«Викинги» Гитлера. Эсэсовский интернационал - [19]
Танки дивизии «Викинг» достигают вершин холмов, которые тянутся от Синьковского до Круссино. Они — первые, кто сообщает о выполненном приказе. Укрывшись за складками холмов, они готовятся к обороне.
Перед цепью холма, которого достигли за день до того разведывательные части дивизии «Викинг», лежала деревня Кленовое. Хотя Советам так и не удалось достичь намеченных ими позиций, они все-таки сумели занять эту деревню, от которой надеялись начать свою атаку. Бригадефюрер СС Гилле решает без промедления очистить деревню и дает на утро 13 августа приказ о наступлении. В атаку должен пойти 1-й танковый полк в сопровождении гренадеров II полка «Германия» под командованием Ганса Юхема и остатка III полка «Вестланд», состоящего из эстонских добровольцев. Командование ими было возложено на оберштурмфюрера СС Хедера, у которого оставалось не больше двухсот балтийцев.
Командир дивизии запланировал молниеносную атаку и быстро вывел все подразделения на исходную позицию. В авангарде должны были действовать танки под командованием унтерштурмфюрера СС Курта Эггерта.
Эггерт отличался от других руководителей СС как своей незаурядной личностью, так и биографией. Он взял на себя командование танковым полком в декабре 1942 года в тот период, когда дивизия СС «Викинг» формировалась вновь после страшного отступления с Кавказа. Эггерт был тогда унтершарфюрером СС и служил во 2-м полку под командой оберштурмфюрера СС Вальтера Мультхофа, который был несколько шокирован, когда у него в подчинении оказался тогда уже довольно известный унтерфюрер. Курта Эггерта, которому было уже 38 лет, хорошо знали в национал-социалистской Германии, как уважаемого писателя. Будучи автором более 40 книг и брошюр, этот житель Берлина обладал несокрушимым фанатизмом пруссака. Он хотел быть воином и одновременно лощеным аристократом. Таким он пришел, отказавшись от свободной профессии, в дивизию германских добровольцев, отчасти из стремления к риску, отчасти из желания воевать среди этого международного подразделения солдат, которые прибыли из восьми европейских стран. Сначала все, даже его непосредственные начальники испытывали перед ним определенную робость. Он был всегда гладко выбрит, даже во время бевых действий. При его коротко подстриженной прическе белокурых волос несколько странно выглядели голубые глаза, которые прятались в глубоких впадинах угловатого, жесткого лица с выступающими скулами. От них отходили две тонкие, горизонтальные стрелки морщин. И, как ни странно, его рот с полными губами на этом грубо вырезанном лице выглядел как у азиата.
Одним из первых это заметил эльзасский офицер Пауль Пабло. Однажды вечером, когда они пили водку вместе с тремя другими офицерами-танкистами, Пабло сказал:
— Знаете, кого вы напоминаете мне?
— Кого?
— Чингисхана.
Унтершарфюрер Курт Эггерт звонко рассмеялся, а затем бросил яростный взгляд на эльзасца и сказал:
— Ты французская свинья!
Пабло не знал, что вновь прибывший офицер считал себя едва ли не единственным чистокровным пруссаком. Он презирал южан, жителей Рейнской области и баварцев, служивших в этой дивизии… Но вопреки всем его грубым выражениям, которые присущи разве что феодалу, эти нелюбимые им люди после окончания службы становились ему хорошими приятелями.
Кроме того, когда унтершарфюрер Эггерт прибыл в дивизию «Викинг», он был все-таки всего лишь командиром танка. Эггерт таскал повсюду таинственный синий чемодан с приемником, предшественником сегодняшнего транзистора.
Командира танка постоянно приглашали к себе другие офицеры, чтобы послушать музыку, певцов из варьете или банальные труппы. При этом он имел такой большой успех, как будто у офицеров гостила Венская опера.
