«Викинги» Гитлера. Эсэсовский интернационал - [20]
Он легко вошел в семью танкистов и при этом так и остался загадочной личностью. Его приятели из ближнего окружения не знали ничего о его прежней жизни, хотя были уверены, что все они весьма значительны и интригующи. Только позже оставшиеся в живых после боев узнают о нем всю правду…
Курту Эггерту было девять лет, когда началась Первая мировая война. Поражение в ней Германии ударило по его честолюбию и заставило поступить в кадетский корпус, а затем стать офицером, что в конечном счете и произошло. В 12-летнем возрасте ему удалось совершить плавание на учебном корабле. Для немецкого морского флота были характерны революционные волнения послевоенного времени. В 15 лет Курт Эггерт последовал за своим командиром, который взял его в Берлин, и участвовал с ним в уличных сражениях против спартаковцев. Несколькими месяцами позднее этот командир вовлекает Эггерта в участие в капповском путче.
Затем он вступает в добровольную бригаду морского флота капитана Эрхарда. Его матросы носили на своих рукавах знак викингов. После неудачи путча молодой Курт с грустью в душе поступает в среднюю школу, чтобы подготовиться к экзамену для сдачи на аттестат зрелости. Ему едва исполнилось 15 лет, когда в Верхней Силезии начались столкновения между польскими инсургентами и Добровольческим корпусом[4]. Курт Эггерт будет одним из «крамольных» писателей, которыми интересовался писатель Эрнст Саломон, сам принимавший участие в этих сражениях. 5 мая 1921 года Эггерт уходит из дома под предлогом занятий в школе. В свой школьный ранец он положил пару спортивной обуви, книги Ницше карманного формата и несколько кусков сухого хлеба. Он позволял себе роскошь проходить мимо школы и бросать визитную карточку в почтовый ящик, на которой писал четким почерком: «Уважаемый господин директор, я на несколько дней буду свободен от занятий в школе, так как направляюсь со своими приятелями в Верхнюю Силезию, где вступлю в Добровольческий корпус».
На вокзале юный Курт встречается с друзьями. В вагоне поезда они клянутся победить польских повстанцев, а затем вернуться в Германию и сместить правительство, которое обращается с добровольцами как с мятежниками. На границе они надевают форменную одежду и берут спрятанное заранее в амбаре оружие. Затем переплывают реку Нейсе. В Добровольческом корпусе Курт Эггерт вступает в «Черную дивизию». Он носит на рукаве знак «мертвая голова» и двухцветную черно-белую прусскую ленту. На стальных шлемах этих юношей был нарисован яркий символ корпуса. Под майским жарким солнцем их опьяняет дух германского патриотизма.
«Все было очень просто», — рассказывал как-то раз Курт Эггерт своим приятелям из дивизии «Викинг». — Перед нами был враг, а за нами правительство предателей. Мы не могли опираться ни на кого во всем мире. Так что мы заключили союз друзей, поклявшись вести борьбу не на жизнь, а на смерть. Ночи были ясны и полны звезд».
Под силезским желто-белым знаменем мальчики Добровольческого корпуса 19 мая 1921 года отправились на фронт. Их было девятьсот. Из оружия — всего несколько пулеметов и ни одного орудия. Как и Курт Эггерт, еще многие добровольцы фрейкора покинули школы. Поступил приказ взять Аннаберг и находящийся рядом с деревней укрепленный монастырь. «В сумерках мы залегли у подножия монастыря. Летучие мыши приносили нам послания из страны смерти. Пирамиды винтовок выделялись на фоне темного неба как сухие ветки деревьев. Мы развели костер и пели «Золотую зарю» до рассвета…». Наконец был получен приказ выйти на исходную позицию и начать атаку. Добровольцы разобрали винтовки и вышли из своего укрытия на равнину.
«Мы шли по широкому полю под защитой сплошной полосы тумана… Молодые, в светло-зеленой униформе, армейских ботинках и обмотках».
Внезапно их накрыли огнем. Здесь Курт Эггерт впервые познал все ужасы войны, собрал все свое мужество и постарался преодолеть страх. «Через 10 минут мы уже штурмовали первую высоту. Все происходило как во сне, само по себе. Я, как и другие добровольцы, поднимался, бросал ручные гранаты, стрелял, снова вскакивал и снова стрелял».
