Путь пантеры

Путь пантеры

Ром – русский юноша, выросший без родителей. Фелисидад – дочка прекрасной колдуньи. Любовь Рома и Фелисидад, вспыхнувшая на фоне пейзажей современной Латинской Америки, обречена стать роковой. Чувства могут преодолеть даже смерть, но им не под силу справиться с различием культур и национальностей…

Жанр: Любовная фантастика
Серии: -
Всего страниц: 96
ISBN: -
Год издания: Не установлен
Формат: Полный

Путь пантеры читать онлайн бесплатно

Шрифт
Интервал

Пролог. Хлеб смерти

Ночь мазала лица и волосы синими, лиловыми чернилами. Звезд не видно: зачем людям звезды? Люди на Земле: бегут, плывут, семенят, падают, встают и опять бегут.

Идут.

Куда они идут, все эти люди?

Они идут на кладбище.

Огни вспыхивают и не гаснут. Огни бешенствуют, их золотые живые хвосты развеваются по ветру. А, это факелы! Ром глядел, как горит живой огонь: с треском, с вонью, фитили чадили и брызгали смолой. А вот и свечи, люди несут их в руках. Много свечей. Целый лес. Белый, ярко-желтый, густо-коричневый воск; дешевый парафин; нежные слабые язычки лижут черный воздух. Огни подсвечивают лица снизу, сбоку, будто высвечивают изнутри.

Изнутри. Что у меня внутри?

Потроха. Сплетения кишок. Наверное, они густо-синие, фиолетовые, переливаются живой кровью, и внутри их превращается в дрянь красивая и вкусная еда.

Что еще? Сердце. Живой мешок. Кисет, полный крови. Бьется. Кровь делает так: тук-тук, – и я слышу этот стук. Слышу. Пока слышу.

Теплая рука сильно, еще сильнее сжала руку Рома. Он шел по кладбищенской дорожке, держал Фелисидад за руку, и их ноги, соскальзывая с каменной крошки, вязли в грязи. Недавно прошел дождь. В ноябре, здесь? Редкость, почти чудо.

Чудо Господне. А чудо всегда от Бога? Или от кого другого? Он усмехнулся. Фелисидад что-то весело говорила, ее птичий щебет долетал до его губ и щек и обжигал их. Всюду стоял шум, и Ром ничего не слышал.

Шум, гам, веселье. Странное, немыслимое, дикое веселье. Здесь, на кладбище, люди не скорбели – они веселились. И Фелисидад то и дело поднимала к нему смуглое лицо, оно было расцвечено огнями неподдельной радости, и Ром должен был разделять эту непонятную карнавальную радость, не имея на то никаких причин.

Они шли, пробирались среди людей и огней, и люди и огни все более сгущались, кучковались, роились, нависали живыми виноградными гроздьями над могилами – древними, старыми, вчерашними и свежими.

Свежие могилы заметнее всего. Свежая грязь. Свежий холм. Пахнет разрытой землей. Пахнет палыми листьями и червями.

Мраморный маленький памятничек; белая плита цвета молока. На плите лежат: пирог, торт, калавера – череп из твердого сладкого теста со вставленными в пустые глазницы золотыми монетами-глазами, и калака – искусно сделанный из такого же теста скелет. Скелет нынче запекли в печке, тесто жесткое, но разгрызть можно. Зубами. Живыми зубами.

Перед могильной плитой на коленях стоит маленький чернявый мальчик, он похож на черного верткого жука, жужелицу. Крутится, оглядывается, встряхивает плечами, то ручки сложит в молитвенном нарочном жесте, то вытянет лицо в лицемерной печали. Вокруг могилы, над сгорбившимся мальчонкой, стоит семейство. Семья. Все черные, иссиня-черные жесткие волосы одинаковы у мужчин и у женщин. Все смуглые, жесткие, словно медные, лица похожи – один гончар навертел на круге времени эти сосуды, эти чаши.

Женщины всплескивают руками. Кричат, будто ругаются. На самом деле они кого-то хвалят. Кому-то славу кричат.

А может, проклинают кого? Нет, непохоже.

Мужчины вынимают из сумок, из огромных черных мешков снедь. На могилу уже навалены горы еды. Калавера и калака уже давно погребены под слоями длинных, как палки, пирогов и маиса, гигантских такос – о, какой от них доносится превосходный грибной, мясной дух! Ром с радостью засунул бы сейчас в зубы один из этих свежеиспеченных такос. О да, они свежие. Свежие такос. Свежая могила.

Свежий, чудный запах сыра, фасоли, соленой рыбы, жареного мяса.

Мужчины продолжают вынимать из пакетов и сумок пищу. Женщины берут ее у мужчин из рук и весело раскладывают на могиле. Свечи горят. Девушки высоко поднимают их. Маленькие девушки. Здесь женщины – малютки, а девушки – куколки. Мужчины есть рослые, бравые. А вот высокую девушку редко встретишь.

Фелисидад у него тоже маленькая.

Господи, еще живая Фелисидад.