Эггерт обычно включал иностранное радио, чтобы прослушать последние известия. Он в первую очередь считал себя писателем — эдаким поэтом нового режима, который в то же время скрывает определенную долю критицизма. Офицеры знали, что он презирает политиков и тыловых генералов. По отношению же к своим начальникам он вел себя всегда дисциплинированно, хотя не скрывал и несколько ироничной улыбки. Если кто и возмущался, когда видел, как этот простой офицер бесцеремонно обращается со своим руководством, то потом успокаивался, вспоминая, что он пользуется высоким покровительством. По слухам, которые были распространены во всех армиях мира, он имел доступ к высшим должностным лицам СС, руководству СС и общественным деятелям, состоящим в СС. Но он помалкивал, учился на командира танкового полка и всегда делил со всеми четырьмя членами экипажа пакеты с деликатесами, которые присылали ему из Берлина. Танкисты из его машины озадачивали своих приятелей тем, что пили бразильский кофе и курили гаванские сигары. Эггерт всегда смотрел на них с покровительственной улыбкой, давая понять, что такое настоящие писатели. Как только у него выдавалась спокойная минута между двумя атаками, он писал. Прежде всего это было бесконечное множество писем для своих сослуживцев. Кроме того, он даже вел на фронте всю корреспонденцию канцелярии. Эггерт зачастую сочинял короткие стихотворения, которые зачитывал при случае своим приятелям.
Фамилия Чемберлен известна у нас почти всем благодаря популярному в 1920-е годы флешмобу «Наш ответ Чемберлену!», ставшему поговоркой (кому и за что требовался ответ, читатель узнает по ходу повествования). В книге речь идет о младшем из знаменитой династии Чемберленов — Невилле (1869–1940), которому удалось взойти на вершину власти Британской империи — стать премьер-министром. Именно этот Чемберлен, получивший прозвище «Джентльмен с зонтиком», трижды летал к Гитлеру в сентябре 1938 года и по сути убедил его подписать Мюнхенское соглашение, полагая при этом, что гарантирует «мир для нашего поколения».
Константин Петрович Победоносцев — один из самых влиятельных чиновников в российской истории. Наставник двух царей и автор многих высочайших манифестов четверть века определял церковную политику и преследовал инаковерие, авторитетно высказывался о методах воспитания и способах ведения войны, давал рекомендации по поддержанию курса рубля и композиции художественных произведений. Занимая высокие посты, он ненавидел бюрократическую систему. Победоносцев имел мрачную репутацию душителя свободы, при этом к нему шел поток обращений не только единомышленников, но и оппонентов, убежденных в его бескорыстности и беспристрастии.
Заговоры против императоров, тиранов, правителей государств — это одна из самых драматических и кровавых страниц мировой истории. Итальянский писатель Антонио Грациози сделал уникальную попытку собрать воедино самые известные и поражающие своей жестокостью и вероломностью заговоры. Кто прав, а кто виноват в этих смертоносных поединках, на чьей стороне суд истории: жертвы или убийцы? Вот вопросы, на которые пытается дать ответ автор. Книга, словно богатое ожерелье, щедро усыпана массой исторических фактов, наблюдений, событий. Нет сомнений, что она доставит огромное удовольствие всем любителям истории, невероятных приключений и просто острых ощущений.
