Это происходит в Египте в наши дни - [29]
Мы проверили также все документы сельскохозяйственного кооператива, списки наемных сельскохозяйственных рабочих, но не обнаружили в них имени ад-Дабиш. Все это снова возвращает нас к вопросу: а существовал ли ад-Дабиш? Или взять его имя. Ад-Дабиш — производное от «дабш», а дабш[15] — это камень, из которого мамлюки строили свои дома. Поскольку из истории известно, что после резни в цитадели[16] мамлюков в Египте не осталось, то и камень вышел из употребления, а вместе с ним и имя. Все это свидетельствует о том, что ад-Дабиш не существовал. Любой, кто усомнится в сделанном мною выводе, может — наша новая жизнь дает ему такое право — обратиться в следственные органы и предъявить им доказательства существования человека по имени ад-Дабиш Араис. Но я утверждаю, что такого человека не было ни в ад-Дахрийе, ни в Бухейре, ни в дельте Нила, короче говоря, во всем Египте, равно как и на всем земном шаре.
Примечание. Тот, кто станет утверждать, что легенда об ад-Дабише истинная правда, обязан предъявить доказательства в виде документов, фотографий и фонозаписей, а не ограничиваться словесными утверждениями.
Официальные документы
1) Бюро регистрации актов гражданского состояния в Этай аль-Баруде провинции Бухейра свидетельствует о том, что им не выдавалось удостоверение личности или семейное удостоверение на имя ад-Дабиша Араиса. Военно-призывной пункт подтверждает, что он не имел никаких дел с гражданином по имени ад-Дабиш Араис: не призывал его в армию, не давал ему отсрочки или освобождения, не заносил в списки резервистов. Паспортно-эмиграционное управление провинции подтверждает, что лицо по имени ад-Дабиш Араис никогда не подавало заявление с просьбой о выдаче паспорта.
2) Проверкой книги регистрации рождений деревни ад-Дахрийя установлено:
За всю историю ад-Дахрийи в графы регистрации на букву «алиф» не было внесено человека по имени ад-Дабиш. Не обнаружено также регистрационной записи о рождении ребенка с именем Араис ад-Дабиш Араис.
В графах регистрации на букву «нун» числится много девочек, носящих имя Нурситту, но нет ни одной Нурситту ад-Дабиш, а на букву «гайн» нет мальчика по имени Габаши ад-Дабиш Араис.
Женское имя Судфа также не обнаружено. Был сделан официальный запрос маазуну о том, заключал ли он брак между мужчиной по имени ад-Дабиш Араис и женщиной по имени Судфа. Маазун засвидетельствовал, что такого брака он не заключал, и поклялся перед лицом мечети, что Судфа — имя не египетское, и называть им женщину не разрешается. А присвоение мужчине имени ад-Дабиш — это богохульство, ибо человек — творение Аллаха, а дабш — сорт камня. Как же можно называть подобным именем живое существо!
Второй доклад
В результате упорных розысков, проведенных во имя служения справедливости; на основании бесед со многими людьми, выразившими полную готовность явиться к господину офицеру и подтвердить все ими сказанное; в сотрудничестве с ответственными лицами, в числе которых председатель деревенского совета, врач, заведующий бюро по делам наемных сельскохозяйственных рабочих, инспектор школы, омда, председатель конфликтной комиссии АСС, собиравшимися пять раз для согласования многих вопросов, в первую очередь вопроса о политическом аспекте деятельности ад-Дабиша, установлено следующее.
