Убийство по-венециански - [19]
Брошенные в угол туфли похожи на мертвых крыс, что валяются на углу улиц тут и там. Туфли без задников с носками цвета то ли утренней зари, то ли резеды, облезлый бархат, тусклая пряжка и рваный сафьян криво стоптанного каблука, лоск заношенной ткани, просоленная потом кожа, перекошенные бока и дряблые оплывы.
Она говорит, что бродячий комедиант будет представлять в балагане панораму Мондо Нуово и ей хочется пойти посмотреть. Она говорит, что хочет пить. Она говорит, что желает сменить чулки, и, задрав верхнюю и нижнюю юбки, демонстрирует худую ногу, в оболочке блестящего шелка похожую на мрамор. Шелк, пот, мятый батист, рыжее руно.
- Нинааа!.. Нинааа!.. Мерзавка, сколько раз я тебе говорила, что нужно закрывать дверь?.. Однако я бы охотно что-нибудь съела. А Вы, С'иор Маскера?
Прогулка втроем, воплощение непринужденности. Слева, с болонкой на руках, мужчина в песочной шляпе, в одеянии цвета берлинской лазури, и - с полным соблюдением перспективы - очертания маремм[92], горизонта, зеленоватое небо, мрачно нависшее над траурными кипарисами. Passeggiata[93]. Вдали несколько воронов, справа робкая и невротичная борзая, наводящая на мысли о заячьих тушках, выложенных на блюда. В центре, вопреки театральным обычаям, вид со спины на трио актеров. Луиза Кальмо - в жестком от тростника платье серного цвета, с распущенными волосами до талии, в большой шляпе-калеш[94] с воланом, которую удерживают у нее на затылке завязанные бантом аспидные ленты. Слева от нее импресарио Пьеро Трапасси. Или же это чичисбей Джакомо Бири? - Нет. Изысканная надменность, с которой он подносит к глазу лорнет, крутой изгиб икры и посадка треуголки на пудреных волосах склоняют выбор в пользу Пьеро Трапасси, да и к тому же вряд ли Бири доверил бы ношение болонки кому-то другому. Справа от красотки, которая, вполне возможно, вовсе и не Луиза Кальмо, некий мужчина во фраке цвета увядшей розы и в шляпе на английский манер комментирует красоты пейзажа. Движения ног в серых чулках и удобная узкая обувь отмечают ритм его ходьбы. Не исключено, что этот мужчина - Альвизе Ланци. Не вызывает сомнения лишь одно: на этой сцене в приглушенных, будто во сне, тонах вот-вот произойдет нечто решающее. Кто-то что-то опрометчиво скажет. Кто-то выслушает сказанное с предельным вниманием, чтобы употребить затем себе на пользу, а в это время юбка, волочась по земле, будет мести личинки, травинки и раздавленных насекомых.
- Сожалею, но о новых авансах не может быть и речи, поскольку вы еще далеко не покрыли те, что я вам уже выдал. Ваши последние поставки были недостаточными.
- Я сделал все, что мог. У нас тоже трудности с подвозом пряжи и неповиновением рабочих...
- Это ваше дело, мое же - окупить расходы. Когда вы наконец собираетесь выполнить обязательства? Сколько дама и бархата я могу ожидать?
- Я мог бы поставить четыре-пять рулонов тафты...
- Вы издеваетесь!
- Я хочу сказать, что мог бы поставить еще... если бы была возможность...
Он заверяет даже, что рулонов будет гораздо больше, сулит огромные объемы, которых хватит для загрузки целой флотилии, нагромождает тюки воображаемого крепона, рулоны неправдоподобного атласа.
- ...но еще один раз, крошечный аванс, Вы ведь согласны, безделицу, жест доверия, ну же...
Другой утрачивает всякую сговорчивость.
- Ваша мануфактура совершенно не учитывает тенденции, вы работаете, как во времена моей бабушки, не производите ничего в индийском вкусе, не имеете, похоже, никакого представления о новых способах наведения муара и брошюрования, у вас нет оборудования ни для атласа в китайском стиле, ни для газа с синелью...
- Погодите, погодите...