Мемуары известного ученого, преподавателя Ленинградского университета, профессора, доктора химических наук Татьяны Алексеевны Фаворской (1890–1986) — живая летопись замечательной русской семьи, в которой отразились разные эпохи российской истории с конца XIX до середины XX века. Судьба семейства Фаворских неразрывно связана с историей Санкт-Петербургского университета. Центральной фигурой повествования является отец Т. А. Фаворской — знаменитый химик, академик, профессор Петербургского (Петроградского, Ленинградского) университета Алексей Евграфович Фаворский (1860–1945), вошедший в пантеон выдающихся русских ученых-химиков.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Оценки личности и деятельности Феликса Дзержинского до сих пор вызывают много споров: от «рыцаря революции», «солдата великих боёв», «борца за народное дело» до «апостола террора», «кровожадного льва революции», «палача и душителя свободы». Он был одним из ярких представителей плеяды пламенных революционеров, «ленинской гвардии» — жесткий, принципиальный, бес— компромиссный и беспощадный к врагам социалистической революции. Как случилось, что Дзержинский, занимавший ключевые посты в правительстве Советской России, не имел даже аттестата об образовании? Как относился Железный Феликс к женщинам? Почему ревнитель революционной законности в дни «красного террора» единолично решал судьбы многих людей без суда и следствия, не испытывая при этом ни жалости, ни снисхождения к политическим противникам? Какова истинная причина скоропостижной кончины Феликса Дзержинского? Ответы на эти и многие другие вопросы читатель найдет в книге.
За годы Второй Мировой автор этих мемуаров сделал феноменальную карьеру — от рядового добровольца до штандартенфюрера, командира 28.S5-Freiwilligen-Panzergrenadier-Division «Wallonien» (28-й добровольческой дивизии СС «Валлония»). Награждая его Рыцарским крестом с дубовыми листьями, Гитлер заявил: «Если бы у меня был сын, я хотел бы, чтобы он походил на Вас!». А в родной Бельгии военного преступника Дегрелля приговорили к повешению, и до конца жизни он скрывался в Испании под чужой фамилией.Эта книга, прослеживающая боевой путь бельгийских добровольцев фюрера от создания Валлонского легиона в августе 1941 года до его преобразования в штурмовую бригаду СС «Валлония», — лучшее противоядие от фашизма.
После падения Третьего Рейха битые немецкие генералы попытались переложить всю вину и за военные преступления, и за разгром Вермахта на нацистское руководство и лично Гитлера — из мемуаров в мемуары кочуют проклятия в адрес «бесноватого фюрера», его «роковых решений» и «фатальных ошибок», якобы предопределивших исход войны и поражение Германии. Однако этот расхожий миф, подхваченный западной пропагандой, не только упрощает подлинную картину событий, сводя реальную историю к идеологическим штампам, но и принижает подвиг советского народа, одержавшего заслуженную победу над сильным, умным и умелым врагом.В данной книге представлены работы ведущих германских историков, которые решительно опровергают пропагандистские штампы, раскрывая подлинные, а не вымышленные причины поражения Рейха и представляя немецкую точку зрения на ход вооруженной борьбы и итоги Второй Мировой.
Этот легендарный самолет стал одним из главных символов блицкрига — именно эскадры «Юнкерсов» Ju 87 расчищали путь немецким танковым клиньям. Этот пикирующий бомбардировщик наводил ужас на врагов Рейха. Узнаваемый хищный силуэт с «чаечным» изломом крыла, неубирающиеся шасси с характерными обтекателями, за которые красноармейцы прозвали Ю-87 «лаптежником», сводящий с ума вой сирен, включавшихся перед пикированием, великолепная выучка экипажей, непревзойденная точность бомбометания — в начале войны этот самолет не знал себе равных.
Советская пропаганда величала Красную Армию «Непобедимой и легендарной», однако, положа руку на сердце, в начале Второй Мировой войны у Вермахта было куда больше прав на этот почетный титул – в 1939–1942 гг. гитлеровцы шли от победы к победе, «вчистую» разгромив всех противников в Западной Европе и оккупировав пол-России, а военное искусство Рейха не знало себе равных. Разумеется, тогда никому не пришло бы в голову последовать примеру Петра I, который, одержав победу под Полтавой, пригласил на пир пленных шведских генералов и поднял «заздравный кубок» в честь своих «учителей», – однако и РККА очень многому научилась у врага, в конце концов превзойдя немецких «профессоров» по всем статьям (вспомнить хотя бы Висло-Одерскую операцию или разгром Квантунской армии, по сравнению с которыми меркнут даже знаменитые блицкриги)