Отель на перекрестке радости и горечи

Отель на перекрестке радости и горечи

Романтическая история, рассказанная Джейми Фордом, начинается с реального случая. Генри Ли видит, как открывают старый японский отель «Панама», который стоял заколоченным почти сорок лет. И это событие возвращает Генри в прошлое, в детство, в сороковые годы. Мир юного Генри — это сгусток тревог. Отец поглощен войной с Японией, и ничто его больше не интересует; в своей престижной школе Генри — изгой, поскольку он там единственный китаец, а на улицах его подстерегает белая шпана. Но однажды Генри встречает Кейко, юную японку, которая смотрит на мир куда более оптимистично, хотя у нее-то проблем не в пример больше, ведь идет война с Японией. Так начинается романтичная и непредсказуемая история, которая продлится всю войну… Удивительный по душевной тонкости и доброй интонации роман Джейми Форда мгновенно стал бестселлером, повторив судьбу «Бегущего за ветром» Халеда Хоссейни. Миллионные тиражи, издания почти на трех десятках языков, читательские дискуссии на книжных порталах — такова судьба этого дебютного романа, ставшего настоящим событием последних лет.

Жанр: Современная проза
Серии: -
Всего страниц: 83
ISBN: 978-5-86471-622-9
Год издания: 2012
Формат: Полный

Отель на перекрестке радости и горечи читать онлайн бесплатно

Шрифт
Интервал

Предисловие автора

Хотя история эта вымышлена, многие события, в частности связанные с интернированием японцев в США, происходили так, как описано в книге. Я стремился как можно точнее воспроизвести историческую обстановку, при этом не пытаясь судить участников. Я не ставил перед собой цели создать нравоучительную пьесу, где голос автора звучит со сцены громче всех. Напротив, я полагаюсь на читателя, на его чувство справедливости, и пусть факты говорят сами за себя. Я старался быть точным, и вина за любые исторические или географические ошибки полностью лежит на мне.

Меня часто спрашивают, существует ли на самом деле отель «Панама». Да, существует. И вещи тридцати семи японских семей действительно хранятся в его пыльном, полутемном подвале. Если попадете туда, зайдите в кафе — там выставлены многие из этих вещиц. И обязательно попробуйте десерт из личи — не пожалеете.

Рядом и музыкальный магазинчик Бада. В двух шагах, на площади Пионеров. Его легко пропустить, но если отыщешь, то уже не забудешь. Как-то раз я заглянул туда сделать несколько рекламных снимков. Хозяин спросил напрямик: «На добро или на зло?»

Я, разумеется, заверил: «На добро».

«Ну, добро», — вежливо сказал он в ответ.

Только не ищите ни там, ни там исчезнувшую пластинку Оскара Холдена — навряд ли вам повезет. Хотя Оскар, несомненно, один из отцов-основателей северо-западной школы джаза, виниловой пластинки, насколько мне известно, не существует.

Впрочем, как знать…

1

Отель «Панама» 1986

Генри Ли пораженно наблюдал за суетой у отеля «Панама». Кучка зевак, глазевших на телевизионную съемочную группу, быстро разрасталась в толпу: покупатели из окрестных магазинов, туристы, уличные подростки — всем было интересно, что происходит. Генри застыл в гуще толпы, с покупками в руках, точно пробуждаясь от давно забытого сна. От сна, что видел в далеком детстве.

В отеле — одном из исторических зданий Сиэтла — Генри бывал всего дважды в жизни. В первый раз — двенадцатилетним мальчишкой, в 1942 году — «в военную пору», как любил говорить. В те времена гостиница для постояльцев-одиночек соединяла китайский квартал Сиэтла с Нихонмати, японским кварталом. Два оплота вековой вражды: выходцы из Китая и Японии едва замечали друг друга, а их рожденные в Америке дети вместе гоняли по улицам консервные банки. Отель всегда выделялся на фоне других зданий. Лучшего места для встреч не найти — здесь Генри однажды и встретил свою любовь.

И второй раз — сегодня. Уже 1986-й… неужели прошло сорок с лишним лет? Генри давно потерял счет годам. Что ни говори, в этот срок втиснулась целая жизнь. Женитьба. Рождение неблагодарного сына. Рак, похороны. Генри тосковал по жене Этель. Вот уже полгода, как ее нет. Но все же горевал он не так остро, как можно было ожидать. Скорее на него снизошло тихое облегчение. Дела у Этель были из рук вон плохи… да что там, еще хуже. Рак, разъедавший кости, сжигал не только ее, но и его.

Последние семь лет Генри кормил Этель, мыл, водил в туалет. Ухаживал за ней круглые сутки, 24/7, как сейчас пишут. Марти считал, что лучше поместить ее в больницу для неизлечимо больных, но Генри и слушать не желал. «Только через мой труп», — твердил он. И вовсе не из-за своих китайских корней — только отчасти поэтому. Конфуцианская идея сыновнего долга, почитания родителей для людей его поколения — не пустой звук, не пережиток. Генри с детства учили заботиться о близких, и сдать родного человека в дом инвалидов было для него невозможно. Но главное, Марти никогда до конца не понять, что место в его сердце, прежде занятое Этель, теперь зияет пустотой и из этой дыры так и тянет холодом одиночества. Время утекает, будто кровь сочится из незаживающей раны.