Материальное положение. Ад-Дабиш получал большие доходы. Из-за нехватки рабочих рук в египетской деревне — многие уехали в город, другие ушли в армию, не годные к строевой службе заняты в вооруженных силах в качестве вольнонаемных — поденная плата возросла с десяти пиастров до фунта. Раньше ад-Дабиш работал в поле от восхода до заката. Потом наемным рабочим были установлены определенные часы работы, точно государственным служащим. Раньше девяти ад-Дабиша в поле не увидишь, и участки работы он выбирал поближе к дороге, чтобы спрашивать у прохожих время. В два часа дня уже заявляет, что пора отдохнуть, и до четырех прохлаждается. А в шесть часов рабочий день кончается. Если так будет продолжаться и дальше, интересы государства могут серьезно пострадать. Трудно даже вообразить, какие требования начнут выставлять ад-Дабиш и его приятели. Не исключено, что потребуют пятичасовой чай на английский манер. Следовательно, деньги буквально текли в руки ад-Дабиша. Его часто видели у бакалейщика, мясника, портного, торговца тканями, словом, в таких местах, где подобные ему бывают редко. Он совершал также поездки в Этай аль-Баруд, Кяфр аз-Зайят и Даманхур. Иногда отсутствовал по два дня. К нему также приезжали гости из города, жили сутками, вели тихими голосами какие-то разговоры. На вопросы о том, кто эти незнакомые гости, он отвечал, что это родственники по материнской линии. По мере приближения визита высокого гостя посещения участились; если раньше они имели место приблизительно раз в два месяца, то теперь «родственники» появлялись каждые две недели. Говорят — правда ли это, Аллах знает, — что ад-Дабишу привозили деньги, которые он распределял между своими коллегами сельскохозяйственными рабочими. Некоторые даже утверждают, что он ездил в Джанаклис и в провинцию ат-Тахрир, где встречался с наемными рабочими из числа жителей ад-Дахрийи, причем делал это с великими предосторожностями. Чтобы не привлекать к себе внимания, денег не тратил и продолжал работать на полях других как ни в чем не бывало. А когда была получена американская помощь, специально предпринял свою акцию с целью настроить людей против визита президента Никсона. Но какие бы антипатриотические поступки он ни совершал, встреча президента пройдет на самом высоком уровне. Все состоятельные люди в деревне, родовитые семьи, крупные землевладельцы — а они люди образованные, многие учились за границей — хорошо осознают, в чем заключаются интересы страны. Что же до ад-Дабиша и ему подобных полулюдей, то они понимают лишь прямую материальную выгоду. Здесь следует остановиться на главном событии — нападении ад-Дабиша на врача, который был занят распределением даров дружеского американского народа героическому египетскому народу. Нападение на врача, да еще в такой ответственный момент — факт далеко не случайный и должен рассматриваться как покушение на политику государства, на его суверенитет, на самые высшие национальные ценности. Это нападение отражает настроения, распространившиеся среди части жителей ад-Дахрийи накануне визита американского гостя: визит вызывает недовольство и даже протесты. В оправдание своей позиции недовольные приводят тысячи доводов, начиная от национальных интересов и кончая идеологическими разногласиями, и пытаются бередить старые, давно затянувшиеся раны, вспоминая погибших в четырех войнах и указывая на безруких, безногих и безглазых инвалидов, бродящих по улицам ад-Дахрийи. При этом все время напоминают, что именно Америка снабжала Израиль оружием. Мы, конечно, знаем их побуждения и цели — их позиция целиком и полностью враждебна Египту. Она на руку лишь тем, кто стоит за их спиной. Мы не исключаем возможности того, что сельскохозяйственный рабочий выполнял чье-то задание и его нападение на господина врача есть попытка скомпрометировать американскую помощь и визит, тем более что произошло оно за сорок восемь часов до проезда президентского кортежа и моментально стало известно всей деревне. Трудно предположить, чтобы ад-Дабиш действовал в одиночку. Наверняка существует организация, которая подготовила и финансировала мероприятие. Иначе как бы осмелился сельскохозяйственный рабочий поднять руку на врача, совершить поступок, не имеющий прецедента в истории египетской деревни. Врач — государственный чиновник, человек особой категории. В глазах крестьян он единственный, кто может спасти от болезни, принести исцеление. Тем самым он уподобляется существу высшего порядка и получает право на уважение, граничащее с богопочитанием. Это доказывается хотя бы тем, что ни один человек в деревне не называет его словом «доктор», обращаясь к нему, все говорят «господин» или «бей». Да и сам замысел операции вряд ли мог прийти в голову простому сельскохозяйственному рабочему. В этом месте врач потребовал вставить следующую научную фразу: «Уровень мышления крестьянина не позволяет ему оперировать отвлеченными понятиями, он способен постичь лишь вещи, имеющие конкретный материальный смысл. Идея имитации живота с целью получения помощи могла принадлежать лишь человеку, не являющемуся жителем деревни».