Баварские добровольческие корпуса «Оберланд» ворвались в Аннаберг. Солдаты из «Черной дивизии» должны были вслед за ними нанести удар от Выгоды. Курт Эггерт видел, как большинство его товарищей гибло под пулями во время атаки. Но немцы все-таки одержали победу. Холмы вокруг деревни были захвачены. Польша потерпела поражение.
Вечером победители после последнего парада на рыночной площади Лешно устроились на ночлег в сарае.
«Я смертельно устал», — рассказывал Курт Эггерт, — и без сил бросился на солому. Волнение от этой первой битвы долго не проходило, и в полусне я чувствовал, как слезы бежали по лицу». Обовшивевший, с опустошенной душой баварский доброволец Эггерт после последующих сражений вернулся в Берлин. Там он узнал, что школа уже выставила его за дверь. Поэтому Эггерту пришлось оставить мечты об аттестате зрелости и устроиться работать техником по ремонту сельскохозяйственных машин в Мекленбурге. В 19 лет ему как заслуженному добровольцу удалось поступить в артиллерийское управление рейхсвера. Но разве бывшего фрейкоровца могла удовлетворить казарменная жизнь? Он оставил службу в армии и решил снова начать учиться. Эггерт пытается поступить в университеты Геттингена, Ростока и Берлина. Он изучает санскрит и археологию, проглатывает учебники по философии и теологии. В конце концов ему удается выдержать экзамен в духовную академию. Эггерт стал затем священником, исповедующим кальвинизм. Он получил свой первый приход в протестантской церкви Мекленбурга. Эггерт читал странные проповеди, сетуя на нищету крестьян, твердил о мужестве германских добровольцев и возмущался по поводу каждого случая одурачить своих прихожан. Вскоре его назначают викарием в Восточном Берлине. Тем не менее и там он повторяет одни и те же сентенции: «Нация, а не церковь должна объединять немцев», озадачивая этим верующих. Или: «Молодежь должна искать правду не у библейского бога, а заботиться о чести нации».
Фамилия Чемберлен известна у нас почти всем благодаря популярному в 1920-е годы флешмобу «Наш ответ Чемберлену!», ставшему поговоркой (кому и за что требовался ответ, читатель узнает по ходу повествования). В книге речь идет о младшем из знаменитой династии Чемберленов — Невилле (1869–1940), которому удалось взойти на вершину власти Британской империи — стать премьер-министром. Именно этот Чемберлен, получивший прозвище «Джентльмен с зонтиком», трижды летал к Гитлеру в сентябре 1938 года и по сути убедил его подписать Мюнхенское соглашение, полагая при этом, что гарантирует «мир для нашего поколения».
Константин Петрович Победоносцев — один из самых влиятельных чиновников в российской истории. Наставник двух царей и автор многих высочайших манифестов четверть века определял церковную политику и преследовал инаковерие, авторитетно высказывался о методах воспитания и способах ведения войны, давал рекомендации по поддержанию курса рубля и композиции художественных произведений. Занимая высокие посты, он ненавидел бюрократическую систему. Победоносцев имел мрачную репутацию душителя свободы, при этом к нему шел поток обращений не только единомышленников, но и оппонентов, убежденных в его бескорыстности и беспристрастии.
Заговоры против императоров, тиранов, правителей государств — это одна из самых драматических и кровавых страниц мировой истории. Итальянский писатель Антонио Грациози сделал уникальную попытку собрать воедино самые известные и поражающие своей жестокостью и вероломностью заговоры. Кто прав, а кто виноват в этих смертоносных поединках, на чьей стороне суд истории: жертвы или убийцы? Вот вопросы, на которые пытается дать ответ автор. Книга, словно богатое ожерелье, щедро усыпана массой исторических фактов, наблюдений, событий. Нет сомнений, что она доставит огромное удовольствие всем любителям истории, невероятных приключений и просто острых ощущений.
