Внучка палача - [6]
Девочка сидела на мостике, болтая ногами в воде. Она умыла лицо и теперь пальцами пыталась расчесывать свалявшиеся волосы, что ей, однако, не удавалось.
Когда Сара проходила по мостику, то услышала за спиной:
– Они называли меня Кэрол. Но я ненавижу это имя. Так зовут одну из воспитательниц в приюте. Она злая и бьет детей. Дня не проходит, чтобы она кого-нибудь не отлупила. Я не хочу, чтобы меня звали, как ее.
Сара посмотрела на Кэрол:
– А как бы хотела, чтобы тебя называли?
– Вивьен. Я вспоминаю свою прошлую жизнь, и мне кажется, что когда-то меня так и называли. Думаю, это и есть мое настоящее имя.
– Хорошо. Тогда я буду называть тебя Вивьен. Ты весь год живешь здесь?
– Только летом. Зимой придется вернуться в приют. Туда, где она меня бьет.
– И ты все лето не ходишь в школу?
– Я и так все знаю, – гордо заявила грязная девочка-подросток. – Я даже на машинке печатать умею!
– Ух ты! – ответила Сара. – Мы скоро опять увидимся, потому что теперь я буду часто ходить сюда гулять.
Она направилась назад в Баррингтон-холл. Уже подходя к калитке, она услышала за спиной крик Вивьен «Простите меня!» и махнула девочке рукой в знак примирения.
* * *
Литтлтон был маленьким, аккуратным городком с приблизительно двадцатью тысячами жителей. В былые времена, когда здесь заседал суд, его побаивались, но в результате централизации британской судебной системы он утратил свое значение. Тут, правда, была еще тюрьма, как и во многих других городах, ничего особенного. Палача здесь больше не было, традиционный позорный столб с рыночной площади исчез, уступив место современной скульптуре, которая его символизировала.
Сара вдруг увидела город совсем другими глазами. Ей становилось не по себе в длинных тенях его высоких зданий. А когда она проезжала мимо тюрьмы, то ощущала холодок в затылке.
Темно-синий «Бьюик» она увидела сразу. Он ехал чуть позади в левом ряду. Это могла быть случайность, ведь, в конце концов, в городе могли быть и другие машины той же марки и окраски. Сара чуть наклонила голову и посмотрела в боковое зеркало. Свет падал так, что она не могла точно определить, сколько людей сидело в автомобиле. Кажется, двое, а может быть, и трое.
При выезде из центра «Бьюик» все еще ехал за ней, на этот раз в том же ряду. Он не менял направления движения, и когда Сара сознательно поехала в объезд, последовал за ней.
Бьюик исчез лишь несколько позднее. Девушка вздохнула с облегчением.
Она доехала до Баррингтон-холла и подогнала машину к входу в дом. Питтс ждал ее у двери.
– Кто-то звонил вам, мисс Морган, – сказал он. – Мужчина. Он сказал, что будет звонить позже.
– Спасибо, Питтс. Вы не узнали его по голосу?
– Нет. Но это ничего не значит – со слухом у меня уже неважно.
Она вошла в дом, приняла душ, надела легкую блузку и шорты и села с газетой в саду. Был чудесный летний день, она расположилась в тени большого бука, выставив ноги на солнце.
Незадолго до шести на лестнице появился Питтс.
– Он опять звонит, мисс, – сообщил он.
Сара поднялась и пошла в салон. В доме было прохладно, у нее даже мурашки побежали по ногам.
– Сара Морган, – сказала она в трубку.
– Добрый день. Говорит мистер Лестер. Вы не догадываетесь, почему я звоню?
– Нет, не догадываюсь.
– У меня к вам только один вопрос. Есть ли в вашем доме что-то, что вам не принадлежит?
– Нет, большинство вещей, находящихся тут, принадлежали моим родителям и моему деду. Я с полной уверенностью могу сказать, что все это приобретено честным путем.
– Вы меня неправильно поняли. Мне необходимо выяснить, не взял ли кто-нибудь в вашем доме что-то у другого человека на хранение, что впоследствии не было забрано назад.
– Мне ничего об этом неизвестно. Вероятно, дворецкий может знать что-нибудь, он служил у моего деда несколько десятилетий.
– Дворецкий палача!
– Как вы смеете! – возмутилась Сара. – Если вам что-то нужно, то приезжайте в Баррингтон-холл и поговорите со мной напрямую!
– Спасибо за информацию! – пробурчал Лестер. Затем трубку на другом конце провода положили.
В дверях показался Питтс, его брови были удивленно подняты:
– Я позволил себе подслушать ваш разговор. В целях безопасности, мисс. Прошу простить меня!
– Нет, ничего, это даже к лучшему, – Сара тоже положила трубку на рычаг старомодного аппарата и объяснила дворецкому вкратце, что хотел от нее звонивший. – Вы тоже не знаете, о чем речь, как я думаю?
