Княжна Голицына – принцесса моды - [75]
Адвокат успокаивал, говорил, что это вопрос нескольких дней, пытался ободрить, но меня пугало и само освобождение: так я боялась фотографов и журналистов. К счастью, Барбьери оказался на высоте, когда пришел за мной. При помощи одной уловки мы смогли избежать встречи с журналистами. Вернувшись домой, я увидела, что весь дом буквально заставлен цветами, завален горами орхидей от незнакомых людей, мне посылали письма, послания, заверения в солидарности. Я оставалась под домашним арестом в течение шести месяцев, и специальный агент все это время ходил беседовать со мной.
К сожалению, подписи на документах, приведшие к новому банкротству, стояли мои, хотя и были подстроены Сильвио. В тот период я чувствовала себя поистине униженной. Если мне нужно было выйти или поехать куда-нибудь, я должна была просить в комиссариате разрешение. Когда мне захотелось поехать на остров Искья, к моей подруге, я была вынуждена поставить свои подписи в полиции, как перед отъездом, так и по приезде. Я чувствовала себя вроде преступницы. Могу, однако, сказать, что после этого опыта я стала работать лучше и горжусь этим. Должна также отметить, что за все хорошие вещи в своей жизни я заплатила сполна. Опыт тюрьмы не был абсолютно негативным, если вспомнить, например, большую сердечность соседок по камере.
Коллекция, которую я создала после своего тюремного заключения, была одной из лучших за всю мою карьеру. Я открыла ее тремя пижамами, которые были разукрашены вышивкой и стоили целое состояние. Одна из них – черная, с каскадом из стразов и огромным двойным, театральным головным убором. Другая – белая, вышитая рубинами, с белым капюшоном, а третья – с черным капюшоном. Я доказывала администрации фирмы, которая закупила марку Голицыной, что после банкротства мне необходимо утвердить эту марку и свое творчество, заявив: «Я та самая, которая создала пижамы». Это было моей визитной карточкой. А потом, эти изделия я всегда считала своим талисманом, несущим удачу, в которой я так нуждалась. Я пошла к вышивальщицам и наседала на них, пока недобилась того, что хотела. Я начала с дефиле на площади Сиены, и это был успех.
После второго банкротства в июне 1990 года марка Голицыной была закуплена обществом «Ксинес», которым руководила Джада Русполи, чей муж был племянником Сильвио. Если быть точной, Луис Мизази является сыном сестры Сильвио и живет в Бразилии. Его отец – президент биржи в Сан-Паулу, покончил с собой, когда узнал, что у него рак. Это был человек, которого я обожала: интеллигентный, блестящий, забавный. Возможно, я любила его больше всех в их семье. Мы понимали друг друга с полуслова. С молодых лет Луис должен был заниматься делами своего отца. Очень молодым он и женился, у них с женой родились мальчик и очаровательная девочка. К сожалению, мальчика они потеряли, а это был исключительный ребенок, умный, спортивный, его все любили. Ему было 16 лет. Вместе со своими кузенами он занимался джоггингом в городе и, когда пересекал улицу, попал под автобус и погиб.
Луис страдал необычайно. Впоследствии он женился на Джаде Русполи, и у них родилось трое сыновей. Джаду я знаю с детского возраста, я брала ее с собой в Америку, когда ей было всего 17 лет, и ее родители только что развелись.
Я ничего не сообщала Луису, когда меня посадили в Ребиббию. Я не хотела причинять ему дополнительных страданий. Когда меня освободили, он позвонил сообщить, что отправляется в Кортину за детьми, но вскоре вернется и встретится со мной. Я посоветовала Луису встретиться с нашими друзьями Арнальди. Они и рассказали ему о том, что случилось. Как только Луис оказался в курсе моих злоключений, он перезвонил с упреками: «Ты совсем с ума сошла, почему ты меня не предупредила?» Я ответила: «У тебя самого было столько проблем, не хватало только моих». С этого момента с помощью Джады Русполи мой племянник Луис занялся моими делами, рассчитывая на сотрудничество с семьей Арнальди – своими итальянскими друзьями, и адвокатом Фарэ – специалистом по делам торговых марок.
