто подъехал к магазину около четырех утра, бросил в витрину кирпич, схватил парочку симпатичных гитар и сделал ноги.
С тех пор прошло четыре года, с нашей первой встречи то ли в «Марки», то ли в «Нэшвилле», то ли еще в каком-то рок-н-ролльном сортире. Тогда он тоже являлся своего рода знаменитостью, по крайней мере, для людей, видевших такое количество выступлений Джона Пила[33], как я. Мак состоял в одной из первых панк-групп. В той, что стала легендой по слегка унылой причине: они так и не записали ни одной песни и, следовательно, не превратились в дребедень, но и не приобрели популярность. Мне всегда казалось, что они развалились из-за того, что не хотели предавать свои принципы, распевая для известных звукозаписывающих контор. Мак подтвердил, что я был прав. Они, в общем-то, не до конца разошлись, просто то одна, то другая часть группы сидела в тюрьме. Видите ли, бросать кирпичи в витрину музыкального магазина – не самый лучший способ заработать себе на жизнь.
Мак тогда о многом рассказал мне. После этого он часто жил у нас, когда оказывался в Лондоне. Он был настолько ужасающе эгоистичен и так жаден во всех своих проявлениях, что казался похожим на ходячий дерьмовый индикатор, безуспешно демонстрирующий тщетно маскируемый эгоизм, свойственный всем рок-н-ролльным мессиям, которых я знал. А я знал не меньше четырех.
Потом Мак снова загремел в тюрьму, а когда вышел, оказалось, что он подсел там на героин. Музыка интересовала его все меньше и меньше, и в последний раз я видел Мака в магазине. Он пытался продать мне японский серебряный диск, украденный прямо со стены штаб-квартиры «Верджин-рекордс», когда она все еще находилась на Портобелло-Роуд. «Убери это немедленно, ты, псих!» – сказал я ему – и был потрясен обидой, отразившейся на его лице. Мак всегда выглядел так, словно ему плевать, что думают или делают другие. Я попытался списать это на действие героина, просто еще одна загубленная жизнь, не мое дело. Но иногда я вспоминаю. Плохой конец, нажмите кнопку «обратная перемотка». Дайте мне переиграть эту сцену. Я такой трус, ненавижу обижать людей.
Так какого черта, подумал я, нам нужен негодяй, а Мак – негодяй. Позвоню ему, внесу предложение. Все, что мне было нужно, это его номер. В том случае, конечно, если у него есть номер. Последний раз, когда я его видел, он, кажется, жил на Гроув. Где, если подумать, расположен очередной отель «Калифорния». Вписаться туда вы можете, когда пожелаете, а вот выписаться – вряд ли, разве только с козлиной бородкой. Если Мак по-прежнему на Гроув, один звонок все прояснит. Я позвонил Сэм.
Сэм была рок-н-ролльным журналистом, время от времени, как она часто повторяла, пребывая в битнических загулах, свойственных всем рок-журналистам семидесятых. Она жила прямо на Гроув и любила музыкантов, нуждалась в них. А еще у нее в подвале обитал дилер, парень по имени Кении, или Ленни, или что-то в этом духе. Так что, предположил я, если Мак по-прежнему поблизости, ей это должно быть известно.
Она сказала мне, что чертовски извиняется, но понятия не имеет, где Мак. Не поддерживает с ним контактов. Но да, скорее, он объявится раньше, чем позже, и она передаст ему, что я его искал, попросит позвонить.
Что он и сделал на следующий день. Было субботнее утро, десять тридцать, и я держал оборону против первых профессионалов, парочки япошек с непостижимой страстью к прогрессивному року начала семидесятых на виниле, сопряженной с железным намерением получить здоровенную скидку. Преимущественно увиливания и окольные дорожки, но требующие больше моего внимания, чем я готов отдавать работе. Обычно я ограничиваюсь словами: «Это там, приятель, – и взмахом руки, сопровождаемым фразой: – Если оно у нас есть, в чем я сомневаюсь».
Поэтому я не особо усердствовал, когда позвонил Мак и сказал, что встретится со мной позже. В семь в «Кентукки» на Ноттинг-Хилл-Гейт. Если бы я сосредоточился, то заметил бы, что это как раз один из тех ключевых моментов в человеческой жизни. Я же просто подумал, что ничего хорошего меня не ждет, и сбавил япошкам цену вдвое. Мило.
Вообще-то, сказать правду, была еще одна причина, по которой я не мог сосредоточиться. Фрэнк, перед тем как встала в несусветную рань, спала вместе со мной. С ногами в одну сторону. И я понятия не имел, что все это значит. Она сказала, что я слишком зациклен на том, чтобы вставить. Теперь люди часто говорят такие вещи. И это добило меня; я вовсе не собирался писать собственную «Кама Сутру» и объявлять ее лучшей в мире, но всю жизнь думал, что именно это обычно и делают. Вставляют. То есть после определенной прелюдии и все такое. Так что я был смущен. Что означало, что я вел себя как всегда в таких случаях. Старался не думать об этом. Это была не первая ошибка в моей жизни, но, быть может, самая ужасная.
![Лондон. Темная сторона](/storage/book-covers/70/70c001b2a5930a3eb1694bc2c490bacf1a0da7f7.jpg)
Лондон — город закона и преступлений, город Джека Потрошителя и Шерлока Холмса. Лондонские истории вытекают из стен, просачиваются сквозь них, идут вверх по канализационным трубам, туннелям метро и выходят наружу через мостовые. Они петляют, пробираясь по извилистым переулкам, которые появились задолго до того, как была изобретена система упорядоченного планирования. Они шепчут свои секреты на рыночных площадях, где говорят на всех языках мира, где торгуют всем — от фруктов и овощей до детских жизней. Они дрейфуют ночами по течению старой Темзы, медленно поднимаются вверх из храмов коммерции, проходят по залам Парламента, по соборам, заложенным древними королями, по туннелям, прокопанным инженерами викторианской эпохи.
