Эпоха крестовых походов и ее герои - [63]
Римская курия сочла необходимым призвать христиан к новому походу. Но трудно представить себе атмосферу, менее благоприятную для его осуществления. Если со смертью Фридриха гибеллинская политика не находила ярких представителей в семье Гогенштауфенов, то она всецело была воспринята братом самого Людовика — сицилийским королем Карлом Анжуйским, которого папство прочило и в императоры. В 1261 году он заключил договор с Балдуином II, которым возложил на себя задачу восстановления Романии с перспективами наследства в ней, а в 1269 году претендентка на иерусалимскую корону Мария Антиохийская передала ему свои права на Палестину. Он, разумеется, собирался осуществить эти права, однако само по себе освобождение Святой земли интересовало Карла Анжуйского значительно меньше, чем новое завоевание Византии.
Людовик Святой воспротивился этому всей силой своего авторитета. И этого авторитета, как выяснилось, еще оказалось достаточно, чтобы был совершен еще один «путь за море». Надо признать, однако, что в большинстве населения Франции призыв к крестовому походу встретил равнодушие или прямое возмущение. Подготовка к походу сопровождалась зловещими предзнаменованиями. «Уснул я под утро, — рассказывает Жуанвиль, — и увидел во сне короля на коленях перед алтарем. Несколько прелатов надевали на него алую сорочку из реймсской саржи». Духовник Жуанвиля разъяснил сон, как предсказание, «что завтра король примет крест». Алый цвет сорочки намекал на кровь, бедный материал на то, что поход будет иметь печальный исход. «Думаю, — продолжает Жуанвиль, — смертный грех взяли на себя те, кто советовал ему идти». Что удивительно, Жуанвиль — верный вассал короля и его биограф — счел возможным для себя отказаться от участия в походе: «Я останусь дома, чтобы устраивать и защищать свой собственный народ… Он беднеет и разоряется, пока мы странствуем за морем на службе у Бога и короля». Из этого мы можем заключить, как изменилась обстановка между Седьмым и Восьмым крестовыми походами.
Жуанвиль остался участвовать в устроении новой Франции. Людовик ушел на Восток, чтобы погибнуть за идею крестоносного подвига, в исполнение молитвы, за которой однажды застал его Жуанвиль: «Господи, исполни желание моего сердца: утверди мир между христианами. Если же мне суждено умереть, дай мне умереть у великого подвига, в служении Тебе».
Желание сердца было исполнено только во второй его половине. В 1270 году Людовика IX, как и очень значительную часть его армии, унесла чума, разыгравшаяся на тунисском побережье, где высадились крестоносцы Восьмого похода. Карл Анжуйский после смерти короля немедленно переправил оставшуюся армию обратно в Европу. Поход, таким образом, как и предсказывал духовник Жуанвиля, имел печальный исход.
Некому было больше зажигать остывавший жар Европы, и христианской Сирии пришлось покориться своей судьбе.
В 1291 году мусульманами была взята Акра — последний оплот христиан.
Глава VII
Эпилог крестовых походов
Название обещало читателю историю эпохи крестовых походов. И это название, и обещание могли вызвать вопрос, возможна ли такая история. Никто не сомневается, что можно говорить об истории папства, городов, монархов. Там речь идет о явлениях, которые жили непрерывной жизнью. Их сменяющиеся состояния и возникающие из этого факты мы соотносим с чем-то одним непрерывно длящимся, у чего меняются — если возможно такое сближение — сказуемые, определения, обстоятельства места и времени, но остается всегда подлежащее.
Так ли обстоит дело с крестовыми походами? С 1096 года, когда божьи воины впервые спустились в долину Дуная, чтобы искать пути в Обетованную землю, до 1270 года, когда корабли французского короля Людовика Святого покинули Эг-Морт и взяли путь на Тунис, прошло почти два века. В эти два века несколько раз большие массы людей приходили в движение и покидали Европу, чтобы — зачастую в большинстве своем — не дойти до Иерусалима: погибнуть или вернуться. Либо, достигнув Святого города, принести затем домой славу или разочарование и засесть в своих шампанских и лотарингских углах с рассказами о «пути за море» — до нового поколения, которое, не обогащаясь ошибками отцов и достигнув их лет, пойдет по их следам.
