Вирикониум - [7]
— Заставь его еще раз мне это показать!
— Я — просто хранитель. Я не могу заставить…
Ретц оттолкнул его с такой яростью, что старик упал возле буфета и сбил с него поднос. Взволнованные коты подбежали к нему и принялись подбирать разбросанную пищу.
— Я не должен в это верить! — кричал Ретц.
Он сорвал гобелен со стены и принялся разглядывать его, словно надеялся увидеть самого себя, двигающегося внутри. Не обнаружив там ничего, кроме обычной ткани, он швырнул его на пол и пнул.
Как мне жить дальше, если я в это поверю? — этот вопрос он задал самому себе. Он снова подбежал к старику, схватил его за плечи и встряхнул. — Зачем ты мне это показал? Как мне теперь жить в этом ужасном городе?
Ты не должен жить, как жил, — пробормотал старик. — Мы сами творим мир, в котором живем.
Ретц снова отшвырнул его. Старик ударился головой о буфет, издал недоуменный сердитый стон и затих. Кажется, он был все еще жив. Еще несколько минут Ретц беспокойно метался от окна к стене, где только что висел гобелен, повторяя: «Как мне жить? Как мне жить?!» Потом он бросился к пюпитру и попытался выломать стального орла. К этому времени уже рассвело. Сейчас торговцы с Жестяного рынка, наверно, уже греют руки у керосинок и кряхтят… Осталось всего несколько часов, чтобы продать птицу, купить лошадь, нож и исчезнуть. Потом убийцы возобновят охоту. Но к тому времени он проедет верхом через Врата Призраков, повернет на юг… и никогда больше не увидит этих мест.
Птица зашевелилась. Сначала Ретцу показалось, что она вот-вот оторвется от постамента из черного дерева, на котором была закреплена. Потом он почувствовал резкую боль в правой ладони. Он вскинул глаза. Птица ожила и яростно рванулась у него из рук. Потом замерла, склонила голову набок и смерила его холодным жестким взглядом. Ей удалось высвободить одно крыло, потом другое, и она удвоила усилия. Ретц сумел продержаться еще секунду или две, а потом, с ужасом и отвращением вскрикнув, выпустил ее и отшатнулся, стискивая разодранные руки. При этом он обо что-то споткнулся, упал и увидел прямо перед собой голубые, точно фарфоровые, глаза старика.
— Убирайся из моего дома! — закричал старик. — Я достаточно тебя терпел!
Тем временем птица торжествующе взмыла в воздух и закружила по комнате. Она билась о стены и истошно кричала, ее медно-красные перья то и дело вспыхивали. Коты испуганно забились под буфет.
— Помогите! — взмолился Ретц. — Этот орел живой!
Но старик, лежа на полу, словно парализованный, лишь сурово поджал губы и ответил:
— Ты сам виноват.
Ретц поднялся и попытался пересечь комнату и подойти к двери, ведущей на лестницу. Но птица, которая только что, как безумная, атаковала собственную тень на стене, стремительно впилась ему в лицо, целя в глаза и раздирая когтями шею и грудь. Мальчишка закричал. Он оторвал птицу и швырнул ее об стену, где она затрепыхалась, словно на миг потеряв ориентацию, а потом бросилась за одним из котов. Потрясенный, Ретц некоторое время наблюдал за происходящий. Потом, прижав руки к окровавленному лицу, он бросился прочь из комнаты, вниз по узкой лестнице, обратно во двор. Дверь громко захлопнулась у него за спиной.
Все еще было темно.
Сидя на пороге, Ретц осторожно ощупал шею, чтобы определить, насколько серьезно он ранен. Его трясло. Да, это не просто царапины. Над его головой все еще раздавались вопли запертой в комнате птицы и хлопанье крыльев. Если она вырвется на свободу, то непременно его найдет. Как только кровь остановилась, он, дрожа, пересек внутренний двор и через арку вышел на улицу. Это место было ему незнакомо.
Он очутился на широкой, почти незастроенной улице, вдоль которой громоздились разрушенные здания и груды щебня. Тут и там ее пересекали траншеи, вырытые без всякого смысла, горели беспорядочно расположенные костры. Пыль покрывала сломанные каштаны и ограждения с сорванными перилами. Хотя ничто не указывало на приближение рассвета, с неба лился какой-то странный, ровный свет. Здания, которые окружали тесный каменный дворик, по-прежнему возвышались у Ретца за спиной, но окрестные дома куда-то пропали. Казалось, посреди пустыря стоит одинокая приземистая башня с глухими стенами. Сначала он подумал, что все еще смотрит на гобелен старика. А может быть, ночью разразилась война, и Матушка Були пустила в ход смертоносные орудия. Ретц не знал, что думать. Он нервно зашагал в сторону канала, потом побежал. Он бежал долго, а канала все не было и не было. Акры битой черепицы звенели у него под ногами, словно косточки ксилофона. Если бы он оглянулся назад, то увидел бы «башню». Но она становилась все меньше и меньше, и в конце он уже не смог бы ее найти.