Руки его увлажняются, он чувствует, что дошел до предела. У него огромные долги, и, несмотря на обеты и амулеты, неудачи упорно преследуют его в последнее время. Он забыл об осторожности и даже не дает себе труда с достаточным тщанием подделывать учетные книги. Его все чаще мучают неотступные боли в горле.
...Марчия Дзольпан, которую Вы некогда знавали, весьма элегантная в расшитом блестками рединготе шелкового бархата. Она постарела, чего с Вами никогда не случится, проживи Вы хоть сто лет, но все еще довольно хороша собой. Что сказать Вам, дорогая моя сирена, кроме того, что мир положительно обезумел? Взять, к примеру, Альвизе Ланци, рассказами о котором я развлекаю Вас более чем часто, поскольку он мой сосед и я хорошо знаю его семью. Можете Вы представить, что, трижды побывав вдовцом, он опять хочет вступить в брак? Сейчас женятся на актрисах, такова последняя мода, и потому он остановил свой выбор на комедиантке Кальмо, проявив страсть весьма дурного вкуса, почти невероятную в его случае, ибо, по всеобщему мнению, он холоден, как рыба. Можете ли Вы объяснить это брачное неистовство? Говорят, что некоторые не могут жить без женщины. Одна-две любовницы, пусть, но беспрестанно жениться, чтобы в придачу еще и становиться вдовцом... Ланци ведет себя так, будто потерял разум. В его-то возрасте!.. Мне неведомо, что об этом думает его мать, хотя до моих ушей дошло одно странное ее высказывание. Не подумайте однако, что я сужу и обвиняю Кальмо за любовные связи ее прошлого, не лучшего и не худшего, чем у других. Умолчу я также и о возможном ее участии в театральных антагонизмах и кликах, разбивающих город на два лагеря, как в случае с соперничеством аббата Кьяри и адвоката Гольдони. Актеры, единожды сыгравшие роль привидения, балерины, проскакавшие через сцену тремя батманами в полноги, их настоящие или мнимые матери, их сутенеры, чичисбеи и покровители плетут интриги с энергией, превосходящей всякое воображение. Поговаривают все же, что Кальмо якобы была замешана в неких подозрительных делах и темных историях, о которых можно поведать лишь конфиденциально. Кавалер расскажет Вам эту занимательную повесть с большим, нежели я, остроумием, однако позвольте мне попотчевать Вас на закуску рассказом о том, как она...
![Торговка детьми](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Маркиз де Сад - самый скромный и невинный посетитель борделя, который держит парижанка Маргарита П. Ее товар - это дети, мальчики и девочки, которых избранная клиентура использует для плотских утех. "Торговке детьми", вышедшей вскоре после смерти Габриэль Витткоп, пришлось попутешествовать по парижским издательствам, которые оказались не готовы к леденящим душу сценам.
![Некрофил](/storage/book-covers/b1/b1eec419ce71c7dcea341e3dae37ec8d00888a91.jpg)
От издателя Книги Витткоп поражают смертельным великолепием стиля. «Некрофил» — ослепительная повесть о невозможной любви — нисколько не утратил своей взрывной силы.Le TempsПроза Витткоп сродни кинематографу. Между короткими, искусно смонтированными сценами зияют пробелы, подобные темным ущельям.Die ZeitГабриэль Витткоп принадлежит к числу писателей, которые больше всего любят повороты, изгибы и лабиринты. Но ей всегда удавалось дойти до самого конца.Lire.
![Хемлок, или Яды](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Белые раджи](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Смерть С.](/storage/book-covers/e5/e54171cf98b28f0316f6506c9b131315906deca4.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Мастерская подделок](/storage/book-covers/11/11ab6fff6fe8bd652fd186ab3ba9937b14cf899c.jpg)
Впервые вышедшая во Франции в 2018 году книга Габриэль Витткоп (1920-2002) — это коллекция литературных зеркал, в которых отражаются сочинения знаменитых писателей — от Вольтера до Роб-Грийе. Присваивая голоса этих авторов, Витткоп разыгрывает с их помощью свои любимые сюжеты, восхищается гарпиями, ядами и красотой разложения, высмеивает плодородие и благочестие. Завершается книга отрывками из дневника Люсьена Н., героя знаменитой повести Витткоп «Некрофил». Мы не удивимся, встретив на этих страницах маркиза де Сада, которого Витткоп считала величайшим стилистом.
