Исаак Бродский - [5]
Совет профессоров Высшего художественного училища ознакомился с работами своего пенсионера, выполненными за границей, и единодушно высказался за предоставление ему вторичной командировки. Это решение подтвердило собрание Академии художеств, постановившее продлить ему пенсионерское содержание еще на год.
В Италии
Вторая поездка Бродского за границу длилась полгода. Через Константинополь, недолго пробыв в Африке, он приехал в Италию, где значительную часть времени провел в Риме.
Дальше произошло удачное стечение обстоятельств: на пароходе, где Бродский с товарищами-художниками плыл на остров Капри, чтобы обязательно встретиться с Горьким и написать его портрет, они случайно познакомились с Алексеем Максимовичем, находившимся на этом же пароходе. Возможно, кого-то из сегодняшних читателей удивит стремление живописцев из России встретиться с Горьким, но в то время имя писателя было у всех на слуху.
Так возник у Бродского первый портрет Горького, написанный ясно и просто. Он светел по колориту, имеет нейтральный фон и совсем не похож на образ «буревестника революции», каким напишет его Бродский через 27 лет. Тогда же завязалась у молодого художника дружба с Алексеем Максимовичем. 25 мая 1910 года в письме Любови Марковне Бродской писатель сообщает: «Сейчас проводил с Капри Исаака, которого полюбил за это время как родного. Чудесная у него душа и прекрасный, яркий талант, я очень обрадован знакомству с ним».
Общение с Горьким было дорого Бродскому еще и потому, что тот с ним делился своим мнением о современном российском искусстве, проявляя особую нежность и внимание к творчеству Ильи Репина и Валентина Серова. «Следует, чтобы он (Серов. - В.Б.) заглянул на остров Капри. Необходимо это! А то я очень огорчусь, сойду с ума, ослепну,оглохну и заболею чумой. Очень я его люблю...»
Портрет Максима Горького. Капри. 1910
Музей М. Горького, Москва
Портрет Марии Федоровны Андреевой. 1910
Музей-квартира И.И. Бродского, Санкт-Петербург
Итальянский вид. 1909-1911
Частное собрание, Москва
Горный пейзаж. 1910-е
Частное собрание, Москва
Среди неоспоримых талантов Бродского (мастерство пейзажиста, блестяще проявляемая способность к декоративизму, умение добиваться сходства в портретах) ранее не замечалось проникновение в психологию моделей. Да это и понятно: ко времени окончания Академии он был слишком молод и просто еще не накопил того жизненного багажа, который позволил бы тонко чувствовать внутреннее состояние другого человека. Из обширного портретного наследия художника Портрет Марии Федоровны Андреевой (1910) - самый психологический. Казалось, так легко было ее изобразить нарядной красавицей или светской дамой, каковой она и была. Но Бродский увидел грустного, чуть усталого, много пережившего человека. Большая светлая шаль окутывает ее, создавая иллюзию «укрытости» от внешних бурь и волнений. А таковых было немало: после декабрьского восстания 1905 года, в котором она и Горький принимали активное участие, им пришлось покинуть Россию. Годы преследований, пребывание в Америке и Европе сменились, наконец,относительно спокойной жизнью в Италии на острове Капри. Талантливая актриса, Мария Федоровна стала секретарем, издателем, переводчиком Горького, его женой и другом.
Если двадцатишестилетний Бродский на небольшом холсте сумел передать столь сложной образ этой незаурядной женщины, значит, действительно, традиции русского психологического портреты были им усвоены. Портрет писался в комнате у окна, а пейзаж был исполнен позднее. Как это часто бывает у Бродского, за спиной модели появился красивый узор из ветвей и листьев. Глядя на этот орнаментальный фон, удивляешься, почему художник никогда не стремился найти себя в декоративно-прикладном искусстве? Узоры для тканей, роспись фарфора, создание живописных панно могли расширить творческие рамки живописца. Но,вероятно, подобная «всеохватность» различных сфер художественной деятельности была ему несвойственна. А если приходилось «изменять» станковой живописи, то только реализуя пристрастие к коллекционированию произведений искусства.
Закономерно, что, приехав в незнакомую страну, любой художник обычно начинает писать новые для себя мотивы, определяющие, по его мнению, лицо страны. Не удивительно, что, попав впервые в Париж (каждый в свое время), такие разные живописцы, как Василий Перов, Иван Крамской, Илья Репин начали рисовать одни и те же уличные театральные представления.
