История русской риторики - [8]
благоречие
благоязычие
хитрословие
хитроречие
велеречие
великогласие
добрословие
доброглаголанье
доброречие
доброязычие
златословие
златоустие
искуснословие
многовещание
краснословие
красноглаголанье
красноречие
сладкогласие
Для понимания искусства речи в Древней Руси важно преимущественное осмысление хорошей речи как благословия и доброречия, элемент красно- начинает активно использоваться лишь в XVII в. и вызывает иногда двойственное отношение: слова красноглаголание (в азбуковниках) и краснословие (в «Риторике» 1620 г.) употребляются в положительном смысле. Слово же красноречие впервые отмечено у его хулителя – протопопа Аввакума.
В настоящей публикации отрывков-цитат с двусложными словами типа благоречие они распределяются по качествам речи: сначала даются слова, обозначающие наиболее ценимые древнерусскими книжниками свойства речи, – благость, доброта, красота, сладость; затем слова, обозначающие отрицательные качества речи, – празднословие, злословие, сквернословие. И, наконец, приводятся слова-антонимы, обозначающие прямо противоположные качества речи: велеречие – бессловесие (при этом безмолвие – образец, иноческого бытия), краткословие – многоречие, согласие – прекословие, остроязычие – косноязычие. Очевидно восхождение этих двусложных слов к греческим, их многовариантное существование.
В разделе приводятся также выдержки из произведений древнерусской литературы, в которых использованы слова, обозначающие отрицательные качества речи. Помимо цитат из памятников письменности даются словарные определения риторики из азбуковников, алфавитов, лексиконов.
Текст приводится в современной графике со ссылкой на памятник и время его создания. Выдержки из памятников письменности цитируются по следующим источникам: Срезневский И. И. Словарь древнерусского языка: Репринтное издание. М., 1989. – Т. 1–3; Словарь русского языка XI‑XVII вв. М., 1975–1995. – Т. 1—21; Словарь древнерусского языка (XI‑XIV вв.). М., 1988–1991. – Т. I‑IV.
Ве(и)тия, ве(и)тийство, риторика, ритор, оратор
[Василий вел.] вети[1] в ветьях, и прежде престол мудръих мудръих, философ в философех.
Кто ветьиством таков еже огньмь… душеть.
(13 слов Григория Богослова, пер. XI в.)
Истиньнаго богочестия проповедетеля и тайнаго неиздреченных ветия, звезду церковьную Луку божествьнаго похвалим, слово бо избра с Паулъмь мудрымъ, язъкъмь учительмь, един сведый сердецьнаа.
Ветиискыими бо вещании просветил есть ликы блаженыя, Иерофее, верныих.
(Служебные минеи за октябрь, 1096)
Божьствьною мудростию явльшася философа и в доброте словес явлъшася ветия… великаго Еустратия… восхвалим.
(Стихирарь, XII в.)
Не величание глагол и не речии ветия душу весть съкрушати, нъ съмерено слово.
… Учению внешнему прикасашеся… и абие прием крамотикию, таче по томь и риторикию прошьдъ – не яко же по ритором мняшеть си обычай имети, ни сих лъжам прикасашеться, ни инем тщеславивым и кычивыимъ, нъ въсприем елико на пользу суть сложения словес и составления…
(Житие Феодора Студита // Выголексинский сборник, XII в.)
Древнии бо философи Платон и Аристотель и прочая ветия много тружьшеся о небесной твари, уведети не получиша.
(Палея Толковая, XIII в.)
Сь, въпросимъ, како риторикию учил, и рече: склочил масла боле вина.
Ритори учаться законьнеи речи глаголати.
(Пчела, XIII в.)
Аз бо есмь груб умом и словом невежа… не бывшу ми в Афинех от уности, и не научихся у философов их ни плетениа риторъска, ни ветиискых глагол.
(Епифаний Премудрый. Житие Стефана Пермского, нач. XV в.)
По сем иде в Афины и предасть себе учителю Андригату, низъвыче всю риторию, небесных и земных вещей учениа.
(Житие Иоанна Златоуста, XV в.)
Во уме собрах яже от уст самаго старца слышах, иная же от ученик его и от инех некоих слышах, и сие нечто мало отчасти памяти ради написати понудихся, не яко любомудрию искусну ми сущу, или ветийствия разуму навыкшу, поелико возможно худому моему разуму постигнути.
(Житие преподобного Даниила, Переяславского чудотворца. Составлено протопопом Андреем-Афанасием, между 1556 и 1562)
Аще кто недовольне и несовершенне будет научился яже грамматикии и пиитики и ритории и самыя философии, не может прямо… разумети (речения).
Сама писания внешних философов и ритор велелепне воспевают величество… безсмертия.
(Максим Грек, XVI в.)
Ни пророци, ни учителие изряднии, ни книжницы премудрии, ни ветии словеснии научиша ны в познании таковыя превеликия божественныя благодати.
(Книга Степенная царскаго родословия, 1560-е годы)
Подобен есть древним ритором и великому Златоусту.
(Надгробное слово преподобному Иосифу Волоколамскому ученика и сродника его инока Досифея Топоркова, XVI в.)
… И избраша от восточных церквей ритори, мужи во благочестивых догматех сияющь.