Этель не вернуть. Следовало похоронить ее по китайскому обряду — с подношениями еды, с одеялами-символами долголетия, с молебнами на несколько дней, — не надо было слушать Марти, настоявшего, чтобы ее кремировали. Слишком уж он современный, Марти. Чтобы справиться с горем, ходит к психотерапевту, торчит на каких-то форумах поддержки, или как это там зовется. Общаться через компьютер — все равно что швырять слова в пустоту, а Генри знал, что это такое — разговоры с пустотой, на себе испытал. Одиночество. Наверное, так же одиноко тем, кто лежит на Озерном кладбище, где похоронена Этель, — пусть и вид там живописный на озеро Вашингтон, и по соседству знаменитые китайцы покоятся, вроде Брюса Ли и его сына Брэндона. Но ведь могила у каждого отдельная. И каждый один навеки. И неважно, кто твои соседи, ведь словом с ними не перекинешься.

Каждую ночь — а куда от них деться? — Генри беседовал с женой, спрашивал, как прошел день. Она, разумеется, не отвечала. «Нет, я не чокнутый, — уверял себя Генри, — просто у меня широкие взгляды. Откуда нам знать, кто нас слышит?» И принимался подрезать веерную пальму и вечнозеленые растения, чьи побуревшие листья намекали на долгие месяцы заброшенности. Теперь-то у Генри времени полно. Времени, чтобы ухаживать за теми, кто не угасает, а крепнет.

Порой он размышлял о цифрах. Не об уровне смертности от рака, унесшего его Этель. Нет, он думал о себе, гадал, сколько ему отмерено. Сейчас ему пятьдесят шесть — мужчина в самом расцвете сил. Но в «Ньюсуик» он вычитал, что у вдовцов, его ровесников, здоровье начинает стремительно и неотвратимо ухудшаться. Выходит, часы-то тикают? Впрочем, кто знает — после смерти Этель время почти остановилось, какие уж тут часы.


Рекомендуем почитать
Марципановое сердце

Что связывает людей? Общие интересы? Круг знакомых? Точки соприкосновения? Но что делать, если вы живете в совершенно разных мирах и никак не можете найти точки пересечения? Пройти мимо, образумив себя "правильными" мыслями и поступками о невозможности отношений или довериться сердцу, которое, порою, бывает умнее разума...  .


Палитра счастья

"Ярко вспыхнул свет. Медленно он прошёл по гостиной. Двинулся к стене, задёрнутой полиэтиленом. Она всё ещё была завешана. "Я рисую тебя…" Медленно сделал пару шагов. "Тебя…" — эхом отдавалось из глубины души. Остановился, оглянулся, словно удостоверившись, что вокруг никого нет. "Я рисую тебя"… — смеялась… Оглянувшись, он сделал это неосознанно, в душе не хотел, чтобы кто-то видел эту фреску. "Покажи, что там…" — иногда говорил. "Tы…" — таинственно улыбалась. В глазах светились искорки веселья. Он и сам не хотел видеть это… На полу так и стояли баночки с краской, лежали кисти разной жёсткости.


Вокруг Света 2002 № 09 (2744)

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Вокруг Света 2002 № 08 (2743)

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Сириус. Книга 3. Принятие

Третья книга драматического романа-трилогии «Сириус» подводит печальный итог жизни главных героев Ольги и Сергея.Пройдя через кровавую мясорубку страшной войны в Чечне, находясь по разные стороны противоборствующих сторон, они не могли даже и представить, что увидят друг друга в последний миг своей жизни, который стал одной большой дорогой в вечность.Большинство героев романа – образы собирательные, выдуманные, а события вымышленные, и если кто-то узнает себя в этих персонажах, то это будет лишь случайным совпадением.


Семейная трагедия

Дрессировка и воспитание это две разницы!Дрессировке поддается любое животное, наделенное инстинктом.Воспитанию же подлежит только человек, которому Бог даровал разум.Легко воспитывать понятливого человека, умеющего анализировать и управлять своими эмоциями.И наоборот – трудно воспитывать человека, не способного владеть собой.Эта книга посвящена сложной теме воспитания людей.


Афинская школа

Книга состоит из четырех повестей, в которых затрагиваются серьезные нравственные проблемы, стоящие перед обществом и школой: можно ли убивать слабых и вообще убивать, можно ли преследовать за национальность, за приверженность религии. Лицемерие и показуха, царящие в «мире взрослых», отразились и на школе, старшеклассники – герои повестей – отчаянно ищут выхода из тех тупиков, в которые зашло общество в канун Перестройки. В финале книги возникает обобщенный образ «Афинской школы», снаряжающей людей в жизненное плавание.


Артистическая фотография. Санкт Петербург. 1912

Главными героями книги являются несколько поколений одной петербургской, интеллигентной еврейской семьи. Повествование начинается с описания одного из тяжелейших дней блокады, когда героине Фирочке исполняется 30 лет. Однако в поле зрения читателя попадают и светлые моменты жизни этой некогда большой и дружной семьи – о них вспоминает угасающая от голода и болезней мать, о них напоминает и представленная на первой странице обложки подлинная  фотография семьи. Тогда, в 1912 году, все они, включая  годовалую Фирочку, были счастливы и благополучны.


Энджел. Котёнок обретает дом

Белоснежный пушистый котёнок кажется настоящим ангелом. Но когда Энджел попадает из приюта домой, оказывается, что она большая проказница. Теперь её хозяйке Келли придётся придумать, как научить Энджел хорошим манерам.


Рисунок с уменьшением на тридцать лет

Ирина Ефимова – автор нескольких сборников стихов и прозы, публиковалась в периодических изданиях. В данной книге представлено «Избранное» – повесть-хроника, рассказы, поэмы и переводы с немецкого языка сонетов Р.-М.Рильке.