Павлины. 1910
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург
Таверна в гроте. 1910
Государственная Третьяковская галерея, Москва
Сказка. Вариант. 1911
Собрание Регионального государственного фонда поколений Ханты-Мансийского автономного округа
В Испании Бродский написал бой быков, а в Италии помимо портретов появились новые мотивы. Это были пейзажи и композиции, наполненные впечатлениями и эмоциями, вызванными праздничностью итальянской действительности, ее природы. Не случайно, когда Горький уговаривал его снова приехать из России в Италию, он писал 14 ноября 1910 года: «Полагаю, что и вам здесь было бы лучше, чем в ином месте. Спокойнее, чем на святой Руси, теплее и красивее, не так ли? А у вас там целое лето будут лить дожди, каждый день будете вы читать газету, а в ней ежедневно шестнадцать самоубийств».
![Николай Крымов](/storage/book-covers/39/395ac2b0937aa29dd4dad18f4d35f38b4dec5bb2.jpg)
История искусства знает много примеров, когда в совсем, казалось бы, «нехудожественных» семьях вырастали знаменитые художники. Такими были сын суворовского солдата Павел Федотов, Илья Репин, вышедший из семьи военного поселенца, или потомок вольнолюбивых казаков Василий Суриков. Но существуют и обратные примеры, когда художественная атмосфера дома позволяет рано раскрыться способностям ребенка. Именно в таких семьях выросли Сильвестр Щедрин, Александр Иванов, Карл Брюллов, Александр Бенуа. Николай Крымов был правнуком, сыном, братом и даже зятем художников.
![Фантастический киномир Карела Земана](/storage/book-covers/54/54eac315549228c192a0144c6c48ed550a4800dd.jpg)
Книга посвящена творчеству выдающегося чехословацкого режиссера, народного художника ЧССР Карела Земана, одного из зачинателей национальной школы кукольного кино, получившей широкую известность во всем мире. Автор рассматривает особенности художественного метода К. Земана, его новаторские поиски в области кукольной мультипликации и игрового кино.
![Дневник театрального чиновника (1966—1970)](/storage/book-covers/69/690bd22c03e761063471bafba2baaef0cf1fb8e9.jpg)
От автора Окончив в 1959 году ГИТИС как ученица доктора искусствоведческих наук, профессора Бориса Владимировича Алперса, я поступила редактором в Репертуарный отдел «Союзгосцирка», где работала до 1964 года. В том же году была переведена на должность инспектора в Управление театров Министерства культуры СССР, где и вела свой дневник, а с 1973 по 1988 год в «Союзконцерте» занималась планированием гастролей театров по стране и их творческих отчетов в Москве. И мне бы не хотелось, чтобы читатель моего «Дневника» подумал, что я противопоставляю себя основным его персонажам. Я тоже была «винтиком» бюрократической машины и до сих пор не решила для себя — полезным или вредным. Может быть, полезным результатом моего пребывания в этом качестве и является этот «Дневник», отразивший в какой-то степени не только театральную атмосферу, но и приметы конца «оттепели» и перехода к закручиванию идеологических гаек.
![Амедео Модильяни](/storage/book-covers/c0/c080fd3def15304769f675bcf6b1f773a026e8d5.jpg)
Есть в искусстве Модильяни - совсем негромком, не броском и не слишком эффектном - какая-то особая нота, нежная, трепетная и манящая, которая с первых же мгновений выделяет его из толпы собратьев- художников и притягивает взгляд, заставляя снова и снова вглядываться в чуть поникшие лики его исповедальных портретов, в скорбно заломленные брови его тоскующих женщин и в пустые глазницы его притихших мальчиков и мужчин, обращенные куда-то вглубь и одновременно внутрь себя. Модильяни принадлежит к счастливой породе художников: его искусство очень стильно, изысканно и красиво, но при этом лишено и тени высокомерия и снобизма, оно трепетно и человечно и созвучно биению простого человечьего сердца.
