Атташе французского посольства

Атташе французского посольства

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность. Книга завершается финалом, связывающим воедино темы и сюжетные линии, исследуемые на протяжении всей истории. В целом, книга представляет собой увлекательное и наводящее на размышления чтение, которое исследует человеческий опыт уникальным и осмысленным образом.

Жанр: Современная проза
Серии: -
Всего страниц: 2
ISBN: -
Год издания: Не установлен
Формат: Полный

Атташе французского посольства читать онлайн бесплатно

Шрифт
Интервал

Томас Бернхард

Атташе французского посольства

Окончание каникулярного дневника

21.9

Во время ужина выяснилось, сколь быстро и внезапно под воздействием различных причин портится хорошее настроение и мрачнеет общество. Взятые по отдельности, причины эти ничего не значат, но, действуя одновременно, всё же оказываются значительными. Размышляя во время еды, мы боялись делать какие-либо выводы, не желая отдаваться во власть того ужаса, который не шел из головы. Ужинать мы сели вовремя, но в величайшем беспокойстве. Предположения и опасения заставляли нас молчать, и это было особенно тягостно для супруги отсутствовавшего. Мой дядя не вернулся с лесного обхода. Мы искали его, но безуспешно. (Никто не мог вспомнить, чтобы после вечернего обхода леса он хоть раз возвратился домой не вовремя, поэтому факт его отсутствия и подействовал столь гнетуще.)

Пока мы молча ужинали, я наблюдал прежде всего за дядиной женой. Но сейчас меня интересует не напряжение и отчаяние собравшихся за столом, которые, как я теперь знаю, связали исчезновение дяди с целым рядом несчастных случаев и преступлений. Мне интересно только то, о чем рассказал дядя, явившись совершенно неожиданно через полчаса после начала трапезы.

Когда никто уже не ждал его, он вошел, сел как ни в чем не бывало на свое место и рассказал, что повстречал в лесу, на участке смешанного леса, который граничит с сосновым, молодого человека, по его словам, "на редкость статного". Дяде, как он утверждал, никогда и в голову не приходило, что возможна такая встреча. Одет неизвестный был безупречно. В сумерках дяде не удалось разглядеть его лица, но, судя по голосу, он производил впечатление человека недюжинного ума. (С первой же минуты дядя счел эту встречу с незнакомцем счастливой случайностью.)

"Удивительно, - сказал дядя, - уже много лет я будто только и ждал этой встречи".

Ему даже не закралась мысль о преступлении, ни на секунду не пришло в голову, что его хотят заманить в ловушку.

Он пригласил молодого человека (который назвал свое имя, но странным образом остался совершенно безымянным) немного пройтись вместе.

Дяде якобы надо было проверить, какие деревья созрели для вырубки, так уж приятнее пройтись вдвоём, чем одному. Он решил, что этот человек достоин доверия и, "возможно, мы единомышленники: можно судить о человеке по высказываниям, жестам" и т.д.

"Этот лес, - сказал дядя молодому человеку, - хороший". И тут же: "Тот лес плохой, и я хочу объяснить Вам, почему этот лес хорош, а тот плох. Но почему же я, собственно, говорю Вам, что этот лес хорош, а тот плох ("Э-эх, люди-люди!"). Может, Вас это вовсе не интересует. Но меня эти странности, сельские странности, не могут не интересовать. День и ночь занимают меня подобные мысли: "Хорош ли этот лес? Плох ли этот лес? Чем он хорош? Чем он плох?" Если бы сейчас был день, Вы бы сразу поняли, что этот лес, в котором мы с Вами сейчас, плохой ("Э-эх!"). И с такой же уверенностью Вы смогли бы сказать о лесе, в который мы сейчас войдем, что он хороший. Но сейчас Вы не можете ничего понять. Темнота не позволяет установить, хорош ли этот лес ("Э-эх!") или плох ("Э-эх!"). Но я-то знаю, что лес, где мы находимся, плох и что лес, куда мы сейчас войдем, хорош. Мне известно, как обстоит дело со всеми моими лесами... День и ночь осматриваю я свои участки... Постоянно... Для меня предмет обсуждения - мои участки. Я могу представить себе, что философ день и ночь занимается своей философией, если он идеальный философ. Суть его искусства в том, чтобы постоянно изучать все философские течения, тогда как суть моего состоит в том, чтобы постоянно изучать все участки. Мне надо знать, не сгнило ли дерево, и если да, то почему. Я не могу не знать, что с ним, с этим деревом. Я постоянно должен следить за тем, что всё время происходит. Как Вам известно, мир - это мир возможностей. Мои участки участки возможности, как и все философии - философии возможности. Все мы всегда мыслим в категориях возможности".

Молодой человек, как оказалось, не просто интересовался проблемами лесоводства и лесного хозяйства, но был в них сведущ. (Как выяснилось, незнакомец профессионально разбирался во всем, что касалось развития этой области).

"Мне особенно понравилось, - сказал дядя, - что молодой человек цитировал саму природу, а не написанное о природе".

Встреча доставляла дяде все больше и больше радости. Если верить его рассказу, беседа коснулась не только лесоводства и лесного хозяйства: вскоре речь зашла и об искусстве. Это очень удивило дядю, потому что оба они были, так сказать, практиками, смотрящими с высот двадцатого столетия. Говорили о литературе. О музыке. (Будучи одним из тех редких молодых людей, с которыми можно побеседовать о чем угодно, не опасаясь каждую секунду унизить их, а тем самым и себя, незнакомец наверняка очень быстро завоевал симпатии дяди, благодаря своему пристрастию к литературе, музыке и, прежде всего, благодаря знанию природы.)