![Индеец Кутехин](/storage/book-covers/47/479b92004a8edd0e2843594a791f5a9ac8ff9e77.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Чисто рейнское золото](/storage/book-covers/f7/f7d50ef30302cf0788facb52e650db2e16e10467.jpg)
Эссе для сцены австрийской писательницы и драматурга, лауреата Нобелевской премии Эльфриды Елинек написано в духе и на материале оперной тетралогии Рихарда Вагнера «Кольцо нибелунга». В свойственной ей манере, Елинек сталкивает классический сюжет с реалиями современной Европы, а поэтический язык Вагнера с сентенциями Маркса и реальностью повседневного языка.
![Калейдоскоп. Расходные материалы](/storage/book-covers/8d/8dac152c7502228fd787d1f301272d44981a94a1.jpg)
В новом романе Сергея Кузнецова, финалиста премии «Большая книга», более ста героев и десяти мест действия: викторианская Англия, Шанхай 1930-х, Париж 1968-го, Калифорния 1990-х, современная Россия… В этом калейдоскопе лиц и событий любая глава – только часть общего узора, но мастерское повествование связывает осколки жизни в одну захватывающую историю.
![Скорпионья сага. Cамка cкорпиона](/storage/book-covers/e8/e80c847429b184d26d6b1710498a663fcbe91b21.jpg)
Игорь Белисов, автор шокового «Хохота в пустоте», продолжает исследовать вечную драму человеческой жизни. И как всегда, в центре конфликта – мужчина и женщина.«Самка скорпиона» – это женщина глазами мужчины.По убеждению автора, необозримая сложность отношений между полами сводится всего к трем ключевым ипостасям: Любовь, Деньги, Власть. Через судьбы героев, иронически низводимых до примитивных членистоногих, через существование, пронизанное духом абсурда, он рассказывает о трагедии великой страны и восходит к философскому осмыслению мироздания, навсегда разделенного природою надвое.
![Триада](/storage/book-covers/32/32b9d9c2c5fbed5c2a1a011c836a0cf4cbb72a80.jpg)
Автор считает книгу «Триада» лучшим своим творением; работа над ней продолжалась около десяти лет. Начал он ее еще студентом, а закончил уже доцентом. «Триада» – особая книга, союз трех произведений малой, средней и крупной форм, а именно: рассказа «Кружение», повести «Врачебница» и романа «Детский сад», – объединенных общими героями, но вместе с тем и достаточно самостоятельных. В «Триаде» ставятся и отчасти разрешаются вечные вопросы, весьма сильны в ней религиозные и мистические мотивы, но в целом она не выходит за рамки реализма.
![Царство страха](/storage/book-covers/d1/d1a28ca562a3486e358346ec79a33b6e7d459883.jpg)
Страшитесь! Хантер С. Томпсон, крестный отец Гонзо, верховный жрец экстремальности и главный летописец Американского кошмара, берется разобраться в теме, взяться за которую побоялся бы любой, – в теме самого себя.В «Царстве Страха», его долгожданных мемуарах, Добряк Доктор окидывает взглядом прошедшие несколько десятилетий существования «на полную катушку», чрезмерных злоупотреблений и зубодробительных писаний. Это история безумных путешествий, воспламеняемых бурбоном и кислотой, сага о гигантских дикобразах, девушках, оружии, взрывчатке и, разумеется, мотоциклах.
![Точка равновесия](/storage/book-covers/77/77c86614a54cc4d99e1f881da8f09341a1fcf636.jpg)
Следопыт и Эдик снова оказываются в непростом положении. Время поджимает, возможностей для достижения намеченной цели остается не так уж много, коварные враги с каждым днем размножаются все активнее и активнее... К счастью, в виртуальной вселенной "Альтернативы" можно найти неожиданный выход практически из любой ситуации. Приключения на выжженных ядерными ударами просторах Северной Америки продолжаются.
![Снафф](/storage/book-covers/4a/4a107e3878e6908b318289963b1e4ce5d3facca1.jpg)
Легендарная порнозвезда Касси Райт завершает свою карьеру. Однако уйти она намерена с таким шиком и блеском, какого мир «кино для взрослых» еще не знал. Она собирается заняться перед камерами сексом ни больше ни меньше, чем с шестьюстами мужчинами! Специальные журналы неистовствуют. Ночные программы кабельного телевидения заключают пари – получится или нет? Приглашенные поучаствовать любители с нетерпением ждут своей очереди и интригуют, чтобы пробиться вперед. Самые опытные асы порно затаили дыхание… Отсчет пошел!
![Колыбельная](/storage/book-covers/db/db6248b1f2174216926b644c927c5024dae5c1d3.jpg)
Это – Чак Паланик, какого вы не то что не знаете – но не можете даже вообразить. Вы полагаете, что ничего стильнее и болезненнее «Бойцовского клуба» написать невозможно?Тогда просто прочитайте «Колыбельную»!…СВСМ. Синдром внезапной смерти младенцев. Каждый год семь тысяч детишек грудного возраста умирают без всякой видимой причины – просто засыпают и больше не просыпаются… Синдром «смерти в колыбельке»?Или – СМЕРТЬ ПОД «КОЛЫБЕЛЬНУЮ»?Под колыбельную, которую, как говорят, «в некоторых древних культурах пели детям во время голода и засухи.