Каникулы совести - [3]
Видимо, совершенно случайно, так сказать, по наитию я попал в самую точку, в самую суть нынешнего сложносочиненного этикета, с которым, признаться, знаком плохо (с каждым десятилетием все хуже), но, к вящему своему стыду, всё никак не соберусь покрепче закадычиться на спецкурсах, — попал метко, ибо, судя по короткому, но довольному хмыку в трубке, моему влиятельному собеседнику такое начало понравилось. Он, видимо, был из числа любителей утончённых умственно-волевых поединков — что, в общем, для министра госбезопасности и неудивительно.
Однако он, чертяка, не торопился сдавать позиции. Уже совсем по-приятельски он поинтересовался:
— Ну, и как мы живём-поживаем?
— на что я, в свою очередь, бодро ответил, что, дескать, ничего, всё в ажуре, едва удержавшись от фривольного: — А у тебя как делишки, Игорёк? — Ощущение полной абсурдности происходящего плюс кристально-ясное осознание того, что добром оно не кончится, всё больше приводили меня, к моему ужасу, в состояние истерического веселья, которое я если и ухитрялся сдерживать, то лишь потому, что отдал борьбе с нежелательными психическими процессами без малого семьдесят лет.
А он всё не давал мне расслабиться, всё тыкал незримым пальцем то под правое, то под левое ребро, заводя то про моду, то про погоду. В этом жарком июле все московские красотки синхронно перешли на прозрачные юбочки и короткие бриджики, сообщил он мне, чуть не мурлыча. Сущее загляденье. Что ж, ему виднее. Мне-то, старому кроту, на девушек особо заглядываться не приходится. Как так — я что, совсем никуда не выхожу?.. Совсем-совсем?.. Экая жалость. А он-то, Кострецкий, как раз хотел пригласить меня на свидание.
— В театр или на дискотеку? — чуть было не спросил я, грубо заржав, но вовремя скрутил себя — и лихорадочно заискал уехавшие куда-то под тумбочку перо и блокнот. Конечно-конечно, Игорь Игоревич, я всегда готов. Пациенты подождут. Статьи в солидных интернет-журналах тоже с удовольствием покурят в коридоре. Для вас у меня каждый день — окно. Могу я на всякий случай пометить себе дату, время и ваши координаты?
Оказалось, записывать ничего не нужно:
— Мой человек заедет за вами.
Вот и всё. Вот как, значит, это сейчас делается. Только теперь, когда он перестал, наконец, дышать мне в ухо, меня заколотил озноб, аж зубы застучали. Нет, не от страха. Никакой вины за собой я не знал. Но сам факт. Кто я — и кто Кострецкий! Как он вообще узнал о моём существовании? Я изо всех сил напрягал мозги, но не мог найти никакого разумного объяснения такому парадоксу. И это пугало меня больше, чем любые возможные наказания и пытки.
В моём возрасте подобные стрессы вредны. А посему я, не теряя времени, прошлёпал на кухню и принял двадцать капель валокордина. После чего всё быстренько встало на свои места. Я — старейший член Психотерапевтической Коллегии России и вхожу в десятку самых активных и бодрых участников Московского Клуба Долгожителей. Видимо, меня хотят поощрить за это какой-нибудь симпатичной медалью или грамотой. Ну да, на правительственном уровне, а что тут такого? Партия Здоровья России всегда равнялась на таких вот старичков-бодрячков вроде меня. И немудрено — своим существованием мы как бы доказываем идеологическую верность взятого ею курса.
Короче, волноваться было не о чем. Кроме одного. Я ведь и в самом деле давненько не выходил в свет — даже на околонаучных тусовках и презентациях тематических журналов уж лет десять не маячил. Одичал, поди. Достоин ли мой сморщенный фэйс того, чтобы демонстрировать его таким лощёным-перелощёным красавчикам, как Игорь Кострецкий?..
Вот она — гадкая сторона старости. Это полвека назад мне было достаточно побриться и слегка пройтись по волосам растопыренной пятернёй, чтобы весь день ощущать себя импозантным и цивилизованным гражданином. Теперь же, чтобы хотя бы просто выглядеть пристойно, я должен прибегать к целой серии самых разнообразных, а то и унизительных ухищрений. Ничего не попишешь, таково уж нынешнее время — оно может простить мужчине всё, кроме пренебрежительного отношения к своей внешности. А я стараюсь не отставать от эпохи. На последнюю мою пресс-конференцию по вопросам современных психотехнологий я надел облегающие лиловые джинсы и васильковую рубашку-апаш, а морщинистую шею замаскировал полупрозрачной розовой косынкой — вышло очень даже презентабельно. Коллеги, во всяком случае, оценили. Но такой оттяжной персонаж, как Игорь Кострецкий, законодатель не только российских, но и зарубежных мод, боюсь, только посмеётся над этими маленькими хитростями.