(Князъ А. Курбский. История о осьмом соборе, XVI‑XVII вв.)
Не везде есть полза мудростно и витийно и потаенно писати и ведомостныя дела закрывати, но достоит явственно и просто начертовати, да всяк знает и разумеет.
(Повесть о внезапной кончине государя Михаила Федоровича, XVII в.)
Состоится философия седьмию мудростми:… вторая – речьточец, еже суть витийское препирателное толкование.
(Козмография, XVII в.)
![Основы русской филологии](/storage/book-covers/f9/f9abaeb6f0bbe5f250c920a95ab62188623f1b20.jpg)
В книге содержится обзор классических и современных взглядов на сущность предмета филологии как науки и общественно-речевой практики. Термины слово – язык – речь описаны с точки зрения эволюции русского филологического знания, а история филологических наук в России представлена как последовательный обзор словесных наук и словесности. Показана перспектива развития словесности, современных наук о речи и филологического знания в целом. В Приложении даны терминологические очерки слов филология, словесность, риторика, красноречие.Для студентов филологических факультетов, специалистов-лингвистов и всех, кто интересуется историей и современным состоянием наук о слове и речи.2-е издание.
![Исключение как правило: Переходные единицы в грамматике и словаре](/storage/book-covers/1a/1a5d5b2e45027586c51353fcc960ba47c4705b48.jpg)
В монографии обсуждаются переходные единицы, занимающие промежуточное положение между лексикой и грамматикой, между разными грамматическими уровнями, обладающие непрозрачностью формы и некомпозициональностью содержания, не вписывающиеся в традиционные лингвистические классификации. Причиной появления таких переходных единиц авторы считают процессы идиоматизации. В исследовании подчеркивается, что идиоматизация – один из постоянных и важнейших процессов конвенциализации речевого потока языковым сообществом.
![Образ мира в тексте и ритуале](/storage/book-covers/ed/ed5b3dad33ffe5d8385236e4f8086776d7fb7127.jpg)
Книга включает работы, относящиеся к области славянской этнолингвистики – дисциплины, изучающей язык, традиционную духовную культуру (обряды, обычаи, верования) и фольклор в их неразрывном единстве. Первый раздел книги посвящен теоретическим аспектам этнолингвистики и основным этапам ее формирования в отечественной науке и в польской этнолингвистической школе. Во втором разделе обсуждаются вопросы взаимодействия язычества и христианства в славянской культурной традиции и анализируются тексты, отражающие это взаимодействие.
![Статус документа: окончательная бумажка или отчужденное свидетельство?](/storage/book-covers/bd/bd92ab9347b174dae155c9396544115cdd9840d8.jpg)
Тема сборника лишь отчасти пересекается с традиционными объектами документоведения и архивоведения. Вводя неологизм «документность», по аналогии с термином Романа Якобсона «литературность», авторы — известные социологи, антропологи, историки, политологи, культурологи, философы, филологи — задаются вопросами о месте документа в современной культуре, о социальных конвенциях, стоящих за понятием «документ», и смыслах, вкладываемых в это понятие. Способы постановки подобных вопросов соединяют теоретическую рефлексию и анализ актуальных, в первую очередь российских, практик.
![Вводное слово в искусство перевода](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Книга ветерана эсперанто-движения Н.Ф. Дановского (1905–1988) посвящена теории н практике перевода с русского языка на эсперанто.
![Говорим правильно по смыслу или по форме?](/storage/book-covers/48/4875869b5425d4012ba58aca6cfab8e5a27dec54.jpg)
Эта книга – практикум, как говорить правильно на нашем родном языке не только по форме, но и по смыслу! Автор, профессор МГУ Игорь Милославский, затрагивает самые спорные вопросы, приводит наиболее встречающиеся в реальной жизни примеры. Те, где мы чаще всего ошибаемся, даже не понимая этого. Книга сделана на основе проекта газеты «Известия», имевшего огромную популярность.Игорь Григорьевич уже давно бьет тревогу, что мы теряем саму суть нашего языка, а с ним и национальную идентификацию. Запомнить, что нельзя говорить «ложить» и «звОнить» – это не главное.
![Библейские фразеологизмы в русской и европейской культуре](/storage/book-covers/83/831f6a8578bc33eccfe14803d84479aedb1504ce.jpg)
Книга представляет собой научный труд в популярном, доступном изложении. В ней рассказывается о библейских фразеологизмах (образных выражениях, пословицах, поговорках, афоризмах, крылатых изречениях) и библеизмах – словах в русском и других европейских языках, а также об отражении библейских образов, сюжетов, идей, правовых и морально – этических норм и воззрений древнего Востока в культуре народов, исповедующих христианскую религию. Особое внимание уделяется русской национальной культуре: использованию библейских слов и выражений в русском языке, в художественной и публицистической литературе, в изобразительном и музыкальном искусстве.Для гуманитариев разных специализаций: филологов, историков, культурологов, искусствоведов, школьных учителей, преподающих основы христианской (православной) культуры, а также для самого широкого круга читателей, интересующихся историей русского языка и культурой русского и европейских народов.Книга создана на кафедре общего и русского языкознания филологического факультета Российского университета дружбы народов (РУДН) при поддержке Российского государственного научного фонда (РГНФ).