Княжна Голицына – принцесса моды - [76]
Наконец, после истории с тюрьмой я могла заняться новой квартирой. Мне всегда нравилось больше находиться дома, чем вести светскую жизнь, участвовать в праздниках или посещать рестораны. Мне нравится принимать друзей у себя. Джада Русполи сочла необходимым, чтобы общество «Ксинес» располагало в Риме комнатой для «живого» показа, в которой лучше гляделись бы мои изделия, предназначенные для домашнего отдыха.
Естественно, я перенесла туда самые дорогие для меня вещи. Моя студия в миниатюре теперь напоминает ту, в которой мы жили с мужем в доме на площади Испании, с русской мебелью в стиле ампир. Я все время видела ее около себя и захотела, чтобы она сопровождала меня и на новом месте. В салон я переместила и часть «зимнего сада», который в свое время проектировал архитектор Ренцо Монджардино.
Коллекция, которую я представила в январе 1991 года, была вдохновлена Африкой: пятна, геометрические узоры, никаких цветов – лишь тропические листья на тканях для основных моделей. Одежда, чем-то напоминающая одеяния племен пустыни Сахары, с четырьмя карманами для сафари, оттенков коричневого цвета: от какао до ореха, от меда до нефти и пижама-палаццо в элегантной версии, очень прозрачная.
Через несколько дней после показа, по случаю православного Рождества, я была приглашена в Петербург, где приняла участие в телемарафоне, организованном ЮНЕСКО в Кировском театре, с участием независимой телекомпании «Нева-TB» и других. Целью манифестации был сбор средств, чтобы помочь возвратить городу его былую красоту. «Экспедицию» организовала «АТЕР Модены», которая занимается театральным обменом, при деятельном участии синьоры Бертани. Вместе с Голицыной были, естественно, Джада Русполи с сыном, Паола Арнальди, адвокат Фарэ и моя «премьерша» Армена, которая до сих пор близка мне.
Петербург был и остался столичным городом, его отличает трогательная красота, к которой я чувствую свою причастность. Это моя последняя любовь. Но часто последняя любовь именно та, которую ты искал всю жизнь, и в ней уже находишь далекое эхо твоего голоса. В памяти моих родителей и, возможно, родителей моих родителей остался образ города, возведенного у воды. Этот город Достоевский называет «самым абстрактным и придуманным на земном шаре». Эта столь неуловимая, мистическая и заколдованная северная метрополия живет в сердце каждого русского. Я пронесла образ города в себе и в те годы, когда принимавшие меня города были шумными, красочными и оглушительными центрами западного мира, и даже тогда, когда отрицала, что желаю возвратиться в мою страну и сравнить мои детские фантазии с реальностью.
В Петербурге я представила десять вечерних моделей, отобранных среди моих последних коллекций. Их показали десять красивейших русских манекенщиц под звуки музыки из произведений Отторино Респиги: его музыка была для меня символом верности Риму, которому я никогда не изменяла. Вместе с тем этот композитор представляет для меня также и связь с моей страной: он был первой скрипкой в петербургском театре и учеником Николая Римского-Корсакова.
Местному музею моды я подарила одну из своих ценных пижам-палаццо, изготовленную из черного шелка, вышитую драгоценными камнями и бриллиантами, дополненную большим капюшоном. Другие три экземпляра этой одежды выставлены в Метрополитен-музее в Нью-Йорке, в музее Виктории и Альберта в Лондоне и в парижском Лувре.
В этой большой манифестации приняли участие многие видные представители Италии, в том числе Пиппо Баудо и Катя Ричарелли, Чечилия Гасдиа, Джанкарло Менотти и Тициана Фаббричини. Выступили более 1000 артистов, и для нужд города была собрана значительная сумма. В фойе театра простые граждане опускали свои дары в большой кувшин. Были приняты и помещены в большую мраморную вазу крупные чеки американских и европейских фирм, что фиксировали телекамеры, в то время как ведущий громко объявлял имя жертвователя.
Это был замечательный опыт, хотя он и потребовал немало хлопот. В течение недели я почти не выходила из театра: танцмейстер обучал манекенщиц двигаться под музыку, приходили журналисты за интервью. Поездку я совершала с группой «Венецианский карнавал», эти симпатичнейшие и неутомимые люди беспрерывно танцевали и пели. В любом случае поездка была захватывающей. В Москву мы прилетели на самолете ночью во время сильного снегопада, а в Петербург отправились на поезде. Здесь к нам начали приставать какие-то личности, навязывая свое «купи-продай», а охранники в поезде не хотели и пальцем пошевелить. Сперва я охраняла баулы с одеждой, буквально сидя на них, а потом потребовала, чтобы весь багаж перенесли в мое купе, тем не менее всю ночь я не сомкнула глаз.