На протяжении всей этой долгой ночи он понятия не имел, где находится, но чувствовал, что оказался на высоком плато — ветреном, покрытом пылью, среди руин незнакомого города. Ветер жег раны, которые нанесла ему птица. Дождь поливал разрушенные стены, прибивая пыль. В какой-то миг Ретц услышал музыку, доносящуюся из дальнего дома — лихорадочное биение тамбурина и жалобные прерывистые стоны похожие на пение кларнета. Но когда юноша подошел ближе, снова стало тихо. Тогда он испугался по-настоящему и убежал.
![Свет](/storage/book-covers/e0/e021b489fa8838888f7c2bfa1d1e1e6685b3657a.jpg)
Майкл Дж. Гаррисон — британский писатель-фантаст, умеющий гармонично соединять фантасмагорические картины, хореографически отточенное действие и глубокий психологизм.Майкл Кэрни, гениальный ученый, разработчик квантовых компьютерных систем и по совместительству — серийный убийца. Когда-то он увидел Вечность и не смог развидеть.Серия Мау Генлишер — пилот K-рабля «Белая кошка», уникального аппарата, созданного при помощи инопланетных технологий. Когда-то она увидела звездолет и возмечтала стать отважным капитаном.
![Пустота](/storage/book-covers/e1/e165de50eb87f4fee58877e074fdf907b918cfa5.jpg)
М. Джон Гаррисон – британский писатель-фантаст, умеющий гармонично соединять фантасмагорические картины, хореографически отточенное действие и глубокий психологизм. «Пустота» – заключительный роман трилогии о Тракте Кефаучи, куда вошли изумительный «Свет» и потрясающая «Нова Свинг». Вместе они составляют роскошное, стилистически завораживающее повествование, способное удовлетворить вкус самого взыскательного читателя, не оставив при этом в стороне лихо закрученный сюжет.В недалеком будущем размеренная жизнь пожилой вдовы нарушается сюрреалистическими знамениями и визитами.
![Нова Свинг](/storage/book-covers/8d/8d5ff8eac06e1f3f45181257ab803735caec5aab.jpg)
Майкл Джон Гаррисон – британский писатель-фантаст, умеющий гармонично соединять фантасмагорические картины, хореографически отточенное действие и глубокий психологизм. Его трилогию, начатую неподражаемым «Светом», продолжает столь же прихотливая и многогранная «Нова Свинг».Через несколько лет после судьбоносного путешествия Эда Читайца к Тракту Кефаучи Гало стало туристическим маршрутом, а Тракт начал расширяться и изменяться, задевая своими областями Землю и создавая Зоны, где Вселенная решила отдохнуть от законов физики.
![Затонувшая земля поднимается вновь](/storage/book-covers/a7/a7380a68dcbd2e3aec690e3c0c469db30e1ac34d.jpg)
Приз университета «Голдсмитс» за «роман, раздвигающий границы литературной формы». Номинация на премию Британской ассоциации научной фантастики. «Книга года» по версии New Statesman. Вся жизнь Шоу – неуклюжая попытка понять, кто он. Съемная комната, мать с деменцией и редкие встречи с женщиной по имени Виктория – это подобие жизни, или было бы ею, если бы Шоу не ввязался в теорию заговора, которая в темные ночи у реки кажется все менее и менее теоретической… Виктория ремонтирует дом умершей матери, пытаясь найти новых друзей.
![Туризм](/storage/book-covers/85/85d185259bb96b367ee3fec50b163d8d8ed4f667.jpg)
Джек Серотонин — гид по странному и опасному дивнопарку, где сойти с намеченного маршрута означает найти свою гибель.
![Метаморфозы Ламии](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Ода Эдварду Мунку](/storage/book-covers/9b/9bb014d238a4113a16d913ecb04e6ac6a1c781a0.jpg)
Она всегда сидит на одной и той же скамейке в Сентрал-парке, около фонтана на Вишневом холме и охраняет…
![Нефритовая бабочка](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Кошкины сны](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Кровь картазона](/storage/book-covers/99/9942e2578834af60d3560742af120b684b51b269.jpg)
Рассказы победителей конкурса «Тайный Город — твой Город» в сборнике, посвященном самому легендарному миру отечественной городской фэнтези!
![В ожидании К.](/storage/book-covers/75/75678faf6eca5270b23af36a42a198d56ac7418b.jpg)
Конец света, назначенный на декабрь 2012-го, не состоялся. Свечи, макароны и тушенка пылятся по кладовкам. Но не спешите их выбрасывать! Вспомните, крохотный по космическим масштабам метеорит над Челябинском всерьез напугал не только жителей этого города. Извержение исландского вулкана закрыло небо над Европой, на несколько дней отбросив ее на сто лет назад, когда люди передвигались только по суше и воде. А Фукусима? А цунами в Индийском океане, которое унесло сотни тысяч человеческих жизней? И пусть оптимисты сколько угодно рассуждают о том, что настоящий конец света наступит не ранее чем через три миллиарда лет, когда погаснет наше Солнце, мы-то с вами не столь долговечны…