Был поздний вечер, и толпа у театра на Друри-лейн начала редеть. Вскоре последний экипаж с двумя пассажирами скрылся за углом, и казалось, что на улице остался только один джентльмен в темном пальто и шляпе. Он отказался поехать в последнем экипаже – сказал своим друзьям, что хотел бы немного пройтись.
Но джентльмен в темном был не одинок на улице. Осмотревшись, он заметил стоявшую у стены женщину в серой накидке, судя по всему, это была проститутка, так и не нашедшая выгодного клиента.
Абсолютно неподвижная, она, возможно, даже не смотрела в его сторону. Во всяком случае, он не видел ее лица. А ведь могла бы выйти из тени и улыбнуться. Могла бы заговорить с ним или как-то иначе дать понять, что предлагает себя. Могла бы, наконец, поискать более людное место…
Но женщина молча стояла у стены.
Он же, глядя на нее, размышлял: может, действительно отправиться домой, как и собирался, или развлечься, воспользовавшись случаем? Но молода ли она, хороша ли собой? Этого он не знал, так как рассмотреть ее лицо ему не удавалось. Однако странное поведение незнакомки заинтриговало его, даже вызвало удивление…
Заметив, что женщина взглянула на него, он приблизился к ней, чтобы получше ее рассмотреть. Она была чуть выше среднего роста, без шляпы, с волосами, собранными на затылке в тугой узел. И она по-прежнему не прибегала ни к каким уловкам – не пыталась его обольстить.
– Хотите, чтобы вас взяли на ночь?
Женщина едва заметно кивнула.
– А ваша цена?..
После некоторого колебания она назвала сумму. Какое-то время он молча ее разглядывал. Наконец проговорил:
– А ваш дом… Где вы живете?
– У меня нет дома, – последовал ответ.
Голос оказался довольно мелодичным, совсем не хриплым. И выговор, как ни странно, не простонародный.
Он посмотрел на нее, чуть прищурившись. Конечно, ему следовало бы отправиться домой и побыть наедине со своими мыслями… К тому же не в его правилах вступать в связь с уличными женщинами.
– Здесь неподалеку есть гостиница. – Он повернулся и зашагал в сторону соседней улицы.
Она пошла с ним рядом. Оба молчали, и женщина даже не пыталась взять своего спутника под руку.
Вскоре они уже стояли в переполненном и шумном пивном зале гостиницы «Бык и рог». Мужчина заказал комнату наверху и сразу же заплатил за нее. Затем направился к лестнице, и женщина молча последовала за ним.
Поднявшись наверх, он открыл дверь, пропуская даму в комнату. Переступив порог, заперся изнутри. Потом зажег свечу, которую принес с собой, и вставил ее в настенный подсвечник.
Проститутка стояла посередине комнаты, и сейчас, при свете свечи, он мог как следует рассмотреть ее. Она казалась довольно молодой и, наверное, когда-то была хорошенькой, правда, теперь она худая и бледная; к тому же губы ее потрескались, под карими глазами залегли темные круги, а чуть рыжеватые волосы, собранные на затылке в узел, потускнели.
Мужчина снял пальто и шляпу. Взглянув на женщину, заметил, что она поглядывает на него с любопытством. Конечно же, она смотрела на безобразный шрам, пересекавший его левую щеку. Впрочем, дело не только в шраме…
Темноглазый, с черными непокорными волосами и большим орлиным носом, он, вероятно, казался ей на редкость уродливым.
Невольно нахмурившись, мужчина шагнул к проститутке и расстегнул на ней серую накидку. Затем снял ее и отбросил в сторону.
К его удивлению, на женщине оказалось голубое шелковое платье с длинными рукавами и скромным вырезом. Это платье – хоть и чистое, но сильно помятое, – очевидно, было подарком щедрого клиента.
Мужчина пристально взглянул на стоявшую перед ним проститутку.
– Раздевайся, – сказал он, раздраженный ее пассивностью. Затем уселся на жесткий стул, стоявший возле холодного камина.
Женщина по-прежнему стояла посередине комнаты. Наконец, шагнув к кровати, принялась раздеваться, укладывая вещи на пол аккуратной стопкой. Оставшись в нижней сорочке, она замерла в нерешительности. Но тут мужчина, поднявшись со стула, подошел к ней, и она, стащив с себя и сорочку, взглянула на него вопросительно.
А он снова нахмурился… Эта проститутка совершенно не походила на тех, которых ему довелось узнать в годы юности и во время службы в армии.
И она оказалась очень худой. Слишком уж худой. Но что-то в этой женщине привлекало его, вызывало волнение…
Он невольно залюбовался ее длинными стройными ногами, тонкой талией и высокой грудью. И вдруг подумал о том, что у него уже давно не было женщины.
– Распусти волосы, – внезапно раздался его голос.
Женщина подняла руки и, вытащив шпильки из узла на затылке, положила их на пол, рядом со своей одеждой. Когда же она снова выпрямилась, ее длинные, до талии, волосы рассыпались по плечам и спине.
– Ложись, – сказал мужчина, расстегивая пуговицы на сюртуке.
Откинув одеяло, женщина легла на край кровати. Повернув голову, она наблюдала за своим клиентом.
Раздевшись донага, он криво усмехнулся… Пусть женщина смотрит на безобразные красные рубцы у него под ребрами и на левой ноге – ему нечего стыдиться.
А все же она смелая, эта проститутка… Или просто ей не хочется терять даже такого отталкивающего клиента?