Я подошёл к зеркалу и несколько секунд изучал себя критическим взором. То, что я там увидел, мне не понравилось. Может быть, потому, что я пытался глядеть на себя глазами Игоря Кострецкого. Я вдруг показался себе запущенным донельзя. Косматый, землисто-бледный, заросший седой щетиной Кощей. (Так и хочется сказать «Бессмертный», но этот бренд уже накрепко застолбили на высшем уровне.) Щетину, конечно, можно списать на то, что популярный политический деятель своим внезапным звонком не дал мне добриться. А зеленоватое лицо и стоящие дыбом волосы — на вполне понятное волнение от разговора с ним. Но, как себя ни оправдывай, никуда не денешься, придётся в оставшиеся два-три дня заняться собой как следует.
![Порочестер, или Контрвиртуал](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Красная верёвка](/storage/book-covers/b8/b809af94de9fdfc3972565f18f6a5524a4d57d73.jpg)
…Тем, кто меня знает, и крайне особенно тем, кто знает меня как личность, достигшую одной из самых высоких степеней духовного развития, как тонкого интеллектуала, — не стоит, пожалуй, видеть этого моего — подлинного — лица, лица почти неодушевлённой плоти…
![Зуд](/storage/book-covers/86/860bb0c5037d3197cb743c213cb5882c3cab1f0e.jpg)
С тех пор, как в семью Вадима Тосабелы вошёл посторонний мужчина, вся его прежняя жизнь — под угрозой. Сможет ли он остаться собой в новой ситуации?..
![Профессор Влад](/storage/book-covers/1f/1fd68b79e1b003c687f9984885ac90a85457c71b.jpg)
Какой была бы жизнь, если бы все люди выглядели одинаково? Юля знает ответ на этот вопрос — редкий дефект восприятия лиц окружающих у нее с детства. Но одному лицу все-таки удалось не затеряться в серой толпе. Это харизматичный профессор, которому болезнь Юли знакома не понаслышке. Возможно, именно ему удастся избавить девушку от коварного недуга…
![Матрица террора](/storage/book-covers/56/56a48d0f79f65e580627bb0883e0c225702315a7.jpg)
Как и другие дети, живущие в Городе, Тэк ненавидит Школу. В Школе над детьми издеваются, их унижают, мучают и бьют. Тэк покорно терпит садистские выходки педагогов, ведь если его исключат, он бесследно исчезнет из Города, как исчезали многие школьники до него… Он пока не подозревает, что в Городе назревает бунт, организаторами которого выступают подростки, выкинутые Системой за борт. Однако, когда любимая сестренка Тэка становится случайной жертвой террористического акта, мальчику приходится делать выбор. Начинается великий бунт подростков.
![Слепые идут в Ад](/storage/book-covers/09/0934e8c282949615179844e2bbf2429e478ccfcb.jpg)
Американская экспедиция загадочно пропала в тибетских горах в 1946 году. В ее трагической судьбе сплелись магические загадки «черной веры» бон-по и европейская эзотерика, тайные послевоенные планы американской разведки и деятельность азиатских «оккультных обществ», миф о «снежном человеке» и миф о «глобальном нацистском заговоре». Один из первых научно-фантастических романов, рассказывающем о подобном «коктейле» тем и идей современной культуры, наконец-то оказывается доступен и для русскоязычного читателя.
![Агнес на краю света](/storage/book-covers/3d/3dfefef98a6568c4f1b5714ad807cab9b679f486.jpg)
«Рассказ служанки» переплетается с «Дикими» в этом уникальном, романтическом романе от Келли Маквильямс. Агнес любит свой дом в Ред Крик — с его тихими, солнечным рассветами, пыльными дорогами и его Господом. Здесь она безустанно заботится о своих младших братьях и сестрах и следует строгим законам городка. Вот только она не знает, что Ред Крик — это культ под управлением сумасшедшего, считающего себя пророком. Повстречав Дэнни, мальчика извне, Агнес начинает задаваться вопросом: что же является грехом, а что нет? Ее младший брат Иезекииль умрет без инсулина, который она выменивает раз в месяц, идя наперекор запрету медицины.
![Шанс милосердия](/storage/book-covers/06/062bf2026ebf9ca51007121cebb3f73a78b6f7f4.jpg)
Что движет судьбой, какие силы управляют миром и определяют ход событий? Этот вопрос волнует не только человечество, которое постепенно расселяется по галактике, ответ на него ищут и котхи – представители расы, обладающей абсолютным могуществом в пределах материального мира. В глубокой древности они переселили с Земли на другую планету часть населения, желая направить её по «оптимальному» пути развития, однако люди пошли привычной дорогой войн, интриг и социальных катаклизмов. Воинственными жителями богатой ресурсами планеты заинтересовалась террористическая секта, исповедующая манихейство – учение, которое признаёт весь материальный мир порождением дьявола и ставит перед собой цель его полного уничтожения.