"Молодой человек удивительно хорошо говорил по-немецки, и всё же в нем можно было узнать иностранца", - сказал дядя. "Француз! - подумал он тотчас. - Да, француз!" И: "Как мог француз в это время очутиться в моем лесу?" Но потом он решил: ну конечно же, это один из французских родственников министра сельского хозяйства. Молодой человек по каким-то причинам, а у молодых людей и причины молодые, прогуливался перед сном. Его заставил выйти из дома интерес к своеобразным явлениям физического, химического и философского свойства, которыми изобилует Верхняя Австрия в сумерках. Само собой разумеется, человек, бродящий по темному лесу в одиночку, вызывает самые серьезные подозрения, и не только в здешних местах - везде. Но дядя об этом не подумал. "Доверие, - сказал он, - взаимное доверие".


Еще от автора Томас Бернхард
Пропащий

Роман «Пропащий» (Der Untergeher, 1983; название трудно переводимо на русский язык: «Обреченный», «Нисходящий», «Ко дну») — один из известнейших текстов Бернхарда, наиболее близкий и к его «базовой» манере письма, и к проблемно-тематической палитре. Безымянный я-рассказчик (именующий себя "философом"), "входя в гостиницу", размышляет, вспоминает, пересказывает, резонирует — в бесконечном речевом потоке, заданном в начале тремя короткими абзацами, открывающими книгу, словно ария в музыкальном произведении, и затем, до ее конца, не прекращающем своего течения.


Старые мастера

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Дождевик

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Комедия?.. Или трагедия?..

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Стужа

Томас Бернхард (1931–1989) — один из всемирно известных австрийских авторов минувшего XX века. Едва ли не каждое его произведение, а перу писателя принадлежат многочисленные романы и пьесы, стихотворения и рассказы, вызывало при своем появлении шумный, порой с оттенком скандальности, отклик. Причина тому — полемичность по отношению к сложившимся представлениям и современным мифам, своеобразие формы, которой читатель не столько наслаждается, сколько «овладевает».Роман «Стужа» (1963), в центре которого — человек с измененным сознанием — затрагивает комплекс как чисто австрийских, так и общезначимых проблем.


Виктор полдурак

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Рекомендуем почитать
Столица для Поводыря

История – тяжелая и неповоротливая штука. Но покоится на тончайшем острие настоящего. И стоит совсем чуть-чуть что-то изменить, как все известное поводырю грядущее обрушивается камнепадом. Главное – не попасть под обвал. 1865 год. Российская империя. Проклятый и прощенный губернатор, умерший в двадцать первом веке, продолжает искупать грехи. Томская губерния должна измениться. Последует ли за ней следом остальная страна?


Уйти, чтобы вернуться. Исповедь попаданца

Ни слова правды, ни одного реально существовавшего действующего лица, только полет воображения. Если у некоторых читателей собственный полет воображения частично или полностью отличается от моего, это совсем не означает, что оно у него лучше или хуже моего. Просто я имею право на собственное воображение.Заранее прошу извинения за некоторые неточности при описании местности и времени действия романа.Приятного чтения…


Схема развития ребенка

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Рынок на обочине

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Фердидурка

«Фердидурка» – чтение захватывающее, но не простое. Это и философская повесть, и гротеск, и литературное эссе, и лирическая исповедь, изрядно приправленная сарказмом и самоиронией, – единственной, пожалуй, надежной интеллектуальной защитой души в век безудержного прогресса всего и вся. Но, конечно же, «Фердидурка» – это прежде всего настоящая литература. «Я старался показать, что последней инстанцией для человека является человек, а не какая-либо абсолютная ценность, и я пытался достичь этого самого трудного царства влюбленной в себя незрелости, где создается наша неофициальная и даже нелегальная мифология.


Жаркий полдень месяца тир

В предлагаемый читателям сборник одного из крупнейших иранских писателей Эбрахима Голестана вошло лучшее из написанного им за более чем тридцатилетнюю творческую деятельность. Заурядные, на первый взгляд, житейские ситуации в рассказах и небольших повестях под пером внимательного исследователя обретают психологическую достоверность и вырастают до уровня серьезных социальных обобщений.


В баре аэропорта

В предлагаемый читателям сборник одного из крупнейших иранских писателей Эбрахима Голестана вошло лучшее из написанного им за более чем тридцатилетнюю творческую деятельность. Заурядные, на первый взгляд, житейские ситуации в рассказах и небольших повестях под пером внимательного исследователя обретают психологическую достоверность и вырастают до уровня серьезных социальных обобщений.


Туманная мгла над приливом

В предлагаемый читателям сборник одного из крупнейших иранских писателей Эбрахима Голестана вошло лучшее из написанного им за более чем тридцатилетнюю творческую деятельность. Заурядные, на первый взгляд, житейские ситуации в рассказах и небольших повестях под пером внимательного исследователя обретают психологическую достоверность и вырастают до уровня серьезных социальных обобщений.


Неразлучные рыбки

В предлагаемый читателям сборник одного из крупнейших иранских писателей Эбрахима Голестана вошло лучшее из написанного им за более чем тридцатилетнюю творческую деятельность. Заурядные, на первый взгляд, житейские ситуации в рассказах и небольших повестях под пером внимательного исследователя обретают психологическую достоверность и вырастают до уровня серьезных социальных обобщений.


Мы с сыном в пути

В предлагаемый читателям сборник одного из крупнейших иранских писателей Эбрахима Голестана вошло лучшее из написанного им за более чем тридцатилетнюю творческую деятельность. Заурядные, на первый взгляд, житейские ситуации в рассказах и небольших повестях под пером внимательного исследователя обретают психологическую достоверность и вырастают до уровня серьезных социальных обобщений.