Дворецкий отрицательно покачал головой:
– Вы совершенно правы, мисс. В этом доме нет ничего, что не принадлежало бы семье. Вот если только…
Девушка изумленно посмотрела на него, ожидая какой-то невероятной новости.
– Возможно, незнакомец имел в виду рабочую одежду вашего дедушки. Может быть, для него она имеет какую-нибудь ценность. Видите ли, мисс, за такую одежду любители могут заплатить кругленькую сумму. Как же я сразу не догадался! Это был охотник за необычными сувенирами! А я все уже сжег, а чемодан выбросил.
– И правильно сделали, – сказала Сара. – Мне бы в голову не пришло выставить одежду последнего палача западного побережья на аукцион.
Сара вышла из салона и поднялась к себе наверх, чтобы одеться к вечеру потеплее. Окна везде были открыты, чтобы впустить тепло в дом. Она выглянула из окна ванной и обнаружила синюю крышу машины, припаркованной недалеко от участка между двух кустов.
– Виндмур! – закричала Дженнифер лошади и потянула поводья на себя. – Это же я!Виндмур продолжала мотать головой и недовольно фыркать. Девушка с ужасом увидела, как безумно горят ее глаза. Животное явно было объято паникой и не реагировало на команды.«Значит, здесь на ней уже кто-то ездил, – подумала девушка. – Этот мерзавец хлестал ее плеткой и вонзал шпоры!»– Виндмур! – закричала она опять что есть силы. – Виндмур, остановись!Но лошадь уже не реагировала. Она неслась дальше, сначала по дороге, а потом прямо через кусты.– Остановись! – в отчаянии кричала девушка.
Что же, первый раунд выиграл Том, но не тем человеком был Морис, чтобы так просто сдаться. Он дождался, пока шаги Джулии и Томаса стихнут, вернулся к чемодану, опустился рядом с ним на колени и попытался открыть замок, но у него ничего не получилось. Капли пота блестели на его лбу, когда он вновь встал на ноги. Морис мрачно уставился на огромный чемодан, скрывающий страшную тайну. Он был уверен, что нефритовая пластина — это не что иное, как Сумеречный камень, который специалистами называется также Оком Амальфоны.
Она была известной моделью, снимались для модных журналов, была звездой самых шикарных пати… А стала — киллером в литературе! Что будет делать красивая женщина, если ее обидеть? Она будет мстить. Елена Гордина — бывшая модель, которой есть, с кем сводить счеты. Ее первый объект — ведущая телешоу. Вокруг яркой талантливой женщины всегда кипят убийственные страсти…
Если вы спросите у меня, как избавиться от неуемного любопытства раз и навсегда, я отвечу – проще простого! Во-первых, необходимо сунуть свой любопытный нос в лабораторию, обнаружить там труп, оставить кучу следов и оказаться на подозрении у полиции. Если дело сделано, то можно продолжить. К примеру, затеять собственное расследование и добавить к трупу и проблемам с полицией еще, скажем, парочку мертвецов, а так же оказаться на подозрении у весьма опасного типа. Это вас еще не остановило? Тогда даже не знаю, чего бы еще посоветовать… Может, влюбиться в него?...
Читая книги в жанре фентези, я даже представить себе не могла, что через неожиданно короткий срок, сама стану фигурировать в главных ролях, не менее захватывающих событий. Но тем более я никак не догадывалась, что единственными моими близкими станут… огромные оборотни, ставшие моей семьей… или даже больше, частью меня самой.
Пройдя жестокие испытания детства, девушка-сирота попадает в дом, где сталкивается с человеком, способности которого удивляют и шокируют её. То, что он представляет собой находится за гранью разума.
В книгу Анжелики Бронской «Лето у моря» вошли одноименная драматическая повесть о светлом лете и черной ошибке, образцовый детективный роман «Александр», повесть «Когда осыпаются розы» — о том, каким сложным и многоступенчатым процессом может быть потеря любимого человека, а также короткий рассказ «Пять дней в Париже». Можно ли влюбиться в своего кузена? Как быть, если вдруг неожиданно сбывается твой сон, но наяву превращается в самый худший из кошмаров? И что делать, если мужчина из твоих грез может оказаться расчетливым и хладнокровным убийцей? Точность деталей, особый слог, неподдельные эмоции и неожиданные повороты сюжета — характерные черты произведений писательницы.
Лера Дорина не знала, что поездка к заказчику может стоить ей мужа и семьи, а сам заказчик превратится в её личный кошмар. Тот случай, когда неосторожные слова могут запросто изменить жизнь, а вся жизнь станет сплошной игрой. Любить, чтобы выжить. Выживать ради любви. Что окажется сильнее? Тёплые чувства или ненависть из-за стремления подчинить?