Век драконов - [3]

Это говорил мой колдун…

Я задрожал. Я понимал, что со мной произошло нечто не совсем обыкновенное, нечто такое, что бывает только в сказках…

Но мне оставалось только покориться судьбе.

Колдун опять шепнул за спиной:

— Смотри, смотри!

Видели ли вы когда-нибудь молодого лягушонка, когда у него еще не отвалился хвост? Представьте же себе этого лягушонка величиной с хорошее бревно. Именно такое чудовище выползло из одного озерца на берег и уставилось на меня огромными выпученными зеленоватыми глазами.

Оно скрылось сейчас же опять под водой, но на прибрежном иле остались следы его лап, удивительно похожих на отпечаток человеческих рук.

И снова зашептал колдун:

— В то время водились огромные животные, похожие на головастиков и на еще не сформировавшихся молодых лягушек. Отпечаток лапы одного из этих животных ты видел как раз сегодня в каменоломне.

Закачались и задрожали вершинами зеленые деревья-папоротники, и между ними выставилась голова дракона. Эта голова, если бы ей пришла охота, могла бы проглотить быка.

Так мне тогда показалось, по крайней мере. Возможно, что на самом деле она и не была так велика.

Потом вылез и сам дракон.

Вероятно, он обладал огромной силой. Стволы папоротника толщиной в несколько обхватов гнулись, как тростинки, под напором его исполинского тела, раздвигаясь в обе стороны.

Он подошел к озеру и стал пить воду. И из воды сейчас же выставилась отвратительная морда первого чудовища, похожего на головастика.

Я взглянул на то место, где за минуту перед тем видел клопа… Он продолжал ползти вверх по стволу папоротника, цепляясь за него изогнутыми короткими ногами толщиной в грифель.

С отвращением и ужасом я отшатнулся от волшебного окошка, сквозь которое можно было видеть прошлое.

Я не знаю, сколько времени простоял я перед этим окошком. Должно быть, очень долго. И, вероятно, оттого, что все там было зеленое: зеленые папоротники, зеленая осока, зеленые глаза чудовищ — несколько секунд и стены самого подвала казались мне тоже зелеными.

И старичок в разлетайке тоже будто позеленел.

Я закричал ему:

— Уведите меня отсюда! Зачем вы меня обманули? Значит, вы действительно колдун!

Впрочем, хотя теперь я почти и был убежден, что он колдун, я не боялся его все-таки… Я видел, как он растерялся, когда я заплакал.

Ах, я заплакал… Но это были непрошеные слезы. Я сам на них сердился.

— Вы колдун? — спросил я. — Говорите прямо…

Утирая мне слезы своим платком, он ответил:

— Да нет же! Ведь мы с тобой играли. И я тебе решил показать эту штучку. Успокойся, прошу тебя.

— А почему вы зеленый? — сказал я.

Он взглянул на меня почти с испугом, потом хлопнул себя по лбу кулаком, как будто что-то вспомнил.

— Так, так, — заговорил он поспешно, — мне тоже кажется все зеленым, когда я долго смотрю туда. Ведь там тоже преобладает зеленый цвет.

— Где там?

— А там.

Он мотнул головой в сторону своего волшебного окошка.

— А это что такое?

Мне хотелось вывести его на чистую воду. В самом деле, с какой стати он вздумал напугать меня?

И я переспросил сейчас же:

— А скажите, если вы играли со мной, то ведь не игрушки же у вас там, в этом окошке?

Он повернулся к стене и, взявшись рукой за металлический ободок, которым было оправлено вделанное в стенку чудесное стекло, принялся крутить его, как винт, справа налево.

Я стоял и ждал, что будет дальше.

Я думал:

«Если он колдун, то, во всяком случае, не злой».

Вывинтив стекло, он сказал мне:

— Ну, а теперь иди и смотри.

И посторонился.

Но я не шелохнулся… Нет, ни за что на свете я не согласился бы еще раз заглянуть в эту дыру!

Тогда он сунул руку в образовавшееся на месте стекла отверстие, пошарил там немного и вытащил…

Вы знаете, что он вытащил?

Ящерицу…

— Вот он, страшный дракон, которого ты видел в папоротниковом лесу, — сказал он и посадил ящерицу к себе за пазуху…

Должно быть, она была ручная.

Потом он опять повернулся к стене и опять сунул руку по самое плечо в отверстие.

— А лягушонок… Лягушонок, — заговорил он. — Нет, его не поймаешь…

Он вынул руку из отверстия. Пальцы его были в грязи, и с них капала вода…

— Нет, его не поймаешь, — повторил он.

Ему стоило большого труда уговорить меня подойти поближе к отверстию.

В конце концов, я все-таки решился… Он растолковал мне, что отверстие вело в стеклянный ящик вроде аквариума, нагреваемый и освещаемый электричеством. Одна сторона ящика была снабжена особым, им самим изобретенным оптическим прибором, состоявшим из системы увеличительных стекол.

В ящике он посадил самый обыкновенный папоротник и самую обыкновенную осоку и напустил туда лягушат, ящериц и лесных клопов.

Попробуйте посмотреть в увеличительное стекло на спичку.

Спичка покажется вам бревном.

Так же увеличивались до невероятных размеров и находившиеся в изобретенном им аквариуме все растения и животные.

Отчетливо была видна каждая, самая незначительная неровность или шероховатость на стволах папоротников и их листьях…

Ничтожная морщинка на теле ящерицы превращалась в безобразную складку, похожую на отвислую кожу бегемота…

И ящерица уже переставала быть ящерицей. Она преображалась в фантастическое страшилище, в настоящего сказочного дракона…