Теперь марка принадлежит обществу «Ксинес», но я сохраняю контроль над производством, начиная с творческой фазы, и не только в отношении одежды, но и по всем «лицензиям», число которых со временем увеличилось: от линии престижных покрывал и пледов до домашнего белья, от линии бижутерии до кожаных изделий, купальных костюмов, зонтов, очков, трикотажа, элегантных костюмов для коктейля, подвенечных платьев и спортивных меховых изделий, и, наконец, от линии плащей и жакетов для женщин до изделий из фарфора для Ричарда Джинори. Я создала один из наборов посуды, вдохновляясь декоративными мотивами своей столовой, воспроизвела в уменьшенном виде трельяж, разумеется, более легкий, с золотистыми бордюрами и росписью малахитовым и бирюзовым тонами. Одну пьемонтскую фирму я попросила изготовить посуду по тем образцам, которыми владела моя семья, часть из них была представлена фирмой Ступиниджи на выставке предметов искусства из коллекций Эрмитажа. Первоначально было 220 предметов особой ценности, подаренных царю одной из наших прародительниц, но впоследствии многое из коллекции было утрачено. Самое удивительное, что посуда была создана туринскими мастерами, работавшими по серебру, под руководством француза Бушерона.
![Дети Везувия. Публицистика и поэзия итальянского периода](/storage/book-covers/31/316a2eca796deac43839dc57e00ce54c840402cf.jpg)
Впервые выделена и собрана в один корпус проза и поэзия, написанная Н. А. Добролюбовым в течение итальянского периода, с декабря 1860 г. по июнь 1861 г., совсем незадолго до его преждевременной кончины, и прокомментированы итальянские реалии содержания. Необыкновенно разнообразные по жанру произведения – публицистика, репортаж, политический анализ, историография, лирика, сатира, пародия, памфлет – образуют, тем не менее, цельный «итальянский текст» и отражают как глубокий интерес Добролюбова к яркой эпохе объединения и модернизации Италии (Рисорджименто), не без аллюзий на необходимость реформ на родине, так и новое, приподнятое состояние духа «сурового критика», вдохновленного южной природой, морской стихией, богатым культурным наследием, а также возможностью раскрыть иную, пылкую и сердечную сторону своей натуры и связать судьбу с итальянской девушкой, что оказалось, увы, лишь иллюзией.
![Вторая жизнь агента Эсэр](/storage/book-covers/73/73e172faf189fdbad71d2591047a47c781611dcb.jpg)
Совместный «проект» двух всемирно известных секретных служб Моссад и СВР, разведчица-нелегал Сара Гольдман, оперативный псевдоним — Агент Эсэр, внезапно и трагически погибает при исполнении порученного ей секретного задания в одной из арабских стран. В ее гибели Моссад обвиняет российскую разведку, предлагая ей исправить свою ошибку и найти в ближайшее время на «роль» секретного агента Эсэр молодую девушку, похожую как две капли воды на погибшую Сару Гольдман, обучить ее всему необходимому и внедрить в легальную жизнь Швейцарии для сохранения очень важной для обеих спецслужб сети завербованных Гольдман агентов-нелегалов из разных стран и для исполнения дальнейших секретных заданий.
![Секретный Агент Эсэр. Битва за человечество](/storage/book-covers/19/19543e388a2514a382b67e98af87c1ce714b686a.jpg)
Русская девушка еврейского происхождения Адель Альковицкая, москвичка, по воли судьбы ставшая секретным агентом СВР Эсэр, вместе со своими помощниками Кларой Симон и Кшиштофом Мазуром продолжает раскрывать опасные международные преступления: предотвращение террористического акта во время пандемии в Тель-Авиве, дело о расхищении гуманитарной помощи на севера Италии, ведущее своими корнями к мафии на Сицилии, спасение в итальянской больнице пациентки при помощи новой российской вакцины и самое главное — поиск и нахождение секретной лаборатории, в которой был разработан новый опасный для всего человечества вирус.
![Мифы о русской эмиграции. Литература русского зарубежья](/storage/book-covers/83/83a88aa8bdd8007e6cf6d1bd32c007def87fb845.jpg)
Собраны очерки и рецензии Даниила Федоровича Петрова (псевдоним Владимир Рудинский ; Царское Село, 1918 – Париж, 2011), видного представителя «второй волны» русской эмиграции, посвященные литературе Русского зарубежья, а также его статьи по проблемам лингвистики. Все тексты, большинство из которых выходили в течение более 60 лет в газете «Наша Страна» (Буэнос-Айрес), а также в другой периодике русского зарубежья, в России публикуются впервые. В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
![Два Парижа](/storage/book-covers/dc/dcd9db09085cef30d41e6ef8091efeb2e99be286.jpg)
Основу сборника Владимира Рудинского (настоящее имя Даниил Петров; Царское Село, 1918 – Париж, 2011), видного представителя «второй волны» русской эмиграции, составляет цикл новелл «Страшный Париж» – уникальное сочетание детектива, триллера, эзотерики и нравственно-философских размышлений, где в центре событий оказываются представители русской диаспоры во Франции. В книгу также вошли впервые публикуемые в России более поздние новеллы из того же цикла, криминальная хроника и очерки, ранее печатавшиеся в эмигрантской периодике.