Осязаемые результаты крестоносного движения незначительны. «Первый крестовый поход, — замечает французский историк Люшер[86], — который взбудоражил всю Европу и заставил трепетать Азию, привел к основанию нескольких латинских колоний на сирийском побережье — результат ничтожный, если сопоставить его с огромностью усилий. Да и его-то достигли для того, чтобы вслед за тем немедленно потерять. Прежде, чем Иннокентий III стал папой, две мусульманские державы, Дамасская и Каирская, после долгой и фатальной для ислама вражды, слились и вновь отвоевали Иерусалим. Все надо было начинать сначала».
![Крестом и мечом. Приключения Ричарда І Львиное Сердце](/storage/book-covers/41/41f505474a6f54784e0d2bf75f1e78ab75f42175.jpg)
Добиаш-Рождественская О. Крестом и мечом. Приключения Ричарда I Львиное Сердце. Послесл. Б. С. Кагановича. - М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1991. - 112 с. (ISBN: 5-02-017271-5)Перед читателями - книга О.А. Добиаш-Рождественской, одного из самых талантливых русских историков западного Средневековья, представляющая собой, несмотря на небольшой объем, фундаментальное историческое исследование и одновременно замечательное по "интриге", композиции и стилю произведение. Автор изумительным по яркости и богатству красок языком воссоздает зримую картину исторического прошлого, дает отменную психологическую характеристику Ричарда Львиное Сердце ("драматическая фигура блестящего авантюриста и бесстрашного скитальца по суше и морям, жизнь, полная головокружительных успехов и роковых неудач")
![Сэкигахара: фальсификации и заблуждения](/storage/book-covers/80/80faccd9cb98ea4c1b1f214dc044c99bfc90a1bb.jpg)
Сэкигахара (1600) — крупнейшая и важнейшая битва самураев, перевернувшая ход истории Японии. Причины битвы, ее итоги, обстоятельства самого сражения окружены множеством политических мифов и фальсификаций. Эта книга — первое за пределами Японии подробное исследование войны 1600 года, основанное на фактах и документах. Книга вводит в научный оборот перевод и анализ синхронных источников. Для студентов, историков, востоковедов и всех читателей, интересующихся историей Японии.
![Оттоманские военнопленные в России в период Русско-турецкой войны 1877–1878 гг.](/storage/book-covers/8b/8ba25fd558aaf18130f51a8997d5be8e03b68233.jpg)
В работе впервые в отечественной и зарубежной историографии проведена комплексная реконструкция режима военного плена, применяемого в России к подданным Оттоманской империи в период Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. На обширном материале, извлеченном из фондов 23 архивохранилищ бывшего СССР и около 400 источников, опубликованных в разное время в России, Беларуси, Болгарии, Великобритании, Германии, Румынии, США и Турции, воссозданы порядок и правила управления контингентом названных лиц, начиная с момента их пленения и заканчивая репатриацией или натурализацией. Книга адресована как специалистам-историкам, так и всем тем, кто интересуется событиями Русско-турецкой войны 1877–1878 гг., вопросами военного плена и интернирования, а также прошлым российско-турецких отношений.
![Секрет Черчилля](/storage/book-covers/b3/b34999063745ddad0a4b14b3475e77e46111fe25.jpg)
Книга «Секрет Черчилля», принадлежащая перу известного во Франции, Бельгии, других европейских странах и США журналиста Э. Н. Дзелепи, посвящена периоду последних лет второй мировой войны и первых лет послевоенного периода. Она представляет собой серьезное и весьма интересное исследование, написанное на основе изучения богатого документального материала и широкого круга мемуарных источников. Главная тема книги — раскрытие коварных замыслов Черчилля в последний период войны и первые послевоенные годы, его стремления разжечь пожар новой мировой войны, объединить все империалистические, все реакционные силы для «крестового похода» против СССР.
![Загадка завещания Ивана Калиты](/storage/book-covers/45/45560ef4b6bbd48b6e8d681718fe859e6e9fd46d.jpg)
Книга доктора исторических наук К.А. Аверьянова посвящена одному из самых интересных и загадочных вопросов русской истории XIV в., породившему немало споров среди историков, — проблеме так называемых «купель Ивана Калиты», в результате которых к Московскому княжеству были присоединены несколько обширных северных земель с центрами в Галиче, Угличе и Белоозере. Именно эти города великий князь Дмитрий Донской в своем завещании 1389 г. именует «куплями деда своего». Подробно анализируются взгляды предшествующих исследователей на суть вопроса, детально рассматриваются указания летописных, актовых и иных первоисточников по этой теме.