В сборник вошли три повести: «Происшествие на хуторе аль-Миниси», «Это происходит в Египте в наши дни» и «Война на земле Египта» Юсуфа аль-Куайида — одного из ведущих современных прозаиков Арабской Республики Египет. Произведения Куайида — своего рода история египетской деревни наших дней. Органически вплетая в художественную ткань документальные материалы, автор создает живые картины быта и нравов египетских крестьян-феллахов, тех перемен, которые происходят в их психологии и миропонимании.Тема документа как неистинной, искажающей, мистифицирующей истину, но жестокой и всемогущей силы — тема совершенно новая для египетской прозы.
В сборник вошли три повести: «Происшествие на хуторе аль-Миниси», «Это происходит в Египте в наши дни» и «Война на земле Египта» Юсуфа аль-Куайида — одного из ведущих современных прозаиков Арабской Республики Египет. Произведения Куайида — своего рода история египетской деревни наших дней. Органически вплетая в художественную ткань документальные материалы, автор создает живые картины быта и нравов египетских крестьян-феллахов, тех перемен, которые происходят в их психологии и миропонимании.«Происшествие на хуторе аль-Миниси» (1971), тайна, окружающая смерть Сабрин, дочери ночного сторожа Абд ас-Саттара, раскрывается очень быстро.
В сборник произведений современного румынского писателя Иоана Григореску (р. 1930) вошли рассказы об антифашистском движении Сопротивления в Румынии и о сегодняшних трудовых буднях.
«Песчаный берег за Торресалинасом с многочисленными лодками, вытащенными на сушу, служил местом сборища для всего хуторского люда. Растянувшиеся на животе ребятишки играли в карты под тенью судов. Старики покуривали глиняные трубки привезенные из Алжира, и разговаривали о рыбной ловле или о чудных путешествиях, предпринимавшихся в прежние времена в Гибралтар или на берег Африки прежде, чем дьяволу взбрело в голову изобрести то, что называется табачною таможнею…
Отчаянное желание бывшего солдата из Уэльса Риза Гравенора найти сына, пропавшего в водовороте Второй мировой, приводит его во Францию. Париж лежит в руинах, кругом кровь, замешанная на страданиях тысяч людей. Вряд ли сын сумел выжить в этом аду… Но надежда вспыхивает с новой силой, когда помощь в поисках Ризу предлагает находчивая и храбрая Шарлотта. Захватывающая военная история о мужественных, сильных духом людях, готовых отдать жизнь во имя высоких идеалов и безграничной любви.
1941 год. Амстердам оккупирован нацистами. Профессор Йозеф Хельд понимает, что теперь его родной город во власти разрушительной, уничтожающей все на своем пути силы, которая не знает ни жалости, ни сострадания. И, казалось бы, Хельду ничего не остается, кроме как покорится новому режиму, переступив через себя. Сделать так, как поступает большинство, – молчаливо смириться со своей участью. Но столкнувшись с нацистским произволом, Хельд больше не может закрывать глаза. Один из его студентов, Майкл Блюм, вызвал интерес гестапо.
Что между ними общего? На первый взгляд ничего. Средневековую принцессу куда-то зачем-то везут, она оказывается в совсем ином мире, в Италии эпохи Возрождения и там встречается с… В середине XVIII века умница-вдова умело и со вкусом ведет дела издательского дома во французском провинциальном городке. Все у нее идет по хорошо продуманному плану и вдруг… Поляк-филолог, родившийся в Лондоне в конце XIX века, смотрит из окон своей римской квартиры на Авентинский холм и о чем-то мечтает. Потом с риском для жизни спускается с лестницы, выходит на улицу и тут… Три персонажа, три истории, три эпохи, разные страны; три стиля жизни, мыслей, чувств; три модуса повествования, свойственные этим странам и тем временам.
Герои романа выросли в провинции. Сегодня они — москвичи, утвердившиеся в многослойной жизни столицы. Дружбу их питает не только память о речке детства, об аллеях старинного городского сада в те времена, когда носили они брюки-клеш и парусиновые туфли обновляли зубной пастой, когда нервно готовились к конкурсам в московские вузы. Те конкурсы давно позади, сейчас друзья проходят изо дня в день гораздо более трудный конкурс. Напряженная деловая жизнь Москвы с ее индустриальной организацией труда, с ее духовными ценностями постоянно испытывает профессиональную ответственность героев, их гражданственность, которая невозможна без развитой человечности.