![Величина качества](/storage/book-covers/03/036cd9d288b97193f544cb876053431abde8253c.jpg)
Книга историка религии Бориса Фаликова посвящена такой малоизученной теме, как влияние оккультизма и восточных религий (прежде всего индуизма и буддизма) на искусство XX столетия. Среди ее героев знаменитые гуру и оккультисты – Елена Блаватская и Рудольф Штайнер, Петр Успенский и Георгий Гурджиев, Алистер Кроули и те, кто принес дзен-буддизм и индуизм в западную культуру. А также писатели и художники, режиссеры и музыканты – Казимир Малевич и Василий Кандинский, Тристан Тцара и Андре Бретон, Питер Брук и Джером Дэвид Сэлинджер… По ходу чтения читателей ждет немало сюрпризов.
![Виктор Иванов](/storage/book-covers/e1/e186b0f5185c1ddc7e61539e1c84f7e76dedf9c6.jpg)
Творчество Виктора Ивановича Иванова - крупнейшее явление мировой художественной культуры. Образным строем, каждым элементом формы произведения мастера неразрывно связаны с живым бытием русского человека, неповторимой красотой родной природы. Глубокая укорененность в национальной почве вообще характерна для наших художественных талантов, какие бы общественные процессы и политические коллизии ни служили фоном для их деятельности. В самые тревожные и смутные дни они ясно сознавали, что истинa в народе, в его культурных традициях и нравственных представлениях.
![Краски времени](/storage/book-covers/e5/e5da2d71f06addc94870856b295da3b4a6b76fd8.jpg)
Эта книга — сборник очерков о русских, западноевропейских и советских художниках, об изобразительном искусстве. Цель книги — привлечь внимание молодого читателя к изобразительному искусству, помочь увидеть в созданиях того или иного художника его индивидуальность, его гражданскую позицию.Книга может быть использована для внеклассного чтения по истории культуры.
![Антуан Ватто](/storage/book-covers/69/6975a15b7ee3766d11527c42411852cb50ee149e.jpg)
При воспоминании о работах французского художника XVIII века Антуана Ватто (1684–1721) в памяти оживают его чарующие небольшие картины с изображением «галантных празднеств», как когда-то современники назвали тот жанр живописи, в котором работал художник. Его сценки с костюмированными фигурками кавалеров и дам в зелени парков Парижа и его окрестностей подобны хорошо срежиссированным театральным представлениям под открытым небом. Живопись Ватто несет в себе отзвук празднеств, проводимых в парках дворцов эпохи «Grand siécle» Короля-Солнце — Людовика XIV, и отклик на кардинальные изменения в мироощущении и предназначении художника нового начавшегося столетия — века Просвещения.
![Аркадий Пластов](/storage/book-covers/c0/c00707a040bfe4965264aa61744674b80b13a043.jpg)
Аркадий Александрович Пластов родился в 1893 году в художественно одаренной семье. Его дед был сельским архитектором, занимался иконописью. Свою любовь к искусству он передал сыну, а через него и внуку. Для последнего самым ярким воспоминанием юности был приезд в село артели иконописцев, приглашенных подновить росписи местной церкви, некогда изукрашенной отцом и дедом. С восхищением наблюдал юноша за таинственными приготовлениями богомазов, ставивших леса, растиравших краски, варивших олифу, а затем принявшихся чудодействовать разноцветными кистями в вышине у самого купола.
![Шишкин](/storage/book-covers/52/522374b48d7b83e836b89c58d8b3f5db9673f501.jpg)
Иван Иванович Шишкин (1832—1898) — русский художник-пейзажист, живописец, рисовальщик и гравёр-аквафортист. Представитель Дюссельдорфской художественной школы. Академик (1865), профессор (1873), руководитель пейзажной мастерской (1894—1895) Академии художеств.
![Алексей Степанов](/storage/book-covers/be/bebc87d38f732832afda0ea0d2ef98df0e0c0f49.jpg)
«Маленький стриженый человечек с помятым лицом, который, когда разговаривал, то от смущения расстегивал все пуговицы своего пиджака и опять их застегивал и потом начинал правой рукой щипать свой левый ус». Такими словами Антон Павлович Чехов в своем знаменитом рассказе Попрыгунья в образе доктора Коростелева изобразил внешность русского художника Алексея Степановича Степанова. Но зато как точно в этом рассказе показал он характер героя, его деликатность, скромность, мягкость и доброту... Именно таким замечательным характером обладал А.С.