Денис Давыдов (Эскадрон гусар летучих) - [9]
— А потом?
— Как бог даст. После войны воля обещана.
— Это кто ж обещал? — спросил Денис.
— Кто да что! — сердито отозвалась она. — Я обещала! А что не по нам — в бега. К казакам дорога торная.
— О как! — сказал один из мужиков и сделал неуверенный шаг вперед.
— Да ты что, собачий сын? Нализался? — оборвала его Катерина.
— Я… по случаю замирения.
— Забыл, как я одному такому голову снесла? Ну, что уши развесили? Не при господах — баклуши бить! Неровен час, француз нагрянет!
Мужики подались назад и скрылись за дверью.
— Э, да ты атаманша, — сказал Денис.
— Раз поставили, так и атаманша, — поведя плечом, ответила она. Искоса посмотрела на него и по-бабьи засмущалась: перед ней сидел пышноусый гусар и насмешливо улыбался.
— А стрелять умеешь? — спросил он.
— Надо было — стре́лила. Дело нехитрое.
— Думаешь? — захохотал Денис. — Гвоздь видишь? — Вскинул пистолет, примерился и выстрелил, вогнав шляпку гвоздя в стену.
В дверях тотчас появился Яшка-цыган.
— Ну что тебе? — рассердился Денис. — Маневры у нас, понял?
— Иди, — усмехнулась Катерина, и Яшка вышел.
— Теперь давай ты, — оживился Денис. — Вон — рядом другой гвоздь. Не попадешь?
— Вы́думаете!
— Попадешь, попадешь! — Он подошел к ней, почти насильно сунул ей в руку пистолет и слегка приобнял ее.
— Да что вы, ваше благородие… — Она оттолкнула Дениса. — Я уж сама, как умею… — Испуганно посмотрела на него, но он улыбался такой широкой и простодушной улыбкой, что она послушно взяла пистолет.
— Заспорим? — сказал он, откровенно любуясь ею.
— Чего?
— Заспорим, говорю: попадешь — я тебя поцелую, не попадешь — ты меня. Согласна, а?
— Чего надумал! Враз кликну мужиков, они с тебя живо золото пообрывают!
— Ладно, ладно! — Он обхватил ее со спины, и сжав ее руку, стал медленно вести ее — вправо, влево, выше, ниже… Он делал это не спеша, лицо его касалось ее щеки, и он колдующим шепотом приговаривал: — В ямке прицела увидишь мушку… И как только увидишь… — И продолжал вести ее руку. — Ну, ну!.. Нажимай!
Выстрел.
И в ту же секунду опять вырос, как из-под земли, Яшка-цыган.
— Не попала! — ликующе вскричал Денис. — Плати, командирша!
— Ваше благородие… — растерянно говорила Катерина, вся раскрасневшись. И тут увидела Яшку. — Вот липучий, спасу нет, — обернулась она к нему, но в досадливо-сердитом ее голосе была и ласковость. — Ну, иду я, иду, чего там произошло?
Яшка исчез, а Денис остановил ее:
— Постой, о деле потолкуем. В мой отряд хочешь?
— Извиняй, ваше благородие, а только мужики мои нынче по своей воле… Да и не скопом тут воевать надобно, а малыми отрядами.
— Ишь ты! Прямо-таки генерал! Как зовут?
— Катерина, — тихо ответила она.
— Вон что… — проговорил он, взглянув на стоящий в углу портрет Катрин.
— Ну я пошла, — вдруг грубовато сказала Катерина и добавила озабоченно: — Про одежу не забудь, ваше благородие. Наших в лесу, думаешь, я одна? Не разберут — кинутся с топорьем… — И быстро вышла.
Лес осенний, притихший… Шагом плелся отряд Дениса. Сонно покачивались в седлах усталые люди, в них не сразу можно было признать прежних ахтырцев: они сняли гусарские доломаны, надели крестьянскую одежду, а за время своих лесных походов обросли бородами, немало было и раненых — у кого перевязана голова, у кого рука на перевязи… И дабы не поддаваться унынию и усталости, Бедряга напевал лихие денисовские куплетцы:
— Ха-ха! — негромким эхом поддержали его гусары.
Еще не пришла пора, когда представление о войне, как о веселых боевых схватках, смешалось с народной бедой и с личной болью, потерями, разочарованиями…
Денис был задумчив.
Поглядывая на своего командира, Митенька Бекетов сказал:
— Со смаком поют! У вас стишок легкий, Денис Васильевич.
— Легкий? Всегда ли это хорошо, Митюша?
Козлетончик Бедряги браво повизгивал:
— Ха-ха! — поддержали его гусары.
Отряд въезжал на окраину Юхнова.
— Бодрее, братцы мои, — сказал Денис, посматривая на свой эскадрон. — Два дня отдыха в цивилизованном обществе!..
Но не успел договорить, как перед ними взорвалось ядро.
— Охренел предводитель! Белый флаг есть?
— Не держим! — сердито отозвался Бедряга.
Васька Буделек мигом сорвал с забора белые подштанники, болтавшиеся на веревке, и, поддев их пикой, поднял вверх.
На площади, куда выходила улица, по которой продвигался отряд Дениса, их поджидала вооружённая группа гарнизонных инвалидов во главе с предводителем дворянства майором Храповицким.
— Сдаются! Мародеры! — сказал он, глядя в медную трубу. — Быть наготове!
