Тени сгущаются - [17]
– Как скажешь, Альфа, – понурив голову, угрюмо процедила Стрела. Вид у неё был потерянный, как будто Альфа выбила землю из-под её лап.
Махнув хвостом, Альфа развернулась и пошагала к Хромому, с Счастливчиком на хвосте. Собаки начали расходиться – кто по двое, кто группами. Прижавшись друг к другу и о чём-то тихо перешёптываясь, Дротик и Белла покинули лагерь. Они выглядели очень огорчёнными, и при виде их тихого страдания Гроза только ещё больше разъярилась.
«Ничего же не разрешилось!» – нервно подрагивая, застыла в недоумении собака. Да, Альфа наказала Стрелу. Только что с того? Есть последней для охотницы, конечно, унизительно, но не слишком обидно, когда на ужин – целый Клыконос. Ей в любом случае достанется приличный кусок. И Альфа ничего не сказала об остальных собаках, следивших за Дротиком!
Нет, Гроза не могла так просто взять, смириться и подчиниться! Она поковыляла к Альфе, Счастливчику и Хромому настолько решительно, насколько могла. Счастливчик оглянулся и, заметив её, в тревоге отвёл назад ухо. Но даже его предостерегающий жест не остановил рассерженную собаку.
– Вы же знаете, что проблема – не Дротик, – залаяла Гроза, втиснувшись в их тесный круг. – Дротик не портил добычу. Он не убивал лисёнка. И уж точно не он растерзал нашего бедного Шёпота!
– Говори тише, – рявкнула Альфа.
Гроза испустила тихий, угрожающий рык и растянула губа в оскале. Неужели Альфу беспокоит только одно – что будет думать Стая?
– Почему ты не приняла никаких мер в отношении собак, учинивших за Дротиком слежку? Они обвиняют его во всех грехах, а ты даже слова им не сказала!
– Довольно, Гроза! Хватит! – рыкнул Счастливчик.
– Нет, не хватит! Почему вы не сказали тем собакам, что это недопустимо? Вы должны сейчас же положить конец их сплетням и наговорам!
– Гроза, прекрати! – оборвал её Бета. – Ты права. Мы понимаем, что вредитель – не Дротик.
– И мы знаем, что Шёпота убили лисы. Потому мы и избавились от этих хитрых существ, – утешающе добавил Хромой.
Гроза посмотрела на него, потом на Счастливчика.
– Бета, ты же знаешь, что я не верю в причастность лис! – прорычала она. – И тебе известно – почему!
– Сейчас речь не об этом, – напомнил Счастливчик.
– Я понимаю, ты считаешь несправедливым то, что Стая винит во всём Дротика. Но так уж сложилась ситуация на сегодняшний день, – вздохнула Альфа. – Ты переживаешь, что Дротику из-за этого тяжело. И ты абсолютно права, Гроза! Но на данный момент, возможно, даже хорошо, что подозреваемый лишь один… и Стая направляет свою враждебность только на одного пса. Дротик сильный. Он с этим справится. А Бета, Хромой и я постараемся сделать всё, чтобы дальше одних подозрений дело не зашло и ситуация оставалась под контролем до тех пор, пока мы не схватим за лапу настоящего виновника. Это всё, что мы можем сделать. Это нелегко, но, увы, необходимо. Если собаки начнут подозревать всех и каждого, в Стае произойдёт раскол. Ты это понимаешь?
«Нет, я не понимаю, почему один Дротик должен нести на себе это бремя», – в сердцах подумала Гроза. И покрепче стиснула челюсти. Она высказала своё мнение открыто, без всяких обиняков. Но Альфа не захотела её услышать. Это было ясно.
– Мы будем начеку, – заверил охотницу Счастливчик. – Рано или поздно, под Собакой-Солнцем или под Собакой-Луной, предатель допустит ошибку, и мы его схватим. Плохая собака будет наказана! Не сомневайся в этом, Гроза! Вопрос только времени. А пока нужно наблюдать и выжидать. Наберись терпения.
«Я не уверена, что терпение – хорошее решение, Счастливчик! – ссутулив раненое плечо, опечаленная Гроза развернулась и отошла от вожаков в сторону. – Терпение не принесёт Дротику утешения, а Шёпоту удовлетворения от справедливого возмездия…»
Гроза слизала с губ остатки сочного мяса Клыконоса. Собака-Луна всё ещё шла по небу полубоком, отвернув свои глаза от членов Стаи. Гроза была уверена, что она продолжает на них сердиться. «Я заметила, что Собака-Луна ведёт себя так теперь каждый раз, когда выбегает на небо. Но Собака-Солнце тоже не показывается нам все эти дни. Она упорно прячется за облаками. Всё это очень странно. И опасно. Как бы чего не вышло…»
Мясо Клыконоса оказалось тёмным и ароматным. Собаки с наслаждением съели плоть и сгрызли косточки, но в пасти Грозы упорно стояла горечь. Стая не вняла её изобличительным словам, отмахнулась от них, как от мух. А трое вожаков поспешили отделаться от неё – как от расхныкавшегося щенка – одними утешающими фразами. Это было обидно. Обида терзала её внутренности. И даже вкусное мясо Клыконоса не помогло рассеять едкую горчинку.
Рана тоже мучила Грозу. Жгучая резь лишь изредка переходила в тупую, ноющую боль. И каждый раз, когда это случалось и Грозе начинало казаться, что ещё миг и она заснёт, острые, пронзительные уколы снова лишали её сна и возвращали в томительную явь.
«Почему они позволяют собакам думать о Дротике плохо? Счастливчик говорит, что это только пока. Но что если настоящий злодей так и не будет найден? И заставлять Дротика проходить через такое испытание неправильно и несправедливо. Он – хороший пёс, и Бете это отлично известно».