![Чрезвычайная комиссия](/storage/book-covers/3f/3fe92b5b0554db1be4d20933d8d09d7c49250d54.jpg)
Автор — полковник, почетный сотрудник госбезопасности, в документальных очерках показывает роль А. Джангильдина, первых чекистов республики И. Т. Эльбе, И. А. Грушина, И. М. Кошелева, председателя ревтрибунала О. Дощанова и других в организации и деятельности Кустанайской ЧК. Используя архивные материалы, а также воспоминания участников, очевидцев описываемых событий, раскрывает ряд ранее не известных широкому читателю операций по борьбе с контрреволюцией, проведенных чекистами Кустаная в годы установления и упрочения Советской власти в этом крае. Адресуется массовому читателю и прежде всего молодежи.
![Монголия в XIII–XIV веках](/storage/book-covers/21/211ebe4f0db29aa0abd46e1a15cb72b2508aed85.jpg)
Опираясь на монгольские и китайские источники, а также широкий круг литературы, автор книги подробно описывает хозяйство, политические и социально-экономические институты, состояние культуры монгольского народа в период господства монгольских завоевателей в Китае (1260–1388).
![Повседневный мир русской крестьянки периода поздней империи](/storage/book-covers/9c/9c2d8a64e87f27443b37aee0ea1d984545ebf5e0.jpg)
В этой книге рассказывается о том, как строились отношения в крестьянской семье, как женились и разводились, как воспитывали детей. Каковы были повседневный быт, отношение к религии, устройство жилья, представления о гигиене. В чем заключалась сугубо женская обрядность. Что считалось личной собственностью женщины в имуществе двора, какую роль она играла в крестьянской общине и почему случались «бабьи бунты». А также — об интимной жизни крестьянки, узаконенных обычаем «ласках» свекра, проституции и женской преступности, о публичных — всей общиной — наказаниях провинившихся.
![Культы, религии, традиции в Китае](/storage/book-covers/70/706d09e5d22c085933c3e6915b353442ad7f3b8a.jpg)
Книга Леонида Васильева адресована тем, кто хочет лучше узнать и понять Китай и китайцев. Она подробно повествует о том, , как формировались древнейшие культы, традиции верования и обряды Китая, как возникли в Китае конфуцианство, даосизм и китайский буддизм, как постепенно сложилась синтетическая религия, соединившая в себе элементы всех трех учений, и как все это создало традиции, во многом определившие китайский национальный характер. Это рассказ о том, как традиция, вобравшая опыт десятков поколений, стала образом жизни, в основе которого поклонение предкам, почтение к старшим, любовь к детям, благоговение перед ученостью, целеустремленность, ответственность и трудолюбие.
![Жизнь пророка Мухаммеда](/storage/book-covers/e5/e5e0b610da2fca28ee4cd758e127be51395f10f7.jpg)
Есть две причины, по которым эту книгу надо прочитать обязательно.Во-первых, она посвящена основателю ислама пророку Мухаммеду, который мирной проповедью объединил вокруг себя массы людей и затем, уже в качестве политического деятеля и полководца, создал мощнейшее государство, положившее начало Арабскому халифату. Во-вторых, она написана выдающимся писателем Вашингтоном Ирвингом, которого принято называть отцом американской литературы. В России Ирвинга знают как автора знаменитой «Легенды о Сонной Лощине», но его исторические труды до сих пор практически неизвестны отечественному читателю.
![Жизнь «Ивана»](/storage/book-covers/86/86e79586e0ab3a2b6463d442b34b06ed4d8de7cf.jpg)
Быт дореволюционной русской деревни в наше время зачастую излишне омрачается или напротив, поэтизируется. Тем большее значение приобретает беспристрастный взгляд очевидца. Ольга Семенова-Тян-Шанская (1863 1906) — дочь знаменитого географа и путешественника и сама этнограф — на протяжении многих лет, взяв за объект исследования село в Рязанской губернии, добросовестно записывала все, что имело отношение к быту тамошних крестьян. В результате получилась удивительная книга, насыщенная фактами из жизни наших предков, книга о самобытной культуре, исчезнувшей во времени.