Инвалиды взяли ружья на изготовку. Храповицкий поскакал к противнику.
— Кто такие? — победоносно окликнул он. — Сдавай оружие! Знамена!
Денис с улыбкой смотрел на Храповицкого.
— Слышали, что было сказано? Размолочу! — повысил голос Храповицкий. Но по мере того, как он вглядывался в неведомого противника, лицо его меняло выражение, а затем он в изумлении воскликнул: — Денис Васильевич!.. Что за машкерад?..
Он не без труда слез с коня и засеменил к Денису, а тот, тоже спешившись, хохотал, обнимая старика.
![О времени, о Булгакове и о себе](/storage/book-covers/82/82535737398b1d59273c381904a11b66de0ec31e.jpg)
С. А. Ермолинский (1900–1984) — известный сценарист, театральный драматург и писатель. По его сценариям сняты фильмы, по праву вошедшие в историю кинематографа: «Земля жаждет», «Каторга», «Поднятая целина», «Дорога», «Неуловимые мстители» и мн. др. Он является автором ряда пьес, постановка которых была отмечена как событие в театральной жизни: «Грибоедов», «Завещание» и «Ни на что не похожая юность».Но сам он главным делом своей жизни считал прозу, которой посвятил последние годы, и прежде всего повесть-воспоминание «Михаил Булгаков».
![Степа капитан](/storage/book-covers/c1/c18a384614b2ff105ca364cb794321ff7027e0cd.jpg)
О пареньке Степе, который мечтает стать капитаном дальнего плавания. Степан настолько погружен в свои мечты что прослушивает все уроки.
![Синее море](/storage/book-covers/d2/d2d3d3a61e8927b1a41d80dfb46eef151dc6babc.jpg)
В этой книге впервые собраны пьесы Сергея Ермолинского, известного советского кинодраматурга и драматурга. В книгу вошли шесть произведений, написанных в разной манере: от бытовой пьесы «Синее море» до романтической драмы об Александре Блоке. На глубоко изученном историко-литературном материале построены пьесы о Грибоедове и молодом Пушкине. При всем разнообразии форм и сюжетов творчество С. Ермолинского пронизывает единая тема — тема человека, утверждающего свою цель в жизни, свой нравственный идеал.
![Ледяные боги. Братья. Завещание мистера Мизона. Доктор Терн](/storage/book-covers/1b/1b24af52e20bcb19d8a2953e42cd4c6a33145ac4.jpg)
В восьмой том Собрания сочинений известного английского романиста Генри Райдера Хаггарда (1856-1925) входят романы «Ледяные боги», «Братья» и «Завещание мистера Мизона», а также повесть «Доктор Терн».
![Крещение тюркоса](/storage/book-covers/e4/e4f91033f96b074a6d3e40cb0485004c935dd582.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Христос приземлился в Гродно (Евангелие от Иуды)](/storage/book-covers/a7/a72654bead1e127d15a286807cfd24dd488bb215.jpg)
Волею случая и по произволу духовных и светских властей недоучившийся школяр Юрась Братчик принимает на себя роль Мессии. Странствуя по просторам Белой Руси со своими «апостолами», труппой жуликоватых лицедеев, он, незаметно для самого себя, преображается и вступает на крестный путь.
![Жизнь и подвиги Антары](/storage/book-covers/bd/bdfafc40e4033af83e9842ebfd4927020025e0e0.jpg)
«Жизнь и подвиги Антары» — средневековый арабский народный роман, напоминающий рыцарские романы Запада. Доблестный герой повествования Антара совершает многочисленные подвиги во имя любви к красавице Абле, защищая слабых и угнетенных. Роман очень колоритен, прекрасно передает национальный дух.Сокращенный перевод с арабского И. Фильштинского и Б. ШидфарВступительная статья И. ФильштинскогоПримечания Б. ШидфарСканирование и вычитка И. Миткевич.
![Синьор Формика](/storage/book-covers/6a/6a4ff9c6527a82c14941734b1c63fc367ee49d2a.jpg)
В книгу великого немецкого писателя вошли произведения, не издававшиеся уже много десятилетий. Большая часть произведений из книг «Фантазии в манере Калло», «Ночные рассказы», «Серапионовы братья» переведены заново.Живописец Сальватор Роза, прибыв в Рим, слег в лихорадке и едва не испустил дух, но молодой хирург Антонио вырвал его из когтей смерти. Проникшись дружескими чувствами, художник начал помогать молодому человеку в творчестве и в любовных делах.
![Пять баксов для доктора Брауна. Книга 4](/storage/book-covers/e2/e26b9ac4a9a308bc80f63577873cb2dc0bf5db7d.jpg)
Серый весенний жакет на тонкой фигуре. Серый шофферский кепи с “консервами” над козырьком и муслиновым шарфом, завязанным бантом под подбородком. Высокие брови, пронзительные глаза, прямой нос.На секунду пахнуло влажной ночной тьмой и газолиновым дымом."Меня зовут Ирен Адлер".Д.Э. Саммерс тряхнул головой, но это помогло только наполовину: главная часть миража так и осталась сидеть на стуле.На сковороде шипели свиные котлеты. Экономка накрыла сковороду крышкой, вытащила из кармана фартука очки и нацепила на нос.— Но, доктор Бэнкс, вы меня не дослушали! — выговорила она возмущенно. — Они мне сами все рассказали! Они коммерсанты.