Гостиница в Петербурге была прекрасной, современной, находилась прямо у Финского залива. В театре, в котором мы выступали, из партера убрали все стулья, и представления происходили на этом пространстве. Номера длились 15–20 минут. Стояла совершенно особая атмосфера. Мне предоставили право выбора моделей. Предусматривался и показ костюма, который я должна была подарить музею, но я не хотела, чтобы его представляла обычная манекенщица, и попросила сделать это мою милейшую подругу Клаудию Русполи, она сопровождала в России сестру Джаду. Клаудия, правда, пришла в замешательство, заметив, что ей одной будет это затруднительно сделать, и мы ей нашли партнера, красавца-блондина, но у него не было смокинга. К счастью, блондин был такого же роста, что и адвокат Фарэ. Последовал, с взаимного согласия, быстрый обмен одеждой. Адвокат Фарэ был поплотнее и немного замешкался, решая проблему с узкими для него брюками, но мы прикрыли их довольно просторным пиджаком русского пошива. В момент, когда все было готово, я приготовила мою кинокамеру, чтобы заснять вечер, но меня позвали, чтобы взять еще одно интервью. Когда я начала отвечать на вопросы, я вдруг увидела на огромном экране фотографии, снятые в моем доме русскими фотографами, они сделали их перед нашим отъездом из Рима. Еще раз интервью помешало мне насладиться показом мод, а я умирала от желания увидеть, как все происходило.
![Дети Везувия. Публицистика и поэзия итальянского периода](/storage/book-covers/31/316a2eca796deac43839dc57e00ce54c840402cf.jpg)
Впервые выделена и собрана в один корпус проза и поэзия, написанная Н. А. Добролюбовым в течение итальянского периода, с декабря 1860 г. по июнь 1861 г., совсем незадолго до его преждевременной кончины, и прокомментированы итальянские реалии содержания. Необыкновенно разнообразные по жанру произведения – публицистика, репортаж, политический анализ, историография, лирика, сатира, пародия, памфлет – образуют, тем не менее, цельный «итальянский текст» и отражают как глубокий интерес Добролюбова к яркой эпохе объединения и модернизации Италии (Рисорджименто), не без аллюзий на необходимость реформ на родине, так и новое, приподнятое состояние духа «сурового критика», вдохновленного южной природой, морской стихией, богатым культурным наследием, а также возможностью раскрыть иную, пылкую и сердечную сторону своей натуры и связать судьбу с итальянской девушкой, что оказалось, увы, лишь иллюзией.
![Вторая жизнь агента Эсэр](/storage/book-covers/73/73e172faf189fdbad71d2591047a47c781611dcb.jpg)
Совместный «проект» двух всемирно известных секретных служб Моссад и СВР, разведчица-нелегал Сара Гольдман, оперативный псевдоним — Агент Эсэр, внезапно и трагически погибает при исполнении порученного ей секретного задания в одной из арабских стран. В ее гибели Моссад обвиняет российскую разведку, предлагая ей исправить свою ошибку и найти в ближайшее время на «роль» секретного агента Эсэр молодую девушку, похожую как две капли воды на погибшую Сару Гольдман, обучить ее всему необходимому и внедрить в легальную жизнь Швейцарии для сохранения очень важной для обеих спецслужб сети завербованных Гольдман агентов-нелегалов из разных стран и для исполнения дальнейших секретных заданий.
![Секретный Агент Эсэр. Битва за человечество](/storage/book-covers/19/19543e388a2514a382b67e98af87c1ce714b686a.jpg)
Русская девушка еврейского происхождения Адель Альковицкая, москвичка, по воли судьбы ставшая секретным агентом СВР Эсэр, вместе со своими помощниками Кларой Симон и Кшиштофом Мазуром продолжает раскрывать опасные международные преступления: предотвращение террористического акта во время пандемии в Тель-Авиве, дело о расхищении гуманитарной помощи на севера Италии, ведущее своими корнями к мафии на Сицилии, спасение в итальянской больнице пациентки при помощи новой российской вакцины и самое главное — поиск и нахождение секретной лаборатории, в которой был разработан новый опасный для всего человечества вирус.
![Мифы о русской эмиграции. Литература русского зарубежья](/storage/book-covers/83/83a88aa8bdd8007e6cf6d1bd32c007def87fb845.jpg)
Собраны очерки и рецензии Даниила Федоровича Петрова (псевдоним Владимир Рудинский ; Царское Село, 1918 – Париж, 2011), видного представителя «второй волны» русской эмиграции, посвященные литературе Русского зарубежья, а также его статьи по проблемам лингвистики. Все тексты, большинство из которых выходили в течение более 60 лет в газете «Наша Страна» (Буэнос-Айрес), а также в другой периодике русского зарубежья, в России публикуются впервые. В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
![Два Парижа](/storage/book-covers/dc/dcd9db09085cef30d41e6ef8091efeb2e99be286.jpg)
Основу сборника Владимира Рудинского (настоящее имя Даниил Петров; Царское Село, 1918 – Париж, 2011), видного представителя «второй волны» русской эмиграции, составляет цикл новелл «Страшный Париж» – уникальное сочетание детектива, триллера, эзотерики и нравственно-философских размышлений, где в центре событий оказываются представители русской диаспоры во Франции. В книгу также вошли впервые публикуемые в России более поздние новеллы из того же цикла, криминальная хроника и очерки, ранее печатавшиеся в эмигрантской периодике.