![Русский Афон. Путеводитель в исторических очерках](/storage/book-covers/d5/d56f2084763d616ac51dac97807e990bf3dd597b.jpg)
Эта книга – глубокий, подробный и богато иллюстрированный путеводитель-рассказ о Святой Афонской Горе, в особенности о местном русском иночестве, написанный многолетним ее посетителем, петербургским историком Михаилом Талалаем, с изложением святогорских былей, преданий, традиций, архивных сведений, маршрутов, агио– и биографий, практических советов паломникам.Издание предназначено для широкого круга читателей.
![Мои годы в Царьграде. 1919−1920−1921: Дневник художника](/storage/book-covers/ac/acd354d722cc9d778141112617c82696b9106593.jpg)
Впервые на русском публикуется дневник художника-авангардиста Алексея Грищенко (1883–1977), посвящённый жизни Константинополя, его архитектуре и византийскому прошлому, встречам с русскими эмигрантами и турецкими художниками. Книга содержит подробные комментарии и более 100 иллюстраций.
![П. А. Столыпин](/storage/book-covers/27/27359dc390976395095501bf61210e2fac339bbe.jpg)
Петр Аркадьевич Столыпин – одна из наиболее ярких и трагических фигур российской политической истории. Предлагаемая читателю книга, состоящая из воспоминаний как восторженных почитателей и сподвижников Столыпина – А. И. Гучкова, С. Е. Крыжановского, А. П. Извольского и других, так и его непримиримых оппонентов – С. Ю. Витте, П. Н. Милюкова, – дает представление не только о самом премьер-министре и реформаторе, но и о роковой для России эпохе русской Смуты 1905–1907 гг., когда империя оказалась на краю гибели и Столыпин был призван ее спасти. История взаимоотношений Столыпина с первым российским парламентом (Государственной думой) и обществом – это драма решительного реформатора, получившего власть в ситуации тяжелого кризиса.
![Он ведёт меня](/storage/book-covers/52/52874a4a4180ad275aa7b83485313428d3b85de1.jpg)
Эта книга является второй частью воспоминаний отца иезуита Уолтера Дж. Чишека о своем опыте в России во время Советского Союза. Через него автор ведет читателя в глубокое размышление о христианской жизни. Его переживания и страдания в очень сложных обстоятельствах, помогут читателю углубить свою веру.
![Джованна I. Пути провидения](/storage/book-covers/26/2613f8300d6cb0a759766122fb531049bf23abe2.jpg)
Повествование описывает жизнь Джованны I, которая в течение полувека поддерживала благосостояние и стабильность королевства Неаполя. Сие повествование является продуктом скрупулезного исследования документов, заметок, писем 13-15 веков, гарантирующих подлинность исторических событий и описываемых в них мельчайших подробностей, дабы имя мудрой королевы Неаполя вошло в историю так, как оно того и заслуживает. Книга является историко-приключенческим романом, но кроме описания захватывающих событий, присущих этому жанру, можно найти элементы философии, детектива, мистики, приправленные тонким юмором автора, оживляющим историческую аккуратность и расширяющим круг потенциальных читателей. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
![Полвека с Вьетнамом. Записки дипломата (1961–2011)](/storage/book-covers/d7/d7ef4e2a298cf56ab8d8d858dd6553fdb695dffd.jpg)
В основу книги положены личные впечатления автора о командировках во Вьетнам в период 1961–2011 гг. Вошедшие в сборник очерки основаны на малоизвестном широкому читателю фактическом материале, это своеобразный дневник, живое свидетельство непосредственного участника и очевидца многих важных событий в истории отношений наших двух стран. «Эта книга, – пишет автор, – скромная дань любви и уважения героическому, трудолюбивому и талантливому народу Вьетнама, с которым судьба связала меня на протяжении более полувека».В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
![Истории молодого математика](/storage/book-covers/94/943e137cd3223067a40d0a0eeaef19b665b4b32a.jpg)
В этой книге знаменитый математик Владимир Мазья рассказывает о первых тридцати годах своей жизни. Он – член Шведской, Шотландской, Грузинской Академий Наук и лауреат нескольких международных премий. Ему принадлежат более 500 научных статей и 40 монографий. Владимир Мазья также автор трех книг сказок для детей и взрослых.