Он больно стиснул ее лапку, и она тихо вскрикнула – он почувствовал вскрик, но не услышал: так громко гомонили вокруг, а у других могил еще и пели. Пели! Это было уже совсем из рук вон. Ром оглянулся на поющих. Сдвинул брови. «Фелисидад говорит мне: у тебя брови похожи на два крохотных початка маиса. Ей в диковинку русые брови. Здесь же все как из угольной топки».

Черепа из теста. Черепа из расписного дерева. Черепа из ваты и шелка с блестками. Черепа леденцовые. Черепа яблочные. Шоколадные черепа. Вот стоит ребятенок поодаль, с наслажденьем сосет такую шоколадную калаверу, уже почти всю проглотил, и мордочка измазана сладостью, липкостью, жизнью. Он съел смерть – и доволен!

Черепа из оникса. Аметистовые, пьяные, сверкающие глаза. Черепа из сусального золота, а глаза под мертвым лбом горят из бирюзы, из сердоликов. Черт, да тут целая ювелирная лавка! «Это все поддельные камни. Игрушки. Забавки. Это понарошку, ты слышишь, тут все понарошку, все неправда».

Черепа из гранита. Из мрамора. Мраморная калавера – на мраморной плите. Хрустальные глаза. Они горят мертво и вызывающе. Они кричат тебе: ты станешь таким же! Таким!

«И совсем скоро».

Ром наклонился к Фелисидад и попытался ей улыбнуться. Улыбка вышла жалкая, подобострастная, будто бы он лебезил перед страшной калаверой, улещал ее, молил об отсрочке; а улыбка Фелисидад столкнулась с его улыбкой – ясная, чистая, зубки белые, один к одному, снежные, жемчужные.


Еще от автора Елена Николаевна Крюкова
Коммуналка

Книга стихотворений.


Врата смерти

Название романа Елены Крюковой совпадает с названием признанного шедевра знаменитого итальянского скульптора ХХ века Джакомо Манцу (1908–1991), которому и посвящен роман, — «Вратами смерти» для собора Св. Петра в Риме (10 сцен-рельефов для одной из дверей храма, через которые обычно выходили похоронные процессии). Роман «Врата смерти» также состоит из рассказов-рельефов, объединенных одной темой — темой ухода, смерти.


Железный тюльпан

Что это — странная игрушка, магический талисман, тайное оружие?Таинственный железный цветок — это все, что осталось у молоденькой дешевой московской проститутки Аллы Сычевой в память о прекрасной и страшной ночи с суперпопулярной эстрадной дивой Любой Башкирцевой.В ту ночь Люба, давно потерявшая счет любовникам и любовницам, подобрала Аллочку в привокзальном ресторане «Парадиз», накормила и привезла к себе, в роскошную квартиру в Раменском. И, натешившись девочкой, уснула, чтобы не проснуться уже никогда.


Безумие

Где проходит грань между сумасшествием и гениальностью? Пациенты психиатрической больницы в одном из городов Советского Союза. Они имеют право на жизнь, любовь, свободу – или навек лишены его, потому, что они не такие, как все? А на дворе 1960-е годы. Еще у власти Никита Хрущев. И советская психиатрия каждый день встает перед сложностями, которым не может дать объяснения, лечения и оправдания.Роман Елены Крюковой о советской психбольнице – это крик души и тишина сердца, невыносимая боль и неубитая вера.


Красная луна

Ультраправое движение на планете — не только русский экстрим. Но в России оно может принять непредсказуемые формы.Перед нами жесткая и ярко-жестокая фантасмагория, где бритые парни-скинхеды и богатые олигархи, новые мафиози и попы-расстриги, политические вожди и светские кокотки — персонажи огромной фрески, имя которой — ВРЕМЯ.Три брата, рожденные когда-то в советском концлагере, вырастают порознь: магнат Ефим, ультраправый Игорь (Ингвар Хайдер) и урод, «Гуинплен нашего времени» Чек.Суждена ли братьям встреча? Узнают ли они друг друга когда-нибудь?Суровый быт скинхедов в Подвале контрастирует с изысканным миром богачей, занимающихся сумасшедшим криминалом.


Юродивая

В русской литературе давно не было такой героини: воплощенной любви, ее великого, высокого священнобезумия.Главная героиня романа, юродивая Ксения, носит черты Ксении Петербургской, Евфросиньи Полоцкой и русских женщин-святых — юродивых Христа ради.Время действия — современность, которая написана автором по-библейски мощно, фантастично, вневременно. Сумасшедшая Ксения связывает собою, как живым мостом, Восток и Запад, исцеляет больных, проповедует на площадях, попадает в больницы и тюрьмы, нигде не теряя счастливого дара любви.Эта женщина, исполняющая на земле свое единственное предназначение — горящий факел в руке Бога.