Мемуары известного ученого, преподавателя Ленинградского университета, профессора, доктора химических наук Татьяны Алексеевны Фаворской (1890–1986) — живая летопись замечательной русской семьи, в которой отразились разные эпохи российской истории с конца XIX до середины XX века. Судьба семейства Фаворских неразрывно связана с историей Санкт-Петербургского университета. Центральной фигурой повествования является отец Т. А. Фаворской — знаменитый химик, академик, профессор Петербургского (Петроградского, Ленинградского) университета Алексей Евграфович Фаворский (1860–1945), вошедший в пантеон выдающихся русских ученых-химиков.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Оценки личности и деятельности Феликса Дзержинского до сих пор вызывают много споров: от «рыцаря революции», «солдата великих боёв», «борца за народное дело» до «апостола террора», «кровожадного льва революции», «палача и душителя свободы». Он был одним из ярких представителей плеяды пламенных революционеров, «ленинской гвардии» — жесткий, принципиальный, бес— компромиссный и беспощадный к врагам социалистической революции. Как случилось, что Дзержинский, занимавший ключевые посты в правительстве Советской России, не имел даже аттестата об образовании? Как относился Железный Феликс к женщинам? Почему ревнитель революционной законности в дни «красного террора» единолично решал судьбы многих людей без суда и следствия, не испытывая при этом ни жалости, ни снисхождения к политическим противникам? Какова истинная причина скоропостижной кончины Феликса Дзержинского? Ответы на эти и многие другие вопросы читатель найдет в книге.
За годы Второй Мировой автор этих мемуаров сделал феноменальную карьеру — от рядового добровольца до штандартенфюрера, командира 28.S5-Freiwilligen-Panzergrenadier-Division «Wallonien» (28-й добровольческой дивизии СС «Валлония»). Награждая его Рыцарским крестом с дубовыми листьями, Гитлер заявил: «Если бы у меня был сын, я хотел бы, чтобы он походил на Вас!». А в родной Бельгии военного преступника Дегрелля приговорили к повешению, и до конца жизни он скрывался в Испании под чужой фамилией.Эта книга, прослеживающая боевой путь бельгийских добровольцев фюрера от создания Валлонского легиона в августе 1941 года до его преобразования в штурмовую бригаду СС «Валлония», — лучшее противоядие от фашизма.
После падения Третьего Рейха битые немецкие генералы попытались переложить всю вину и за военные преступления, и за разгром Вермахта на нацистское руководство и лично Гитлера — из мемуаров в мемуары кочуют проклятия в адрес «бесноватого фюрера», его «роковых решений» и «фатальных ошибок», якобы предопределивших исход войны и поражение Германии. Однако этот расхожий миф, подхваченный западной пропагандой, не только упрощает подлинную картину событий, сводя реальную историю к идеологическим штампам, но и принижает подвиг советского народа, одержавшего заслуженную победу над сильным, умным и умелым врагом.В данной книге представлены работы ведущих германских историков, которые решительно опровергают пропагандистские штампы, раскрывая подлинные, а не вымышленные причины поражения Рейха и представляя немецкую точку зрения на ход вооруженной борьбы и итоги Второй Мировой.
Этот легендарный самолет стал одним из главных символов блицкрига — именно эскадры «Юнкерсов» Ju 87 расчищали путь немецким танковым клиньям. Этот пикирующий бомбардировщик наводил ужас на врагов Рейха. Узнаваемый хищный силуэт с «чаечным» изломом крыла, неубирающиеся шасси с характерными обтекателями, за которые красноармейцы прозвали Ю-87 «лаптежником», сводящий с ума вой сирен, включавшихся перед пикированием, великолепная выучка экипажей, непревзойденная точность бомбометания — в начале войны этот самолет не знал себе равных.
Советская пропаганда величала Красную Армию «Непобедимой и легендарной», однако, положа руку на сердце, в начале Второй Мировой войны у Вермахта было куда больше прав на этот почетный титул – в 1939–1942 гг. гитлеровцы шли от победы к победе, «вчистую» разгромив всех противников в Западной Европе и оккупировав пол-России, а военное искусство Рейха не знало себе равных. Разумеется, тогда никому не пришло бы в голову последовать примеру Петра I, который, одержав победу под Полтавой, пригласил на пир пленных шведских генералов и поднял «заздравный кубок» в честь своих «учителей», – однако и РККА очень многому научилась у врага, в конце концов превзойдя немецких «профессоров» по всем статьям (вспомнить хотя бы Висло-Одерскую операцию или разгром Квантунской армии, по сравнению с которыми меркнут даже знаменитые блицкриги)