![Голоса](/storage/book-covers/38/38a136f516b543d7bc0bbe7a36e37a00e958944a.jpg)
«Одиночество среди людей обрекает каждого отдельного человека на странные поступки, объяснить смысл которых, даже самому себе, бывает очень страшно. Прячась от внешнего мира и, по сути, его отрицая, герои повести пытаются найти смысл в своей жизни, грубо разрушая себя изнутри. Каждый из них приходит к определенному итогу, собирая урожай того, что было посеяно прежде. Открытым остается главный вопрос: это мир заставляет нас быть жестокими по отношению к другим и к себе, или сами создаем вокруг себя мир, в котором невозможно жить?»Дизайн и иллюстрации Дарьи Шныкиной.
![Русский акцент](/storage/book-covers/2a/2ad4762182493d53169fa3a7c0cc97e9a96e667a.jpg)
Роман охватывает четвертьвековой (1990-2015) формат бытия репатрианта из России на святой обетованной земле и прослеживает тернистый путь его интеграции в израильское общество.
![В.Н.Л. (Вера. Надежда. Любовь)](/storage/book-covers/f9/f9224ef09b37075924fd4a2be49ed33b23507866.jpg)
Начинающий писатель и несостоявшийся музыкант из глубинки приезжает покорять Северную Столицу. За короткое время проживает и «войну» (нападение на улице), и нищету, и любовь (актриса, самая настоящая), и успех (издает книгу). Но город не принимает героя, он вынужден срочно менять что-то в своей новой жизни. Или меняться самому. Динамичность и изысканная простота изложения заставляют читателя сопереживать героям с первых страниц книги.
![Тетралогия. Ангел оберегающий потомков последнего Иудейского царя из рода Давида. Книга третья. Проект «Конкретный Сионизм» – Вознаграждающий счастьем. Часть вторая](/storage/book-covers/39/392ab6b5c2b5dfc644d6b08d9639029e935cf463.jpg)
Книга: О чистой одухотворённой любви.О том, как получить превосходное образование, одобрение, уважение и общественное признание.О жизненных, во многом не зависящих от воли человека, двух тысячелетних событиях, сопровождавших потомков иудейского царя Цидкиягу.О тайно переправленных в Израиль иудейских сокровищ Хазарского Каганата.О исполнении верующими людьми всех установленных Богом заповедей.О начале религиозной службы, в восстановленном к Божественному предназначению Третьем Иерусалимском Храме.О возвращении из тайных хранилищ, священных реликвий Первого и Второго Храма разрушенных тысячи лет назад.О создании прообраза совершенно нового общества на Святой земле.О напоминании людям: Что белое выглядит, как белое, а чёрное выглядит, как чёрное.О лучших человеческих качествах: честности, гражданственности, милосердии, уважении к закону, здоровой предприимчивости, трудолюбии, умению противостоять любым видам насилия.О том, как с должным уважением и доверием относиться к людям.
![И придут наши дети](/storage/book-covers/51/51707072c8c88d41a07662b136ee69aa37904d48.jpg)
Широко известный в ЧССР роман посвящен сегодняшним дням республики. В основе произведения — расследование причин аварии на одном из крупных предприятий Словакии. В центре внимания автора — молодые современники: журналисты, инженеры, рабочие, решительно выступающие против устаревших взглядов на руководство народным хозяйством, за требовательное и взыскательное отношение к делу, активную перестройку во всех сферах человеческой жизни и деятельности.Точные детали, богатый, образный язык, колоритные фигуры действующих лиц помогают автору создать яркую картину жизни современной Чехословакии.
![Вдохновение. Сборник стихотворений и малой прозы. Выпуск 4](/storage/book-covers/cd/cd3e87173e2252d6515713c48d45631081228cc7.jpg)
Сборник стихотворений и малой прозы «Вдохновение» – ежемесячное издание, выходящее в 2017 году.«Вдохновение» объединяет прозаиков и поэтов со всей России и стран ближнего зарубежья. Любовная и философская лирика, фэнтези и автобиографические рассказы, поэмы и байки – таков примерный и далеко не полный список жанров, представленных на страницах этих книг.В четвертый выпуск вошли произведения 21 автора, каждый из которых оригинален и по-своему интересен, и всех их объединяет вдохновение.