Рекомендуем почитать
Господа офицеры и братцы матросы

Сегодня мы почти ничего не знаем о службе и жизни моряков российского парусного флота, слишком много времени прошло с тех давних времен. Именно этой теме и посвящена новая книга известного отечественного писателя-мариниста капитана 1 ранга Владимира Шигина «Господа офицеры и братцы матросы (служба и быт моряков русского парусного флота)». О службе офицеров и матросов, о командирах кораблей и об адмиралах, о том, как и чему учили будущих флотоводцев в Морском корпусе, о кают-компанейском братстве, о наградах и наказаниях, о том, во что верили, как проводили свой досуг, о дуэлях и, конечно же, о женщинах в жизни.


Герои Черного моря

В книге известного писателя-мариниста капитана 1 ранга Владимира Шигина представлены литературно-документальные очерки о героях Черноморского флота XVIII–XIX веков. Среди героев книги капитан плавбатареи капитан 2 ранга Веревкин, выдержавший в одиночку тяжелейший бой со всем турецким флотом и оклеветанный недоброжелателями. Командир канонерской лодки капитан 2 ранга Сакен отказавшийся от сдачи в плен и взорвавший себя вместе с кораблем. Покоритель Анапы адмирал Пустошкин. Командир минного катера, произведший первую в мире успешную минную атаку на вражеский броненосец лейтенант Зацаренный.


Места без поцелуев

Садясь в поезд, ни Лена Филатова, ни ее попутчица не могли предположить, что на верхней полке их купе лежит не загулявший пьяница, а – покойник. Резкий толчок – и мертвое тело падает на перепуганных пассажиров… это было первое предупреждение. Не просто переводчица фирмы «Сапфир», но и девушка для особо деликатных поручений, Лена оказалась в самом центре разборок между фирмами, делящими сферы влияния в международном бизнесе. Один неосторожный шаг – и гибель неизбежна…


Легенда о втором отражении

Вернувшись в родную хрущевку, Валерия с ужасом увидела, что дверь ее квартиры уже открыта. Молодая женщина, как две капли похожая на нее, пригласила изумленную хозяйку в собственную же квартиру. Именно так в жизни скромной труженицы Леры появилась Анька – двойник, энергия которой бьет через край, воображение работает на все сто и идей – навалом! Она – дочь одного из крупнейших питерских мафиози. Решив использовать умопомрачительное сходство с Валерией, ей не терпится поиграть в «кошки-мышки» с конкурентами отца.


Витки спирали

Продолжение истории «Исполнение желаний». Джарет едва справляется со своими новыми обязанностями. Эйден изнывает от безделья в мире древних богов. Вольх встает перед непростым выбором. Поднимается на крыло Дей. Снова сплетаются дороги уже давно расставшихся героев. История Вселенной делает очередной виток.


Король без королевства

Король гоблинов мечтает вырваться из золотой клетки Лабиринта. Но выживет ли Джарет без защиты надежных стен? Или король останется королем даже в самом сумасшедшем мире, полном враждебных существ? Этот цикл никак не связан с «Перекрестком дорог». Можно сказать, что действия происходят в параллельной Вселенной. Где всё совсем не так.


Вместилище душ

Небольшой фантастический рассказ с элементами фэнтези. Далекое будущее, жители планет давно освоили космическое пространство, молодое поколение и не представляет, как это не летать в космосе. Но прогресс и истощение ресурсов планет приводит к самым разным результатам, и не всегда они положительные.


Принц и Дева

Лоркан О'Халлоран (вампир из цикла «Разбитое Сердце» Мишель Бардсли) до обращения был учеником филида — друида-сказителя и летописца. За почти 4000 лет своей бессмертной жизни Лоркан записал множество историй, былин и сказаний. Эта история — одна из них. Сказка о Принце и Деве — это самостоятельное произведение, ни сюжетно, ни персонажами не связанное с циклом «Разбитое Сердце». Фактически, это такой авто-фанфик Мишель Бардсли на произведения её серии.


Абьюз

Противоречивый клубок интриг в сумасшедшем семействе Ангелов становится всё запутанней. Синтия надеется вернуть в мир живых своего давно умершего брата и, по совместительству, бывшего любовника – Ральфа, но её магической силы недостаточно для обряда, поэтому она стремится вовлечь в свои колдовские игры Сандру, дочь Рэя Кинга. Рэй Кинг желает контролировать Альберта и для этого готов бессовестно использовать родную дочь, в надежде ближе подобраться к желанному легендарному наследству. Альберт хочет просто жить, но, словно муха, вязнет в паутине друзей и врагов, оплетающих со всех сторон.


Магия дружбы

Никто не знает, сколько правды в историях про демонов, что понемногу захватывают и меняют землю. Ясно одно: мир становится иным, и охранявшие его духи уходят в другие края. Но мало кто верит в грозящую опасность. Между человечеством и чуждой угрозой остаются только маги. К тому же маги не всегда хорошо относятся к людям, а люди не всегда рады магам. Похоже на «Ведьмака» Сапковского»? Да! Но здесь их пятеро – пятеро юных магов и магинь, отягощенных более собственными задачами, чем спасением мира. И что должно произойти, чтобы маги захотели принять на себя груз ответственности за целый мир? Встречайте первую книгу цикла «Неизлечимые», написанную в лучших традициях классической фэнтези!