Сын предателя - [6]

Шрифт
Интервал

 В годы войны весь город увлекался пешеходными прогулками, и талии были практически у всех и в любом возрасте. Правда, мешковатая одежда, в которой щеголяла Советская нация, скрывала не только излишнюю худобу, но и прекрасную фигуру молоденьких девушек. Трамваи ходили редко, на разъездах стояли по пять-десять минут. В центр, на улицу Советскую можно было придти, отстав от прибытия трамвая на немного. Выгодно было ехать разве что до Казанского вокзала.

 Прасковья поднаторела на спекуляции. Продавала военным курево, полученное для цели выуживания информации из уст словоохотливых солдат и офицеров, разницу имела, как премию. Варила мыло, изготовляла конфеты, но быстро лишилась этого безопасного приработка, не сумев выполнить план по выявлению "врагов народа". Попыталась она и на свой страх и риск халявно заработать, наполнив спичками чемодан в Казани, чтобы продать на Ижевском рынке. Здесь она попала в облаву. Сделав вид, что проходила мимо, Прасковья бросила своё неокупившееся богатство, и смешалась с толпой зевак.

 Сумма занятых денег была значительной. Пришлось расстаться с домом, который был куплен Федей перед войной, чтобы иметь огород. Комнату в Соцгороде им пришлось сдать. Там, среди многочисленных соседей Фёдор просто не просыхал. Прасковья как могла, воевала с привычкой Фёдора лопать водку, но из этого у неё ничего не вышло.

 Дом был продан за достаточную сумму, чтобы погасить долг и купить это подобие дома на том самом холме Колтомы. Боже мой! Как могла жить многочисленная семья в этой "халупе"? Дверь была сожжена! Одеяло вместо двери пропускало и ветер и снег! Посреди комнатки стояла железная печка, которую топили круглосуточно, так как не было спичек. В крайнем случае, пользовались кремнием, подолгу высекая искру. Были сожжены сарай, туалет, изгороди и вся мебель, если она, кончно, была до этого. В комнате не было ни стула, ни стола. Шестеро детей от пяти до шестнадцати лет теснились вокруг этой печки и пекли кружочки картофеля на её раскалённой поверхности. Все по очереди отдыхали на куче тряпья,  что лежала на полу у стены.

 Сама хозяйка, потерявшая мужа где-то под Киевом, имела вид весьма плачевный, и была не способна противиться своим бедам. Вся эта несчастная семья, получив весьма скромную сумму денег у Прасковьи, отбыла на юг России, где, как многим тогда казалось, были если не райские кущи, то тепло и сытно.

глава 3


 Прасковья отделалась материальнвми потерями и жутким испугом, что по тем временам было удачей неимоверной. За спекуляцию давали три года без суда и следствия. В двадцать первом веке это назвали бы бизнесом, но в двадцатом веке слово "спекуляция" соседствовало со словом "нары". Можно было добраться за счёт государства и до Колымы, Дальнего Востока, где не хватало и поселений, и жителей. В дремучих чащобах даже памятник на могиле заработать провинившимся "бизнесменам" советской эпохи не удавалось.

  Тем не менее жизнь с потерей кормильца продолжалась.

 Пенсионер печального возраста сколотил входную дверь, насадил её на петли. Снова Прасковья слепила русскую печь, купила отлёт - отбросы при распиле брёвен на доски, оборудовала туалетик и сараюшку. А как оттаяла земля, в мае и халупу озаборила. Огород вскапывали втроём. Прасковья и Петя работали напряжённо. Коля копал в пол-лопатки, хныкал и канючил, всем своим видом показывая, что у него все силы на исходе. Этим он зарабатывал лютую ненависть старшего брата.

 Огород для Коли был чем-то вроде аэродрома, по которому не добраться с лопатой до конца и за неделю. Прасковья с Петей вскапывали огород за два дня. В их общий труд вливалась и маленькая грядка Коли, которую мать молча перекапывала.

 Для Коли единственной посильной работой было рисование. Прасковья с каким-то непонятным для Коли упорством направляла его усердие в этом направлении. Она покупала на последние деньги альбомы и цветные карандаши.

* * *

 А в это время немцы успешно продвигались вперёд. На подступах к Великим Лукам, где в июльские дни Фёдор Лубин в чине младшего лейтенанта командовал ротой слабо обученных, почти поголовно, деревенских парней, немцы добрались до зубов вооружённые, с армадой танков и с  воющей стаей самолётов. Спрятаться было негде, артиллерия почти безмолствовала, кухня третьи сутки не появлялась, связь была прервана.

 Фёдор корчился от боли в желудке, и вид командира не вызывал бодрости у испуганных подчинённых. Все ощущали страх, который можно было подавить присутствием хотя бы приличного количества боеприпасов, а главное - спирта и горячей овсяной каши. Увы, не было связи, не было и врага перед их окопами, в которые рота закопалась по самые плечи. Был только грохот боя слева и справа, и где-то позади.

 Эта ситуация неизвестности, отсутствие информации, и болезненное состояние младшего лейтенанта снижало боевой дух многих. Состояние Фёдора ухудшалось всё сильнее. Организм требовал помощи после принятия ещё вчера ста граммов спирта. Конечно, пить было нельзя, но ведь кроме спирта в роте не было ничего. Сержант, командир одного из взводов, решительно взял на себя руководство. Он же и предложил Фёдору написать домой письмо с просьбой выслать документы о болезни, если такой имелся.


Еще от автора Валерий Мухачёв
Блуждающая река

Парочка типов, собираясь разбогатеть, забредает в самую глушь, на берег реки, которая, к тому же пропадает в скалах. Парни решили поискать здесь золото или алмазы. Ни того, ни другого не нашли, зато стали свидетелями крушения странного самолёта. Точнее свидетелем стал один, а второй виновником, потому, что сбил этот самый "самолёт" выстрелом из ружья. За, что и поплатился пробитой головой. А "самолёт" оказался не много - не мало, а космическим челноком. Инопланетным. Ну, и начались приключения - космические путешествия и вполне земные преступления.


Рекомендуем почитать
Побег

История знаменитого побега генерал-лейтенанта Л.Г. Корнилова из австрийского плена.


Литвин

Казалось бы обычная жизнь молодого парня – работа, друзья, интересы. Ничто не нарушало обычного течения. Но всего лишь простой разговор, незначительное замечание, приоткрывает завесу тайны собственных воспоминаний. И мир становится странным и нереальным, начинает видеться в новом свете, изменяясь прямо на глазах. А прошлое, казавшееся таким далёким и утраченным, вторгается в настоящее. Заставляет проживать и чувствовать по-новому, заставляет менять своё восприятие. Как справляться с этим наваждением и что оно пытается сказать?..


О космосе, или Прощание с иллюзиями

Небольшой рассказ на конкурс рассказов о космосе на Литрес.ру 2021-го года. Во многом автобиографическое произведение, раскрывающее мой рост от мальчишки, увлечённого темой космических полётов, до взрослого без иллюзий, реально смотрящего на это.


Одын, два, тии, четыле

"Мама и папа, я вас люблю" – услышать это мечтают все родители. Но если ребенок молчит? Совсем молчит. "Он у вас глухой или тупой?" – спрашивают "тактичные" окружающие. Можно ли примириться с этим и есть ли надежда на чудо?


Песня блистающей химеры

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Татьянин день

Две души обязательно встретятся, преодолев время, расстояние, обстоятельства и все преграды, чтобы стать одним целым.