В Париж на выходные - [24]
— Я аннулирую ее!
Пуэрториканец открыл ящик стола и смахнул карту туда.
— Говорил тебе, держись своих! — снова встрял кубинец. — Дождись меня у выхода, мои друзья помогут тебе с работой!
Я уже не слушал его. Пуэрториканец с прежним наглым выражением лица жевал зубочистку — он наслаждался тем, как я усугубляю свое положение. Я одним движением перемахнул через стойку. Противник пытался подняться, но он сидел в кресле на колесиках, которое поехало назад. Я сам помог ему встать. Я схватил его обеими руками за рубашку, поднял с кресла и с силой притянул навстречу своей голове. Я научился этому в день, когда оказался в общей камере тюрьмы в Сантьяго. Он хотел напомнить мне, что я сидел на нарах? У него получилось!
Естественно, я не пытался бежать и спокойно дождался полиции, сидя в кресле пуэрториканца. Его самого держали мексиканец с кубинцем — латинскую кровь не обманешь, он собирался оторвать мне голову. Но руки у него были блокированы, и старая гречанка, которая, как все южанки, была по призванию сестрой милосердия, пыталась промокнуть ему кровь на лице. Его повезли прямо в больницу — у него, как и у его предшественника в Сантъяго, был сломан нос. Меня сначала отвезли в участок, а уже потом — в ту же больницу. Обоюдоострая зубочистка пуэрториканца проколола мне щеку. У меня до сих пор в этом месте, если присмотреться, крошечная ямка.
На ночь меня вернули в участок, где я провел бессонную ночь, крутясь на жесткой кушетке в зарешеченной камере. Когда меня привозили в участок в первый раз, я сказал полицейским, что Рита с детьми ждали меня на пляже, и их на патрульной машине отвезли в наш мотель. Рита потом сказала мне, что тоже не сомкнула глаз.
Было отчего! Особенно всё-таки мне. Операцию по внедрению я провалил в любом случае. А завтра утром судья должен был решить, отправить ли меня обратно на Кубу немедленно или мне придется отсидеть какой-то срок в американской тюрьме. Денег на штраф у меня не было, так что я мог расплатиться только натурой. В любом случае, со Штатами нам придется распрощаться. Я не жалел об этом — жить в такой стране мне не хотелось.
Слушание моего дела было назначено на десять утра. Полицейский расстегнул на мне наручники и сел на места публики, за барьер. Публики, кроме него, не было — Роза сидела дома с детьми. Мы с ней вообще не виделись с тех пор, как меня задержали.
Судья — толстый, сопящий на всё помещение грек с волосатыми руками (во Флориде много кубинцев и греков) — выслушал сначала меня. Мотивы его не интересовали — только факты. А все они свидетельствовали против меня.
Потом наступила очередь пуэрториканца. Он, в отличие от меня, пришел с адвокатом (странно, почему у меня его не было?). Нос у него был заклеен пластырем — продольно и дважды поперек, на переносице и у ноздрей. Пуэрториканец и говорил немного в нос, с трудом — не знаю уж, притворялся он или нет. Это было выступление человека, стоящего на страже большой, прекрасной и щедрой страны, в которую отовсюду пытается проникнуть всякая нечисть. Этого слова пуэрториканец не сказал, но дух его вдохновенной речи был именно таков.
Я приготовился увидеть и всех остальных свидетелей сцены — посочувствовавшего мне мексиканца, моего кореша-кубинца и гречанку с сыном, но их в суд не вызывали. Свидетель был один — та самая белая мышь, начальница пуэрториканца. Ее выступление длилось едва ли минуту.
— Ваша честь, — сказала она, — я была свидетелем конфликта, который произошел у инспектора Вальдеса с г-ном Аррайя, с начала и до его отвратительной развязки.
Она так и сказала: «отвратительной развязки».
— Должна вам сказать, что инспектор Вальдес, которому я и раньше неоднократно делала замечания по поводу непозволительного тона, которым он разговаривает с посетителями, вел себя с г-ном Аррайя откровенно провокационно.
Мы с инспектором Вальдесом обменялись изумленными взглядами. Не знаю, кто из нас был поражен больше.
— Управление иммиграционной службы сожалеет, что г-н Аррайя проявил невыдержанность, — тут ее прорвало на личное. — Насилие отвратительно в любой своей форме! Однако, — продолжила она прежним ровным тоном, — Управление не собирается поддерживать иск инспектора Вальдеса. Тем более что с этого дня г-н Вальдес уже не является нашим работником. Вчера вечером был решен вопрос о его служебном несоответствии.
Я посмотрел на судью. Он, если и был удивлен, ничем этого не выдал, только его сопение усилилось.
— Ваша честь! — вскочил адвокат Вальдеса. — Мы протестуем! На моего клиента напали и нанесли ему тяжкие телесные повреждения, потребовавшие хирургического вмешательства. Это дело не может быть оставлено без последствий!