![Русский Афон. Путеводитель в исторических очерках](/storage/book-covers/d5/d56f2084763d616ac51dac97807e990bf3dd597b.jpg)
Эта книга – глубокий, подробный и богато иллюстрированный путеводитель-рассказ о Святой Афонской Горе, в особенности о местном русском иночестве, написанный многолетним ее посетителем, петербургским историком Михаилом Талалаем, с изложением святогорских былей, преданий, традиций, архивных сведений, маршрутов, агио– и биографий, практических советов паломникам.Издание предназначено для широкого круга читателей.
![Э. Т. А. Гофман, сам свидетельствующий о себе и о своей жизни](/storage/book-covers/da/da8315a7cbd0a6aced50c31d92a880a35ae3e6fa.jpg)
Э. Т. А. Гофман (1776–1822) — последний немецкий романтик и первый реалист, человек, которому суждено было соединить мир обыденного с магией необычного. В море домыслов и мистификаций, которыми окружено имя Гофмана, автор книги пытается (и вполне успешно) выплыть на волне объективности, опираясь на дневники писателя, переписку и воспоминания о нем; по ходу повествования перед читателем разворачивается поэтическая вселенная Гофмана, мир причудливых и странных существ, зеркал, крадущих отражение, и двойников, умножаемых до бесконечности.
![Мои годы в Царьграде. 1919−1920−1921: Дневник художника](/storage/book-covers/ac/acd354d722cc9d778141112617c82696b9106593.jpg)
Впервые на русском публикуется дневник художника-авангардиста Алексея Грищенко (1883–1977), посвящённый жизни Константинополя, его архитектуре и византийскому прошлому, встречам с русскими эмигрантами и турецкими художниками. Книга содержит подробные комментарии и более 100 иллюстраций.
![П. А. Столыпин](/storage/book-covers/27/27359dc390976395095501bf61210e2fac339bbe.jpg)
Петр Аркадьевич Столыпин – одна из наиболее ярких и трагических фигур российской политической истории. Предлагаемая читателю книга, состоящая из воспоминаний как восторженных почитателей и сподвижников Столыпина – А. И. Гучкова, С. Е. Крыжановского, А. П. Извольского и других, так и его непримиримых оппонентов – С. Ю. Витте, П. Н. Милюкова, – дает представление не только о самом премьер-министре и реформаторе, но и о роковой для России эпохе русской Смуты 1905–1907 гг., когда империя оказалась на краю гибели и Столыпин был призван ее спасти. История взаимоотношений Столыпина с первым российским парламентом (Государственной думой) и обществом – это драма решительного реформатора, получившего власть в ситуации тяжелого кризиса.
![Он ведёт меня](/storage/book-covers/52/52874a4a4180ad275aa7b83485313428d3b85de1.jpg)
Эта книга является второй частью воспоминаний отца иезуита Уолтера Дж. Чишека о своем опыте в России во время Советского Союза. Через него автор ведет читателя в глубокое размышление о христианской жизни. Его переживания и страдания в очень сложных обстоятельствах, помогут читателю углубить свою веру.
![Джованна I. Пути провидения](/storage/book-covers/26/2613f8300d6cb0a759766122fb531049bf23abe2.jpg)
Повествование описывает жизнь Джованны I, которая в течение полувека поддерживала благосостояние и стабильность королевства Неаполя. Сие повествование является продуктом скрупулезного исследования документов, заметок, писем 13-15 веков, гарантирующих подлинность исторических событий и описываемых в них мельчайших подробностей, дабы имя мудрой королевы Неаполя вошло в историю так, как оно того и заслуживает. Книга является историко-приключенческим романом, но кроме описания захватывающих событий, присущих этому жанру, можно найти элементы философии, детектива, мистики, приправленные тонким юмором автора, оживляющим историческую аккуратность и расширяющим круг потенциальных читателей. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
![Полвека с Вьетнамом. Записки дипломата (1961–2011)](/storage/book-covers/d7/d7ef4e2a298cf56ab8d8d858dd6553fdb695dffd.jpg)
В основу книги положены личные впечатления автора о командировках во Вьетнам в период 1961–2011 гг. Вошедшие в сборник очерки основаны на малоизвестном широкому читателю фактическом материале, это своеобразный дневник, живое свидетельство непосредственного участника и очевидца многих важных событий в истории отношений наших двух стран. «Эта книга, – пишет автор, – скромная дань любви и уважения героическому, трудолюбивому и талантливому народу Вьетнама, с которым судьба связала меня на протяжении более полувека».В формате PDF A4 сохранен издательский макет.