— Это решает суд, — отрезал судья и снова натужно засопел. Потом, после паузы: — Кто оплатит лечение?
— Ваша честь, — вскочил адвокат, всё еще не пришедший в себя после такого поворота событий, — у моего клиента страховка государственного служащего, и мы по…
— Г-н Вальдес уже не является нашим служащим, — отрезала его бывшая начальница.
С этой минуты она перестала казаться мне некрасивой и бесформенной. Таким женщинам надо смотреть в глаза — сейчас они пылали. Я понял про нее еще одну вещь — она была еврейкой, может быть, даже недавней эмигранткой.
Ранней осенью 1999 года, накануне неизбежного вторжения федеральных войск в мятежную Чечню, Пако Аррайя получает задание внедриться в структуры, вербующие боевиков в лондонских мечетях. Игра заходит слишком далеко: Пако и его друг и коллега Алексей Кудинов захвачены бандитами. Спасти русских разведчиков пытаются совершенно неожиданные силы. Но прежде всего предстоит понять, кто же эти похитители. «По ту сторону пруда» — общее название двух книг Сергея Костина из цикла «Пако Аррайя, секретный агент». Действие обеих происходит в Лондоне, где российский разведчик Пако Аррайя выдает себя за сотрудника ЦРУ и решает задачи с помощью «коллег» из спецслужб Великобритании.
В Вербное воскресенье Пако Аррайя получает сообщение о том, что один из сотрудников СВР, работавший с ним в Англии и знающий его в лицо, оказался перебежчиком. Под угрозой провала еще десятки, если не сотни агентов. Но для Пако это означает, что он должен бросить свою американскую семью и бежать в Москву. Однако он решает ехать в Лондон, чтобы попытаться разыскать предателя. И, как сказал его куратор Эсквайр: «Это его жизнь или твоя!» «По ту сторону пруда» — общее название двух книг Сергея Костина из цикла «Пако Аррайя, секретный агент».
Разведчик-нелегал Пако Аррайя приезжает в Эстонию накануне выборов президента и визита английской королевы. Он должен помочь бывшему коллеге, подавшему сигнал SOS. Однако это простое задание быстро становится одним из самых опасных в его карьере. В тихом Таллине на него открыта настоящая охота, и удастся ли ему выбраться из этой передряги, зависит только от его умения выживать…Все события этой книги вымышлены. Любые совпадения имен, названий, дат и обстоятельств — случайны. Во всяком случае, так утверждает автор.
Новое задание Конторы для секретного агента Пако Аррайя. Теперь это Индия — расследование смерти близкого друга и бывшего однокурсника. Пако вместе с агентом по имени Мария под видом супругов-туристов отправляются по следу преступления и пытаются докопаться до истины, зная лишь название гостиницы, где произошло убийство, и загадочное слово «очха»…
Пако Аррайя — российский агент-нелегал, внедренный в США еще во времена Советского Союза. Зимой 2000 г. Пако получает сразу два задания из серии «Миссия невыполнима». Он должен попытаться разыскать русского генерала, похищенного с семьей чеченскими боевиками и вывезенного в Афганистан. А также выкрасть самый крупный из пандшерских изумрудов, который нужен для торга с одним арабским принцем. Очень скоро к этим задачам прибавится еще две, столь же маловыполнимых: спасти свою группу и уцелеть самому. Все бы хорошо, только вот проблема: Пако никак не может заснуть.
Это сладкое слово "вербовка". Технология. Роль и место технических разведок. Взаимоотношения ГРУ-СВР-ФСБ-ФАПСИ.Наши ребята "в поле". Предатели. Как ловят, как выворачивают это самое место.
13 марта 1943 года в личном самолете Гитлера взорвалась бомба. После этого инцидента личность и поведение фюрера сильно изменились. Если в тот роковой день Гитлер погиб, то чей труп обнаружили в берлинском бункере через два года, в 45-ом? Каким образом Мартин Борман смог помешать генералам-заговорщикам захватить власть в Третьем рейхе?Роман посвящен загадочным событиям последних двух лет Второй мировой войны. В изложении К. Форбса смертельная борьба, разгоревшаяся в святая святых Третьего рейха, получает наиболее сенсационное объяснение.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Во 2-й часта книги рассказывается о проведенных советской разведкой в 1950–1960 годах блистательных операциях по похищению самых оберегаемых в Великобритании тайн по созданию бактериологического оружия. В повести действуют не вымышленные герои, а реальные люди — крупные политики и дипломаты, замечательные советские разведчики Конон Молодый, Леонтана и Моррис Коэны, иностранные агенты экстра-класса — англичане Джордж Блейк, Гарри Хаутон и Этель Элизабет Джи.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.